Обмануть Властелина Льда (СИ)

– Что это вообще такое? – спросил я у Аларда.
– Это подарок от леди Кейли дель Марвенс, – он спрятал в бороду улыбку. – Ты же только что весьма велеречиво благодарил за него слуг леди дель Марвенс, которые тебе принесли… это. Ты не заболел, Исар? Уже не помнишь, что произошло пять минут назад?
Я хмуро глянул на наставника.
– Очень смешно, Алард. Ты же знаешь, ночью я почти не спал, разгребал дела. И не мог же я спросить у посланников собственной невесты, что за странную дрянь она мне пытается всучить.
– Это подсвечники, – со вздохом пояснил он. – Ну, мне так кажется. Наверное, свечи надо вставлять вот сюда…
Алард указал на коротенькие пики. Повертев одну из статуэток в руках, я решил с ним согласиться.
– А что сказано в записке? – спросил друг.
Точно. Со своей головной болью я напрочь забыл, что к подарку от леди Кейли, которую я вчера пообещал оставить в отборе, прилагалось письмо. Причем написанное на розовой бумаге и густо надушенное, демоны меня раздери.
«Ваша светлость, вы совсем не такой, как о вас говорят. Вы чудо», – сообщали витиеватые строчки, а в конце шли сердечки.
Меня чуть не стошнило. Алард, заглянувший из-за плеча и прочитавший одновременно со мной, расхохотался так, что выступили слезы.
– Исар, ты влюбил бедняжку в себя. Осторожнее! А то девушки на отборе невест будут драться за тебя взаправду.
– Вот радость-то, – пробормотал я, откладывая записку.
Демоны, как бы теперь избавиться от этого приторного запаха духов на руках…
Алард посерьезнел.
– На самом деле это был элегантный ход с твоей стороны. Ани дель Вер не самая ценная участница, ее можно было отодвинуть назад, а в лице Кейли ты приобрел хорошего друга. Преклоняюсь перед твоей догадливостью.
– Угу, – промычал я, решив не говорить, что в тот момент не строил коварных планов, а просто не хотел портить девушке жизнь.
– Правда, меня до сих пор интересует, почему ты удалил из отбора именно Ани, а не ту участницу, которая в своей лжи зашла дальше всех…
Я со вздохом откинулся назад, отодвинув аляпистые подсвечники.
Вот мы и дошли до этого. Вчера, когда я кратко пересказывал Аларду, что отвечали невесты, времени обсудить мои решения у нас не нашлось. Глупо было думать, что друг так и оставит их без комментариев.
– Авелине… Энжи, – поправился я, – нужна помощь. Ты сам видел – артефакт ни разу не покраснел и даже не помутнел. Она говорила правду и о себе, и о сестре.
– То есть тебя замучила совесть?
– Что если так? – я спокойно выдержал прямой взгляд наставника. – Ты прекрасно знаешь, почему я поддался на твои уговоры и вместо того, чтобы выбрать путь магии, отправился во дворец к настоящему отцу, чтобы стать новым герцогом. Я не хочу, чтобы люди страдали, потому что власти нет до них дела.
– Ты не спасешь всех, Исар. Ты прекрасно об этом знаешь.
– Знаю, поэтому, несмотря ни на что, установил барьер и не снимаю его. Но Энжи уже здесь, и если я могу ей помочь, то почему бы нет? Она, в конце концов, права – отчасти это моя вина, что они не могут достать лекарство.
Алард присел на край стола, потирая седую бороду и со странным выражением лица глядя на меня. Недовольство это или печаль?
– Совесть не лучшее качество для правителя, который собирается долго прожить.
Я развел руками.
– У меня и так маловато шансов долго прожить. Дай мне возможность за это время сделать для подданных все, что могу.
– Прости, но я бы предпочел, чтобы ты задержался на троне подольше, поэтому уже отправил гвардейцев выяснить, кто пропустил во дворец самозванку, и предотвратить такие ситуации в будущем. Если ты так желаешь, пока разоблачать Авелину-Энжи не будем. Однако скажи честно: ты ее оставил только потому, что можешь ей помочь, или из-за Нарели? Я же вижу, на кого смахивает эта девица.
Нарели… Казалось бы, столько лет прошло, а стоило услышать звуки этого имени, как меня захлестнуло воспоминаниями.
Исчез душный запах от письма, вместо них в комнате запахло цветущей сливой, как в тот вечер. Перед глазами появилось развевающееся платье и отчужденное выражение лица юной белокурой девушки. Хотелось верить, что ей тогда было так же тяжело, как и мне.
 
– Если бы она хоть каплю была похожа на Нарели, я бы отделался от нее в первый же день под любым предлогом, – солгал я, отмахиваясь от назойливых воспоминаний, и хлопнул ладонью по стопке бумаг на столе. – Не думай, что я окончательно потерял разум. Я уже дал задание доверенным людям выяснить, кто такая на самом деле эта Энжи Тейр. Кто-то помог девушке ко мне подобраться, и я хочу знать, почему у нее это получилось настолько легко. Именно поэтому ее нельзя отпускать настолько быстро – мы можем так никогда и не узнать наше слабое место.
– Тебя правда волнует только это? – скептически протянул Алард. – А я вот начинаю думать, что твое настоящее слабое место – то, что у этих двух девушек много общего во внешности. Помнится, я тогда тоже говорил, что Нарели тебе не пара.
– Мне уже давно не восемнадцать лет, – отрезал я. – К тому же, помнится, это была твоя идея – женить меня демоны знают на ком по одному портрету. И не ты ли еще день назад защищал передо мной Энжи, убеждая, что она просто беспокоится о жителях Фаэртона? Теперь-то что случилось, чем она тебе не угодила?
Наставник молчал. Мы с минуту сверлили друг друга глазами, потом наконец отвернулись.
– Ни к чему ссориться, – примирительно сказал Алард. – Мы оба хороши.
– Да, – сухо сказал я. – Извини. Лучше займемся делами.
– Конечно. Что у нас там по плану?
– Волчий артефакт. Где Брен? – я поднялся с кресла. – Все равно если не разберемся с проблемой оборотней, смысла в свадьбе не будет, на ком бы я ни женился.
 – Да, – задумчиво ответил он, искоса глядя на меня. – Да…
  
Глава 16
 
В алхимической лаборатории висел тяжелый запах реагентов. Над колбами суетились два подмастерья, кудрявый алхимик в возрасте так сосредоточенно наливал какую-то жидкость в мерный цилиндр, что сперва не заметил, как в помещении появились гости. Однако нужного мне человека видно не было.
Впрочем, он запросто мог стоять где-нибудь за оборудованием, которое было так нагромождено, что за ним едва получалось рассмотреть дальний конец лаборатории.
Я оставил стражу у входа, чтобы она не побила ценные приборы, и вглубь алхимического царства со мной направились только Алард и оборотень по имени Брен. Этот желтоглазый двуликий все-таки согласился работать в моей охране, но причина, по которой его в столицу вызвали сначала, свое значение не потеряла. Именно поэтому я сегодня и привел его сюда.
Оборотень сидел на краю стола, нервно поводил плечами и постоянно оглядывался – наверное, его сбивали с толку резкие запахи, забивавшие нос. Мне здесь тоже было не по себе. Алхимия всегда была тесно связана с колдовством – многие маги зависели от артефактов, которые создавали алхимики, а алхимикам, в свою очередь, для исследований зачастую требовался дар к волшебству. Мне эта наука так и не далась, благо я не испытывал в ней нужны благодаря выдающимся способностям к магии льда. Но некоторые люди удачно совмещали обе профессии.
Брен с шумом втянул воздух ноздрями и развернулся к деревянной боковой двери прежде, чем она открылась. Желтые глаза волка сверкнули на появившегося оттуда худого мага.
– Ваша светлость, – чинно склонился он, увидев меня в окружении колб, но, выпрямившись, сверкнул белозубой улыбкой. – Исар!
– Хайк!
Рассмеявшись, мы по-дружески похлопали друг друга по плечам.
 
– Я уже думал, ты не появишься, – сказал маг. – В последнее время все через посыльных да через посыльных передаешь весточки. Впору думать, что тебе зазорно водиться со старыми друзьями.
– Просто боюсь, что ты, тощая морда, по привычке обзовешь меня чурбаном при придворных, – сощурился я.
– Ну вот еще, – Хайк махнул рукой и тут же ухмыльнулся. – Малолетним растяпой – еще может быть.