Тень из рода Лиан (СИ)
Не могла не узнать.
Это был мастер Дэро.
***
Мастер Дэро был одет в легкие льняные светлые брюки. Я отчего-то сперва посмотрела на его босые, как и у меня, ступни и лишь потом – в лицо. Лицо мастера было…странным. Открытые глаза смотрели сквозь меня, не моргая, не видя. Впрочем, это же сон. Хотя, - с некоторой обидой подумалось мне, - неужели даже в моем сне он не будет смотреть на меня?
Мастер прошел мимо, никак не отреагировав на мое пристутствие, замер в каких-то двух локтях левее и уставился вниз, на черное озеро ничего не выражающим взглядом. Ветер продолжал трепать тонкую ткань, путать волосы – я стянула с головы ленту, позволяя волосам хоть немного скрыть наготу.
Мастер Дэро бездумно и до нелепости сосредоточенно смотрел и смотрел вниз, а потом резким движением перекинул через ограждение ногу и, подтянувшись на руках, очевидно, собрался спрыгнуть.
- О, небо! – ладони соскользнули с его голых плеч, волосы короткие…не найдя ничего лучше, я вцепилась в пояс его брюк и резко дернула на себя. Он совершенно не сопротивлялся и через несколько мгновений – через целую вечность – мы свалились на каменный пол, он и я. Теперь я ударилась локтем.
- Небо… - изумленно выдохнул мастер, в его глаза разом вернулась осмысленность и появилось крайнее изумление, - откуда вы… Он легко поднялся, поставив меня прямо перед собой, как куклу. Мне не хотелось, чтобы он убирал руки с талии – большие и теплые, на ветру я совсем закоченела.
- Ну вот, - теперь он шептал, поглаживая меня по спутанным разметавшимся волосам, задевая шею, плечи, скулы, словно вылепливая из глины тело, которое никогда мне не принадлежало, - ты снова здесь и снова молчишь, как призрак, но какой же прекрасный сон…
- Сон на двоих, - отозвалась я в ответ, свободная от всего - условностей и обязательств.
И не мешала его рукам убрать мои длинные пряди за спину. Рядом с ним всегда, и даже во сне, было такое изумительное чувство собственной реальности и целостности, и даже стоять вот так, в полупрозрачной короткой рубашке на ледяном ветру было чем-то правильным. Мастер Дэро прижал меня к себе.
- Не закрывай глаза.
И поцеловал. Его губы – сухие и прохладные, а язык горячий и влажный, слишком контрастно. Я, конечно, знала, что люди так делают, читала в книгах, но никогда не видела и не думала как о чем-то возможном. Слишком близкое, слишком интимное, слишком глубокое прикосновение. Тело задрожало, ноги подкосились, и мы снова опустились на холодный пол, обнимая друг друга, его пальцы одну за другой расстегивали мелкие жемчужные пуговки ночной рубашки, я чувствовала каждый вздох, каждое движение, словно его тело было продолжением моего.
- Агги…
Живот сдавило, звезды на небе защатались и закружились, в какой-то миг я увидела, как руки мастера Дэро сжали пустоту, и меня снова вышвырнуло – в остывшую кровать, укрытую вязаным покрывалом, где я забилась, как рыба, выброшенная на берег, подтягивая к животу ледяные ступни, к которым прилипли крошечные песчинки и камушки. Пуговицы рубашки были рассегнуты, и я уткнулась лицом в подушку, ничего не понимая и не желая ничего понимать.
Глава 23.
Если бы кто-нибудь спросил, почему я сижу на высоком елие во время Королевского бала, босая и окровавленная, сжимая в руке королевский перстень, я бы ответила…
Но благородные масты, как и их скромные тени, так не выражаются.
Идея благотворительного бала для знатных семей была, на мой взгляд, невероятно…неумная. Дурная, одним словом, идея. Неудивительно, что Агген не стала в этом участвовать. Уставшие от традиционных танцев аристократы устраивали различные испытания для молодых и незамужних девушек, в изобилии прибывших в столицу. Молодые люди делали ставки на масту – каждый юноша только на одну девущку – и по результатам маста могла выбрать одного из голосовавших за нее мастеров (по понятным причинам женатые лорды в этом не принимали участие), подарить ему танец и поцелуй (целомудренный, хотя и прилюдный поцелуй в щеку), а поставленные средства уважаемых перспективных и неженатых уходили в здравницы и многочисленные крестьянские школы.
Два десятка юных и прекрасных невест – будем говорить прямо – в течение пяти горстей изнуряли беседами и каверзными публичными вопросами. Я не всматривалась в толпу оживленных зрителей – лордов и леди, а также потенциальных женихов. Между прочим, кто и на кого ставил, сохранялось в тайне до последнего. Задача, поставленная мне, заключалась в «участии», о победе не было сказано ни слова, и я решила держаться в достойной середине. И сначала сие вполне удавалось. Второй этап испытаний и вовсе показался детским: это были задания на силу и ловкость. Сбить горящую свечу, стоящую в паре десятков локтей (после тренировок с лордом - полная безделица), пройти с завязанными глазами через «тропу препятствий» (как тень, я прекрасно ориентировалась в темноте), за четверть горсти собрать разбросанные на полу легчайшие шифоновые платки, разлетавшиеся, казалось бы, от каждого выдоха… Пребывая в полнейшей уверенности, что и остальные девушки не испытывают никаких сложностей, я с некоторым недоумением поймала на себе полдесятка гневных уничижительных взглядов. Кто-то из девушек явно дышал с трудом, кто-то запнулся или поскользнулся на отполированных до блеска камнях королевского зала, кто-то уже две горсти не мог попасть в цель. Я внезапно выхватила из толпы пристальные взгляды четы Лиан: острый, но непроницаемый – леди Адон и какой-то веселый, даже дерзкий, но, несомненно, одобряющий – лорда Эрко.
Предварительных итогов не подводилось. Результаты должны были стать сюрпризом.
«Последнее испытание выигрывать нельзя, - подумала я. – А то дело решится и без подосланных убийц, достаточно пары-тройки обиженных конкуренток».
Состязаниями потенциальных невест руководила пышно одетая рыжеволосая леди, чье имя я сразу же позабыла. В перерыве, отделяющем нас от заключительной части действа, она подошла ко мне, сияя улыбкой, затмевающей огромный хрустальный светляк под потолком в центре зала.
- Маста Лиан, рада вас видеть! Хотела бы вас поздравить, в отличие от большинства светских изнеженных девушек сельская жизнь явно идет вам на пользу!
- Свежий воздух творит чудеса, леди, - как же все-таки ее зовут?
- Вы так изменились, повзрослели, стали на удивление серьезной молодой леди, маста Агген! Еще на весеннем празднестве Пробуждения жизни вы показались мне такой смешливой, чуть легкомысленной малышкой… А теперь, думаю, в следующий раз вы будете уже замужней леди!
- Одному небу ведомо, - почему людям так просто даются улыбки? – Но сегодня, признаться, я всю ночь не могла уснуть и немного устала. Хотя, - надо быть вежливой, небо, как же это сложно, - сам праздник выше всяких похвал, так интересно…
- Немного устали, это верно, маста. Но остальные – остальные просто валятся с ног! Что ж, дождемся финала, но, будь я мастером, несомненно, поставила бы на вас!
Я поблагодарила рыжеволосую разговорчивую леди и с удовольствием отпила сок из предложенного мне слугой вишневого коктейля – темно-красного, с пышной шапкой взбитых сливок. Отошла к окну и вдруг… чуть не подавилась. В бокале что-то было. Небольшой металлический предмет. Я осторожно промокнула рот кружевным платком, заботливо вложенным в незаметный карман на рукаве платья, и вытащила попавший в рот предмет. Это было кольцо, крупное, явно на мужскую руку, с внушительным ярко-красным камнем в центре.
И…что дальше?
Это тоже – часть испытания?
Я стояла в стороне от толпы, стараясь слиться с тяжелыми бордовыми портьерами. «Слишком много красного, - подумалось, - сок, портьеры, кольцо…». Внезапно гомон толпы смолк, и я повернула голову. У тронного возвышения, доселе пустого, стоял высокий светловолосый мужчина. На его груди золотела королевская шестиконечная звезда, точь-в-точь, как во вчерашнем фейерверке. Его величество король Ариго собственной персоной.
***
Многословное приветствие короля, как оказалось, наблюдавшего за соревнованиями из тайной высокой ложи – я не удивилась, странно, если бы таковой не было, - оставило меня совершенно равнодушной, тогда как дамы, чьи лица я могла видеть, жадно пожирали монарха глазами. К чему эта жадность, было не очень понятно, ведь король недавно женился и стал отцом (по этой причине королева и отсутствовала, занятая заботами о наследнице), хотя, возможно, для правящей особы это не являлось преградой. В любом случае, короля, несомненно, можно было назвать сильным и привлекательным мужчиной. «Что ж, таким и должен быть король», - рассудила я, прекрасно помня не самые радужные страницы истории Руана, возглавляемого в прошлом королями, склонными к возлияниям и прочим многочисленным порокам. Чего только стоил Крэго Смертный, имевший сильную страсть к попыткам отправиться в мир иной. На десятом самоубийственном выпаде, вроде бы, отравлении соком рогожника, правитель был все же отправлен в обитель отдохновения, а на его место взошел…