Злодей для ведьмы. Дилогия

 
Ольга Сергеевна Шерстобитова
 
Злодей для ведьмы. Дилогия
  
Злодей для ведьмы
  
Глава первая
 
Яна
Ключ был самый обычный: медный, с ребристой бородкой. Я сотни раз открывала им квартиру. И дверь – знакомая с детства, чуть поцарапанная внизу, но надежная. Но почему-то, когда я вставила этот самый обычный ключ в самую обычную дверь и попыталась знакомо нащупать выключатель, рука провалилась в пустоту. Неожиданно, правда?
Я повторила безуспешную попытку найти стену и дверь. И либо мне это снится, либо… Впрочем, воображение в такой ситуации напрочь отказывало. Темень кругом стояла такая, хоть глаз выколи. Но самым внезапным оказалось не это, а ощущение нереальности происходящего. Оно пришло из ниоткуда и не исчезало. Будто эта самая темнота, укутавшая меня словно плащ, скрывающая привычные очертания предметов, нашептывает, что я нахожусь уже не в родной квартире, а непонятно где. Здравствуй, ужастик, называется!
В лицо вдруг ударил порыв ветра, принес горьковатый запах диких трав и сырости, спутал распущенные волосы, заставил зажмуриться. Но когда я не выдержала и снова открыла глаза, надеясь, что все приснилось, меня по-прежнему окружала темнота. И была она какая-то… тревожащая, натянутая, словно стрела. На мгновение показалось, что я даже могу ее потрогать.
Вытянула руку, глубоко вдохнула. Надо же проверить, насколько все реально. Вдруг мерещится? В последнее время я так уставала на учебе и подработках, что вполне могла переутомиться. Похоже, так оно и было.
Я поежилась от непредвиденного и наступающего со всех сторон холода, а потом опустила руку, шагнула назад и резко захлопнула дверь. А что еще оставалось делать?
Постояла минут пять, часто дыша и стараясь не искать объяснения увиденному, почти успокоилась. Даже убедила себя, что это все – мираж, не больше. И, глубоко вдохнув, снова открыла дверь. Чуда, увы, не произошло.
Уже знакомый ветер снова поиграл с волосами, защекотал ноздри сладким ароматом незнакомых цветов, а темнота вдруг распустилась передо мной, как дивный цветок, и превратилась в небо, затянутое мохнатыми тучами с редкими, словно гвоздики, мерцающими звездами.
Я попятилась, споткнулась и упала. Что за напасть! Ойкнула, вскочила, потирая ушибленное место, оглянулась, рассматривая какую-то странную каменную площадку и осознавая, что двери уже нет.
Это вообще… что? Это вообще… как? И где я? Куда делась дверь?
Однозначно переутомление. Судя по всему, еще и с галлюцинациями. Все же придется пойти к врачам и сдаться на их милость.
Я находилась на башне, которую смело можно было назвать средневековой. Об этом говорили узкие бойницы, грубый камень стен и высота. Глянула вниз – не увидела ничего. И страшно так стало…
– Ну наконец-таки! Я уже думал, что ничего не вышло, и артефакт прадедушки оказался обычной стекляшкой! – раздался довольный мужской голос.
Я оглянулась в поисках таинственного незнакомца. В это время из-за туч удачно выглянула луна, освещая картину, от которой побежали мурашки.
Сзади нависала каменная стена, сложенная из огромных валунов. К ней был прикован медными цепями встрепанный паренек лет двадцати – двадцати трех, больше бы я ему точно не дала. Глаза большие, темные. Красивые, как агаты. Нос и уши острые, из-за чего паренек напоминал дикого лисенка. Да и короткие спутанные волосы льняного цвета усиливали впечатление, добавляя странного очарования. Одет, правда, как-то нелепо: в простую белую рубаху почти до колен и черные, с неровно обрезанными краями бриджи. К тому же босой.
– И что стоишь? Спасать будешь или нет? Времени-то мало!
– Кого спасать? – поразилась я, глупо моргая и с трудом приходя в себя.
Может, каким-то нелепым и случайным образом попала на съемочную площадку, где снимают исторический фильм, и об этом не помню?
– Драконье пламя! – гневно сверкнул глазами паренек и, потрясая длинными цепями, которые обматывали его щиколотки и запястья, прошипел сквозь зубы что-то маловразумительное. –   Спасай, тебе говорят! Ты джинн или кто?
 
Теперь брови удивленно приподнялись у меня. Интересно, кто из нас двоих все же сумасшедший: он или я? А может, ослышалась? И не говорил паренек ни о каких джиннах?
– Эм…
– Ну! – И он требовательно уставился на меня. – Полагается исполнить желание, раз я тебя высвободил.
– Я…
– Действуй! – рассерженно рявкнул он так, что я невольно подпрыгнула, а потом скрестила руки на груди и уставилась на него.
Не люблю, когда мной пытаются командовать и указывать, что делать, особенно незнакомые люди. Но если этот паренек не в себе, нужно действовать аккуратнее.
– Послушай…
– Это ты послушай! Времени действительно очень мало! Поторопись!
Паренек тряхнул цепями, словно собирался их сорвать, но, осознав тщетность попыток, вздохнул. Снова посмотрел в мою сторону, сощурился, прошелся взглядом с головы до ног, ничуть не стесняясь и откровенно рассматривая, из-за чего у меня, кажется, заалели щеки. Ох, я ему сейчас выскажу все, что думаю по поводу такого гадкого поведения!
– Как-то ты странно для джинна одета… – спокойно заметил он, заставляя забыть все обличительные фразы и покоситься на мои легкие брюки и светлую блузку.
Снова глянула в его сторону, нахмурилась. На сумасшедшего паренек был совсем не похож. Ни капельки. Но ведь и я в себе. И какой напрашивается тогда вывод? Невероятный и необъяснимый, верить в который я все же отказывалась.
– Эй, ты…
– Я не джинн, – честно созналась, начиная понимать, что случилось самое настоящее волшебство, в которое я неудачно влипла.
И спросить бы, где оказалась, но… страшно. Если догадка подтвердится, я не знаю, как дальше поступить.
– Да и для жителей Юларии ты выглядишь… Слушай, а если ты не джинн, то кто?
– Юларии? – уловила я незнакомое слово, проигнорировав все остальное.
– Мир, где ты находишься, – пояснил паренек, теперь с любопытством меня рассматривая.
Сдержать стон уже не получилось. От злости я даже ногой топнула, больно ударившись о каменный пол.
Прикованный к стене спокойно за мной наблюдал, явно пытаясь спрятать ехидную улыбочку. А я… злилась! Ведь, по словам чудного паренька, это он каким-то невероятным способом вытащил меня из моего мира.
– Домой верни, на Землю, – коротко потребовала я, чувствуя себя глупо.
Ничего, сейчас все наладится. Окажусь в родной квартире, напьюсь чая с мятой и ромашкой, приму ароматную ванну с морской солью и лавандой…
– Так я не колдую. Чары были в одном старинном артефакте. И оставалось их всего на один раз, – пояснил он.
Кажется, его совсем не смутило, что я заговорила про другой мир. Кто-то из нас явно сумасшедший.
– И зачем нужно использовать такую вещь на вызов мифического духа? Ты же мог с ее помощью себя спасти!
– Чар бы не хватило, а вот джинн… – Он нахмурился и уточнил: – А ты точно не дух, исполняющий желания?
– Мы, кажется, это уже выяснили.
– И даже ни капельки не владеешь магией?
– В моем мире ее просто нет, – ответила я.
– Тогда вдвойне странно… Обычно чары такого рода, что хранились в артефакте, должны призвать либо джинна, либо хоть кого-то, кто имеет силу, чтобы помочь.
Парнишка посмотрел в мои глаза, перевел взгляд на руки и выпалил:
– Ага, так я и думал! Раз чары сработали, значит, ты можешь меня спасти.
– И как же? У меня с собой нет ничего для вскрытия замков, – не удержалась я, фыркнув.
– Но зато имеется волшебный ключик, – ласково и проникновенно прошептал он.
 
На мгновение показалось, что его лицо расплывается, а я тону в серебристом омуте, но я тряхнула головой, и наваждение рассеялось.
– Я так понимаю, кто-то пытается включить природное очарование и убедить меня влезть в авантюру? – уточнила, усмехаясь.
Паренек удивленно вытаращил глаза, выдохнул и спросил нормальным голосом: