Змеица (СИ)

— Я все понимаю.
Служители храма долго рассказывали о негативных последствиях, которые происходят с девушками, не закончившими посвящение. Незавершенный ритуал пагубно действовал, и не многим удавалось дожить до следующего обряда.
— Тогда я передам послание Анвару, а ты предупреди служанок, чтобы все подготовили. Нужно еще согласовать маршрут с охраной. Когда же Лимека поймают? Я выкидываю сумасшедшие деньги на ветер из-за этого негодяя! — недовольно бурчала хромая.
Я вышла из кабинета и передала указания прислуге. Одна из девушек забрала записку от Ульвиры и отправилась в дом Анвар. Я немного волновалась, не хотелось, чтобы Дилара узнала о нашей встрече, назначенной на вечер. Пусть я не питала симпатий к жене Камиля, но мне не хотелось провоцировать нагайн — события минувших дней показали, что к ним нужно относиться с осторожностью.
Меня закружило в круговороте приготовлений: примерка платьев, выбор драгоценностей, прическа. А за волнениями я не заметила, как пропустила обед. Лишь ближе к вечеру у меня появилась свободная минутка, и я хотела заглянуть к Харэн. Для нее сегодняшняя ночь тоже станет первой, и мне хотелось с ней увидеться, поделиться своими переживаниями. После ссоры нам удалось еще раз поговорить, но было ощущение легкого холодка в отношениях. Я решила не затрагивать тему их свиданий с Ривани, пусть мне и казалась их авантюра очень подозрительной, но подруга больше не торопилась делиться личными подробностями.
К несчастью, я не нашла девушку ни в комнате, ни во дворе. В суматохе она улизнула из дома пораньше. Раздосадованная, я вернулась к привычным делам.
Вечером к нам пришел служитель храма, прочитал молитвы и заговоры. Настолько монотонные, что мне хотелось сбежать из дома. От его песнопений меня спасла служанка. Девушка робко заглянула в комнату, где были я, Ульвира и храмовник, хотя всем строго-настрого запретили мешать обряду.
— Госпожа Ульвира, — прошептала девушка, — к госпоже Марианне пришел посетитель.
— Я же предупредила охрану, чтобы без моего разрешения ни один мужчина не мог войти в этот дом! — прорычала хромая, нагоняя бледность на лицо прислуги.
— Это не мужчина, а женщина — госпожа Анвар.
Меня как по лицу ударили — жена Камиля пришла поговорить. Наверное, узнала о нашей встрече и решила устроить скандал.
— Вот же безмозглые создания! За что я им деньги плачу? — Ульвира поднялась, чтобы выпроводить посетительницу.
Магистр осуждающе посмотрел на хозяйку, но продолжил читать на серпентате.
— Постойте, я хочу с ней встретиться. Она заслуживает, чтобы ее выслушали.
— Зря ты это делаешь, Марианна. Ни к чему хорошему твоя жалость не приведет.
Я промолчала и отвела взгляд в сторону. Я не ждала от Дилары ничего хорошего, но она жена Камиля, и не заслуживает быть выставленной со скандалом из дома любовницы мужа.
Я застала Дилару в комнате отдыха, стоящей лицом к окну. Она не обернулась на мое появления. Я застыла в дверном приёме — было боязно подходить к нагайне близко. Фантазия рисовала страшные картины отмщения, за разрушенное семейное счастье.
— Сегодня особенный день для многих девушек, — первая начала она, — Дахар, который будет сегодня с тобой рядом, любит тебя по-настоящему, или потому что у тебя горячая кровь?
Дилара резко обернулась — хотела прочесть эмоции на моем лице, но я не первый день в городе, и понемногу учусь прятать чувства от посторонних.
— Я обязательно спрошу у него об этом.
Дилара хмыкнула, поджала губы и с презрением осмотрела меня с головы до ног.
— А ты на нее очень похожа. Я сразу заметила ваше сходство.
— Ты о ком?
— О предыдущей дарайе. Ребекка — кажется, так ее звали. Впервые увидев тебя, у меня сразу возникли подозрения… — Меня начало слегка потряхивать. Откуда Дилара знает имя моей сестры? Неужели говорит правду, или она так мстит мне? … — Бледная кожа, черные волосы и взгляд, как у загнанного в ловушку олененка. Ты не знала? Странно, что тебе не рассказали об этом.
— Мою сестру звали Ребекка, но она не была дарайей.
 
Моя предшественница тоже была из дома Медянок, а Ульвира сказала, что здесь никогда не было девушек с этим именем.
— Ты веришь в эти случайности? — упивалась моей паникой Дилара. — Ты же умная. Дарайи не возникают сами по себе — этот дар передается по крови. Если ты дарайя, то почему твоя сестра не может ей быть?
— Мне бы об этом рассказали.
Ехидная улыбка появилась на губах нагайны.
— А ты бы рассказала о том, как угробила чужую родную сестру?
В комнате стало душно. С каждый словом я больше верила в слова Дилары. Таинственность Ульвиры, которой она отгораживалась от обсуждения моей предшественницы, кукла один в один как моя миниатюра. Азар! Он подарил мне дом, который прежде принадлежал Ребекке. Это был не подарок — это наследство… Значит, она действительно умерла.
Только присутствие Дилары заставляло меня держаться на ногах.
— Мне жаль, что я стала тем, кто раскрыл тебе правду, — с огромным удовольствием произнесла нагайна. — Ее кончина была неожиданной для всех.
— Ее казнили, — вспомнила я.
— Да. Я не присутствовала на казни. Не люблю всю эту грязь. Зато была на суде — Ребекка очень достойно держалась, даже когда нагайна Тималли наложила вето на допрос свидетелей с ее стороны…
Я до боли впилась ногтями в ладони. Еще слово в надменном тоне в адрес сестры — и я вырву Диларе все волосы.
— Я не желаю говорить об этой… Оставь мой дом!
Дилара замолчала, с лица слетела гримаса напускного дружелюбия.
— А ты оставь в покое мой дом! — прикрикнула на меня. Она замолчала, пару мгновений собираясь с мыслями. Спокойно продолжила после паузы: — Я пришла не скандалить. Меня привело любопытство.
— Что тебя интересует? — произнесла с нажимом, ожидая гадость в ответ.
— Как ты будешь спать с дахаром, который собственноручно казнил твою сестру?
— Что?..
— Дарай никогда не казнили. Ребекка была первой. Старейшины не могли позволить, чтобы обычный палач умертвил их святыню. Эту обязанность возложили на дахара, связанного с правосудием. На Камиля Анвара.
Ее слова ранили, словно кинжалом в мое сердце. Я не могла поверить, не хотела слышать, отказывалась понимать.
— Уходи! Немедленно!
С победоносной улыбкой Дилара произнесла:
— Хорошего вечера, дарайя. Рада была поболтать.
Уверенным шагом Дилара вышла из комнаты. Змея подгадала самый удобный момент и нанесла смертельный укус. Я собиралась с мыслями, пыталась осознать услышанное.
Нет! Этого не может быть!
Выскочила из комнаты и понеслась в гостиную. Ревнивицы уже и след постыл, но мне нужна была другая женщина. Ульвира озадаченно смотрела на мое взволнованное появление.
— Что она тебе сказала? Я говорила, что вам не стоит разговаривать, — начала тараторить хромая.
— Ребекка — моя сестра. Она была дарайей, как и я. Зачем вы мне солгали?
Ульвира встрепенулась, шокировано таращась на меня.
— Как?.. Дилара рассказала, — догадалась хромая. — Вот же змея!
— Почему вы мне не рассказали?!
— Это бы ничего не изменило в наших с тобой отношениях, Марианна, — спокойно ответила Ульвира. — Что было — уже не воротить.
— Может, в наших отношениях ничего и не поменялось, но Камиль… — я еле сдерживала подступающее рыдания. — Он казнил ее? Скажите честно, я имею право знать.
С мольбой смотрела в ее глаза. Пусть она скажет, что Дилара оболгала мужа. Соврала, чтобы разлучить нас.
— Да. Ее казнил Камиль Анвар. Он просил держать все это в тайне, пока сам не расскажет об этом тебе.
Казалось земля разверзлась под ногами, и я попала в ад, в котором любимый убил мою сестру. У меня закружилась голова — я пошатнулась, схватилась за спинку дивана.
 
— Как вы могли? — прошептала, и по лицу потекли слезы.
Ульвира говорила, что это ничего не меняет, что сейчас другое время, но я ее не слушала. В груди зияла большая дыра он огромного ожога, который испепелил мое любящее сердце. Из агонии вырвала фраза служанки: