Змеица (СИ)
— Госпожа Марианна, — обратилась ко мне Ульвира, — это твоя камеристка Камлия.
Девушка поклонилась, а я поклонилась в ответ.
— Нет. Марианна. Ты не должна преклонять голову перед слугами, — одернула меня хозяйка дома Медянки. — Ты преклоняешь ее только перед своим мужчиной и только в вашей спальне.
Мои щеки вспыхнули румянцем от ее слов.
— Нельзя быть такой эмоциональной. У тебя все на лице написано, — осудила мое смущение Ульвира.
— Скромность — лучшее украшение женщины.
— Монахинь и ханжей, — отрезала она и обратилась к служанке: — Камлия, растопи для госпожи баню.
Девушка крутнулась и оставила гостиную.
— Марианна, для твоей безопасности не стоит говорить, что ты дарайя. Браслет на руке скрывает настоящую Змеицу, и все видят отметку, которые ставят шианни. Чем меньше людей знают — тем лучше. Нужно как можно дольше продержать тебя в тайне.
— А как же священные и неприкасаемые дарайи? — повторила ее слова с насмешкой.
Ульвира схватила меня за руку, притянула к себе и силой тряханула:
— Глупая девчонка, — зло прошептала, — если бы не я, тебя бы продали в бордель. А попадись ты на глаза какой-нибудь из нагайн, твое тело болталось бы на дне реки. Только в храме ты получишь защиту. Слушай меня, и я сделаю все, чтобы ты добралась до него живой.
— Уберите руку…
Наши взгляды схлестнулись в дуэли.
— Дура упертая, — она бросила мою руку. — Лимек, отведи Марианну в баню.
Охранник все это время стоял в комнате и наблюдал за нашей перепалкой. Подошел и взял меня за предплечье. Вырвалась из его рук.
— Я сама пойду.
Он ухмыльнулся и жестом указал дорогу. Через заднюю дверь вывел во внутренний двор. Дом был обнесен высоким забором, за которым не было видно улицы. Но по звукам я поняла, что нахожусь в людном месте. Вокруг были слышны звонкие голоса и шум проезжающих карет.
— Поторопись, — подтолкнул меня Лимек по узкой дорожке из гладких камней к одноэтажному зданию, украшенному разноцветной майоликой.
На пороге уже ждала Камлия.
— Проходите, госпожа.
Вместе с горничной вошли в здание, оставив у порога моего тюремщика. В его отсутствии даже воздух был слаще. В предбаннике Камлия помогла мне раздеться и завернуться в полотенце. Хотя я просила ее этого не делать. Непривычно, что мне помогают в таких обыденных вещах.
В парилке была приятная температура. Я расположилась на мраморной скамье, позволяя теплой влаге и ароматам трав обволакивать мое тело.
— Для меня такая честь служить в доме Медянки! Мама рассказывала, что это был один из престижных домов города… — трещала без умолку горничная.
— А разве сейчас он не работает?
— Ульвира ушла на покой, не выбрав преемницы. Много лет дом пустовал. А сегодня мне предложили работу горничной! Я даже не поверила!
— Рада за тебя, Камлия, — бросила, а мысленно добавила «за себя не радуюсь».
Девушка не заметила моего грустного тона и продолжила болтать:
— Все обзавидуются, если узнаю, где я работаю. Еще и с кем! Сам Лимек у Ульвиры в услужении! Значит, у вас очень богатый покровитель, если вас охраняет главный асасин города!..
— Кто? — переспросила. Камлия удивленно вздернула брови. — Я жила за пределами Хрустального города. Далеко на севере империи.
— Тогда понятно. Лимек очень известный наемник, он берётся только за самые опасные задания. Говорят, он содержит сразу четырех шаяни.
Камлия продолжала рассказывала о достоинствах нага, а я с каждым мигом понимала, что просто так сбежать не получится. Хитрая лиса Ульвира заранее все просчитала.
После расслабляющей бани я поплавала в бассейне с ароматными маслами. Когда я вышла из воды, меня ждала неприятность — вся моя одежда исчезла. Ульвира приказала Камлии сжечь мои «жалкие тряпки», и исполнительная горничная выполнила указание. Заметив мою досаду, стала меня утешать:
— Не огорчайтесь, госпожа, но ваша одежда больше подходила горничной, чем шаяни. Ульвира передала вам новый комплект. Вот, смотрите! — Камлия развернула сверток из голубой парчи с серебряным набивным рисунком. Даже на самых богатых посетительницах нашего ресторана я не видела ничего подобного. — Правда, красивое? Давайте наденем?
— А что мне остается? — вздохнула. — Не ходить же в полотенце.
Глаза Камлии горели, словно она ребенок, наряжающий красивую куклу. Платье было не единственным подарком. К нему к комплекте шло тончайшее муслиновое белье и сандалии из мягкой телячьей кожи.
— Как же вам идет, госпожа! — рассыпалась в комплементах камеристка.
Взглянула на свое изображение в зеркале — под бесформенными робами я и не замечала, что у меня тонкая талия и высокая грудь. Платье выгодно подало все изгибы фигуры. На плечи спадали спиралями черные волосы.
— А лента для волос не осталась? — понадеялась я на чудо, но зря.
— Только шиани могут позволить себя носить распущенные волосы. Строгие пучки носит прислуга.
Камлия осталась наводить порядок в бане. Ступая как можно тихо, я пошла к выходу, наблюдая издалека, как Лимек с интересом рассматривает свой кинжал. Он обернулся, и на его лице было написано удивление вперемешку с восхищением.
— А ты не такая и страшная. Может, кто и позарится за пару медяков, — сказал наг вместо комплемента.
Я молчаливо проигнорировала провокацию. Лимек пополз за мной следом, шурша чешуей.
* * *Во сне я видела Ребекку. Пыталась догнать ее, но она ускользала, звала, но голос пропадал. Я проснулась в полупустой комнате, соображая, где кончалось видение и начиналась реальность. Осознание действительности была хуже кошмара.
Вокруг повисла глухая тишина. Подошла к двери и надавила на ручку — она поддалась. В душе загорелся огонек надежды. В коридоре никого не было. Ступая тише мышки, я спустилась по лестнице в гостиную и, не веря своему везению, вышла на улицу.
Дорожка до калитки вела через небольшой фруктовый сад. Над ней свисали ветви со спелыми апельсинами. Я побежала к цели, не обращая ни на что внимания.
Не знаю, откуда Лимек появился передо мной, и я на бегу угодила в его объятья.
— Куда собралась, птичка? — довольно ухмыльнулся, прожигая меня насквозь взглядом.
Дернулась, но меня словно замуровали в камень.
— Отпусти!
Лимек рассмеялся.
— Вот же дурная девка. Кормят, одевают, а ей все не нравится.
— Я и до сегодня голая и голодная не ходила!
— На свободу хочется? А я ведь могу помочь, — его голос прозвучал зловеще, — нужно только о цене договориться.
— Сколько ты хочешь?
Ноги спиралью оплетал змеиный хвост.
— Деньг у меня достаточно… Всегда хотелось почувствовать тепло горячей крови дарай. В чем их особенность…
Хотела вырваться, но удалось лишь слегка приподнять ногу. Он с силой схватил меня за подбородок и потянулся к губам за поцелуем. Пальцы больно впились в мою кожу. Кончик хвоста нага коснулся моей лодыжки, и я со всей силы наступила на него. Лимек взвыл от боли, ослабив хватку. Я выскочила, спотыкалась, через хвост нага. Куда угодно, лишь бы подальше от него.
— Ах ты дрянь! — зло прошипел змеей. — Я научу тебе уважать господина!
Чешуйчатый схватил меня за грудки, замахнувшись ударить, когда в окне дома загорелся свет. Лимек замер и опустил руку. Раздался звук шагов по лестнице. Ульвира с керосиновым фонарем выскочила во двор.
— Поймал беглянку, — произнесла с облегчением Лимеку, — сама Серпента мне послала такого помощника!
— Поймал. Чуть не сбежала, — зло процедил мой тюремщик.
Глава 3
Целый день я просидела под замком в наказание за попытку бегства. Двери замкнуты, окна забиты. В заточение были и плюсы — Лимек находился за дверью, и в комнате я была в безопасности. Я пыталась рассказать Ульвире, что Лимек предлагал отдаться ему взамен на свободу, но госпожа дома Медянок рассмеялась мне в лицо, не поверив словам. В ее глазах он был героем.