Анархия разума (СИ)

— Просыпайся, головорез, — услышал Льюис и с трудом пришел в чувство с помощью примитивного потряхивания головы. Он обнаружил себя намертво привязанным к стулу посреди просторной комнаты. В паре метров от него стоял невысокий человек в белом халате с шакальим прищуром. У Монтгомери не возникло никаких сомнений, что перед ним не кто иной, как доктор Крюгер.
— Какая встреча, — сказал наемник и сплюнул остатки принудительного сна на пол. — Ты — настоящий.
— А ты сомневался? Думал, я как Санта-Клаус, сказочный персонаж?
— Жаль, что это не так.
— Для тебя — да, — Крюгер сцепил короткие ручонки за спиной и заходил по комнате, слегка наклонив туловище вперед. — Но ты лишь материал для строительства мира будущего, который я возвожу на этом острове. Для такого тупоголового существа как ты, даже это слишком большая честь.
Монтгомери позволил себе усмехнуться.
— Значит, идеальный мир будущего доктора Крюгера населяют обезьяноподобные мутанты и прочие генномодифицированные уроды? Очевидно, у вас много общего.
Крюгер пропустил оскорбление мимо ушей.
— Они — такой же материал. Первые шаги человечества на пути к качественно новой жизни.
— Понятно, — сказал Монтгомери. — А я-то думал, безумные ученые встречаются только в книгах и кино.
— Всякое безумие относительно. Просто иногда за него принимают естественный прогресс. Если бы люди не были столь консервативны в своих убеждениях, они бы стоически переживали любые жертвы и потрясения, неминуемо сопровождающие любой скачок в развитии вида.
— Да ты еще и философ, — заметил Льюис. — Что ты собираешься со мной делать?
Крюгер поднял вверх указательный палец.
— Это самая интересная часть операции, — он повернулся и кивнул кому-то, стоящему вне поля зрения Монтгомери. — Сейчас ты познакомишься со своим предшественником.
Льюис не успел подумать, что бы это могло значить, так как в следующую секунду в комнату ввели парня в красной гавайской рубашке.
— Герой боевика, — Монтгомери присмотрелся и почувствовал пробежавший по спине холодок. У Джека был чудовищный вид лица, если это можно было назвать лицом. Челюсть разбухла и неестественно вытянулась, разорвав кожу, глаза налились кровью и безумием.
— Ты ведь сам видел, как мой снайпер его пристрелил, — сказал Крюгер, жестом отпуская конвоиров. Очевидно, он не боялся, что это существо может наброситься на него. — Но одним из моих достижений стала возможность воскрешать из мертвых.
— Да уж, качественное воскрешение, — поделился наблюдением наемник.
— Издержки препарата, — пояснил Крюгер и что-то сказал Джеку на странном языке. Тот словно ожил, зарычал и начал крутить головой, в конечном счете уставившись на Монтгомери. Недобрый взгляд, отметил про себя Льюис.
— Вот так! Потому что я долбанный супергерой, мать вашу! — нечто подобное разобрал Монтгомери в исполнении мутировавшего Джека. Голос поддался ничуть не меньшей деформации.
— Это его любимая фраза, — усмехнулся Крюгер, любуясь своим проектом. — Постоянно повторяет ее. Сохранены первичные признаки рассудка, инстинкты и приобретенные привычки. И это при условии, что мы восстановили его из мертвого тела. Следующий шаг — испытание препарата на живом организме. Обладающий рядом навыков головорез — идеальный вариант. Ты последний выживший, потому и удостоился этой чести.
Монтгомери еще раз сплюнул на пол.
— Безумно рад. А что с Касперским?
— Насчет меня не беспокойся, Льюис, — раздался знакомый тенор где-то за спиной. Монтгомери попытался извернуться, дабы посмотреть себе за плечо. Не особо получилось, лишь боковым зрением он разглядел человека в белом халате. Но когда тот сам обошел привязанного пленника и встал перед ним, Монтгомери не поверил глазам. Это был Касперский. Со свойственной ему ухмылкой.
— Что за?…Какого черта? Брэндон?
— Да, только не Касперский, — ответил недавний товарищ по несчастью и положил руку на плечо Крюгеру. — Мы с отцом придумали роль, которую я с радостью сыграл.
— Но ведь ты все время был с нами!..
 
Кроме одного эпизода, вспомнил Льюис.
— Ты чертовски наблюдателен, — Крюгер-младший улыбнулся. — Я не мог отказать себе в удовольствии понаблюдать за шоу изнутри.
— А как же мутанты? — не унимался Монтгомери. Он до сих пор отказывался верить.
— Все дело в особых феромонах, которыми я пропитывал свою одежду и тело, — сказал Брэндон. — Мутанты воспринимали меня за своего, а на своих они не нападают. Не прописано в программе. Мы неоднократно проверяли.
Секунд десять в комнате царило молчание, если не считать рычащего дыхания Джека Корсера.
— Е***ые твари! — вскричал Монтгомери и начал раскачиваться на стуле. Тщетно — тот оказался намертво привинчен к полу. — Ты — гнида, я думал, мы в одной упряжке!
Лжекасперский сохранял спокойствие и невозмутимость.
— Увы, Льюис, у нас совершенно разные роли в этом спектакле. Я — помощник режиссера, ну а ты — один из главных героев. Мы до последнего думали, кого застрелить в конце, тебя или Корсера. В итоге отец посчитал, что на роль воскрешенного куска мяса лучше подойдет герой боевика. Лишь потому, что он еще тупее тебя.
— Ну все, курс лекций закончен, — вмешался в диалог Крюгер и крикнул помощникам. — Несите шприц для мистера головореза.
— Нет! — Монтгомери продолжал извиваться, сдирая кожу с запястий. Прочные канаты не давали ни единого шанса.
Когда все уже было готово, и Крюгер намеревался вколоть в наемника лошадиную дозу препарата, случилось нечто непредвиденное, не входившее в планы ученой семьи. Джек Корсер перестал рычать и пристально посмотрел на Брэндона.
— Агука касака! — закричало существо в гавайской рубашке и набросилось на Лжекасперского. Последний не успел ничего предпринять — Джек вцепился мощной челюстью ему в шею и начал мотать головой, как разъяренный пес. Брэндон закричал, но вместо крика из порванного горла вырвался лишь булькающий звук.
— Брэндон! — Крюгер отбросил шприц и схватился тоненькими ручонками за рубашку на спине существа. — Что стоите, кретины, открывайте по нему огонь! — заорал он своим помощникам.
Те не знали, как быть. Нападавший был зажат в бутерброде Крюгеров, как масло между сыром и хлебом. Стрельба по нему грозила смертью отцу и сыну. Сыну, впрочем, в меньшей степени, ибо его стремительным умерщвлением с успехом занимался сам Джек. Когда судорожные попытки жертвы вырваться прекратились, Корсер потерял к молодому ученому интерес и переключился на старого. С Крюгером-старшим все вышло еще легче — один мощный удар кулаком по голове — и череп хрустнул.
Вот теперь можно и стрелять, решили помощники. Град пуль посыпался на восставшего из мертвых, но не зря он носил такой грозный статус. Джеку было все равно. Он в три прыжка преодолел отделявшее его от стрелков расстояние и начал кровавую экзекуцию. Одному, самому умному, пришла в голову здравая мысль убежать. Расправившись с шестью людьми, Джек ринулся в погоню за седьмым.
Льюис перевел дыхание. Во время стрельбы он приготовился отправиться к праотцам. Удобнее мишени нельзя было придумать, но благо, целью был не он. Несколько пуль просвистели в пугающей близости от лица, а все остальные взял на себя герой боевика.
Прошло не меньше трех часов. Монтгомери оставил попытки освободиться, на своей шкуре ощутив их бесперспективность. Запястья истерлись в кровь. Пережив такое, не хватало еще умереть от кровопотери, будучи овощем, привязанным к стулу, разумно посчитал наемник. С другой стороны, сколько еще ему предстояло пробыть в заваленной трупами лаборатории?
 
Услышав напряженные голоса где-то снаружи, Льюис сначала обрадовался. Но затем подумал: а что если это помощники Крюгера? Скорее всего, так и есть. Кто же еще мог оказаться на этом гребаном острове! Только мутанты и солдаты безумного ученого.
В комнату заглянули трое. Два молодых человека и девушка. Судя по их виду и гламурной одежде, они не относились ни к первой, ни ко второй категории.