Парочка (СИ)

Выше меня на голову, что является для каждой девушки чуть ли не идеальным. Пиджак хоть и скрывает его телосложение, но стоит мужчине поднять руки, взять бумаги, как мышцы всё-таки выдают себя, натягивая ткань костюма. Нет, он точно не качок, как можно было бы сказать о том же Ягужинском. Но спортом точно не пренебрегает.
Антон… Павлович, явно ждал от меня ещё хоть что-то, а я тупо стояла и рассматривала его, словно видела впервые.
— Я хочу Вам помочь, — спокойным тоном произношу я.
— … ах, вот оно что, — и губы мужчины расплываются в улыбке, да только не в той, которую приятно было бы видеть. А в улыбку-издёвку или даже насмешку.
Директор резко начал смеяться, запрокидывая голову назад, и также резко это прекратил.
— Увольняйтесь по собственному желанию, Маргарита Степановна, — мужчина сделал шаг ко мне, и мы стояли уже практически вплотную друг к другу. Небольшое движение его или меня, как мы тут же соприкоснёмся телами.
— Я не понимаю… — тихо говорю я. А я действительно не понимала, чем руководствуется этот мужчина. Что за странные смены в эмоциях.
— Я лишь хотел узнать, что вам понадобилось в нашей фирме. Про «год работы с психологом» я не поверил сразу же, — тихо и безэмоционально сказал мужчина, — Уходите, и не волнуйтесь я сам переговорю с Ягуаром.
На этом Антон Павлович развернулся и практически бесшумно вышел из моего кабинета.
Я в какой-то прострации подошла к своему рабочему столу и плюхнулась в кресло.
— Что я наделала? — я со стоном уронила голову на стол.
Меня же предупреждал Сергей Викторович, что Антон Павлович ни в коем случае не должен знать истиной причины моего появления тут. А я взяла, и сама всё разболтала!
Ах, этот Бестужев Антон Павлович! Он же с самого начала выводил меня именно на это! Чтоб я разболтала, а я и купилась! Да он сам ещё тот психолог! Как точно меня развёл… Какая грамотно выстроенная линия поведения. А я ещё думала, и где тот спокойный и разумный мужчина, о котором мне все говорят. Ведь с первой встречи, он мне таким как раз и не показался. Он был даже более чем, импульсивным, живым и чересчур эмоциональным. Вот я слепая курица, не увидела… да я даже представить себе не могла, что тут кто-то может владеть такими инструментами, как тонкая психология!
— Ха-ха-ха, — даже стало смешно от своей же глупости.
Ведь как только этот человек всё узнал, он тут же вернулся к себе обычному. Холодному и даже быть может замкнутому. Дааа, в «логове» (кабинете директора) действительно сидит ещё тот зверь. И как показывает практика бояться надо именно таких. Ведь никто не знает, на что именно способны такие люди, и когда точно они решат действовать. Это словно спящий вулкан. Даа, огромный и неприступный в спокойном состоянии, и жаркий, способный спалить тебя до основания в моменты своего пробуждения.
Всё будет труднее, чем я предполагала. Как бы за всей этой работой не потерять себя. Ведь как правило, мы все горазды давать лучшие советы другим, учить их, наставлять. Со стороны-то видней! Да только стоит чему-то коснуться нас самих, как вся наша мудрость и ум куда-то, словно по волшебству, испаряются. И мы начинаем действовать, думать… так глупо… так нелепо, абсолютно не замечая многих очевидных вещей.
Следующий рабочий день встретил меня в кабинете генерального директора.
Не успела я подняться на свой этаж, как девочки на ресепшн передали, что меня ждёт Ягужинский Сергей. Что ж, ничего не поделаешь, придётся идти. Да и вроде он ничего так мужик. Правда, как опять же говорят в офисе, это полностью заслуга его жены. Раньше он был не такой спокойный и столы летали в офисе с завидной регулярностью. Даа, повезло же штату сотрудников с таким-то начальством. То один, то другой с ума сходят…
Я решила, сразу же пройти в кабинет Ягужинского. К тому же, надо рассказать о том, что Антон Павлович узнал про мою истинную причину прибывания тут. Не видела смысла этого скрывать.
Секретаря почему-то не было на месте, и я после небольшого стука в дверь решила её приоткрыть.
 
— А я тебе говорю! — горячо высказывался знакомы голос Антона Павловича, — Она сама захотела уволится, но сама не решилась к тебе зайти, так что это сделал я.
Антон Павлович, явно ещё не заметил моего появления, а вот Ягужинский напротив, уставился на меня и видимо заметив на моём лице неверие происходящего стал едва сдерживать улыбку.
— Да что ты говоришь… Хорошо, но как же её заявление?
— Заявление? — директор слегка убрал напор и уселся обратно в кресло.
— На увольнение. Без него, сам знаешь, не могу уволить.
— Ой да не надо мне тут. Я уверен у вас личный договор. Давай-ка без этого. Просто избавь уже нашу фирму и меня от этой…
— И Вас! — я всё-таки решила дать о себе знать.
Антон Павлович обернулся на меня и его лицо снова исказилось. Да что, блин такое?!
Я даже слегка, насколько это было возможно посмотрела на себя, боясь найти что-то на своём сегодняшнем платье. Но всё было в порядке. Из-за того, что я только пришла в офис, оно ещё даже не успело помяться.
— Мне казалось, что в помещениях надо снимать головные уборы, — пробурчал мой непосредственный начальник и отвернулся.
— Дам это не касается, если полы её шляпы не слишком большие, — в тон его ответила я.
Ягужинский наблюдал за нашим перебросом фраз и молча, даже можно сказать в какой-то прострации, указал мне на кресло, чтоб я присела.
— Благодарю, — улыбнулась я Сергею Викторовичу и присела.
— Ох, даже тебе строит глазки! — выплюнул Бестужев, — Не хватает ей юридического отдела, который вечно пропадает у неё в кабинете «попивая чай», — последнее мужчина явно пытался сказать моим голосом, но это у него получилось просто ужасно.
— Хм, — Сергей Викторович слегка прокашлялся и спросил: — Маргарита Степановна, так вы покидаете нас?
Я бросила гневный взгляд на Бестужева, тот же ответил мне столь же красноречиво.
— Никак нет, — улыбнулась я самой, что не на есть дьявольской улыбкой. Уверена от такого оскала у меня будут потом обязательно болеть щёки, — И мне абсолютно непонятны ваши, Антон Павлович, выпады в мою сторону. Я, если вы забыли, психолог, и помогаю вашим же людям! Давайте каждый просто займётся своей работой и не будет совать нос не в свои дела!
Понимаю, что я начала уже просто огрызаться, но вести диалоги по-другому, с этим мужчиной у меня просто не выходит.
— Нет уж, Маргарита Степановна, всё что происходит в этом офисе — моё дело! И поверьте, даже если вам и удастся сегодня остаться работать тут, то завтра всё может сильно измениться, — мужчина сказал это не повысив тона, но почему-то от этого стало ещё больше не по себе.
Через минуту дверь закрылась с обратной стороны. Антон Павлович ушёл. Я же просто проводила его взглядом, так и не сумев ничего сказать в ответ.
— Гляжу вы подружились, — произнёс весело Сергей Викторович.
— Как же, — пробубнила я, — Кстати, он узнал истинную причину моего тут появления.
— Вот как? — Ягужинский слегка задумался, а потом расплылся в подобии улыбки, — Не страшно. Через неделю будет вечер, где соберутся многие из наших сотрудников, думаю, это хорошая возможность для вас начать «работать» с Антошей и…
— Извините, — я нагло прервала Ягужинского, — Но я уже даже толком не понимаю, а что я должна сделать-то? Этот человек наверняка меня едва переваривает. Как же я смогу с ним работать? И я кажется уже говорила, но повторю, человека, конечно, можно спасти, но только в том случае, если сам человек этого захочет. Иначе это будет насилие и над ним, и надо мной.
 
— Знаете, Марго… Можно же вас так звать? — дождавшись моего кивка Сергей Викторович продолжил: — Понаблюдав за вашей парочкой неделю, я пришёл к выводу, что вы уже начали работу в нужном мне направлении.
— Парочка? — фыркнула я. И о каком он вообще говорит направлении? Когда я с его «Антошей» цапаюсь словно кошка с собакой, стоит нам только увидеть друг друга.
— Идите Марго, я уверен, у вас полно работы, как и у меня. Но знайте, пока меня всё устраивает, — заметив мой неуверенный взгляд, Сергей Викторович объяснил: — Как у вас всё идёт. Думаю, результат не заставит себя долго ждать.