Анархия разума (СИ)
Я выглянул в иллюминатор: моя повозка зависла на орбите какой-то газообразной планеты. Потом я понял — это был всего лишь ковёр из плотных облаков над Элизиумом.
— Цель визита, сэр? — повторилось в динамиках.
— Туристическая.
— Предоставьте, пожалуйста, ваш паспорт и галактическую визу.
Я сел за панель и отправил им нужные файлы.
— Порядок, — ответил пограничник. — Но вам придётся оставить аппарат на орбите. Распоряжение владельца. Атмосферный лифт доставит вас на поверхность.
Вот так номер. У этого Монахью явно паранойя, коль он раздаёт такие распоряжения. Но пришлось подчиниться и оставить свой «Тек-3» на космической парковке.
— Личные вещи тоже нельзя брать с собой? — спросил я.
У модулей не было шаблонных дизайнов, зачастую они маскировались под иные предметы, поэтому вряд ли погранец догадается, что на самом деле я с собой привёз.
— Нет, можете взять, но в лифте вы должны будете показать содержимое.
Я выругался про себя. Пистолет для транс-ампул пришлось оставить на борту. При желании и сноровке их можно вколоть и вручную. Зато пригодилось кое-что ещё. То самое. Я управился минут за семь, не заставив пограничника долго ждать.
— Что это такое, сэр? — спросил второй работник поста в огромном атмосферном лифте, рассчитанном, такое ощущение, человек на триста. Замаскированный под кофемашину модуль почему-то вызвал вопросы.
— Это кофемашина нового поколения, что ж ещё!
— Серьёзно? А какой фирмы? А то я не вижу маркировки.
— Фирма — «Гнусмас». Слышали о такой? Это тестовая модель.
Модуль он всё же оставил в покое, так как его внимание привлекли ампулы. Он знал, для чего они предназначались, поэтому не было смысла убеждать его, что я вёз с собой вкусовые добавки для кофе.
— Зачем вам транс-ампулы, сэр?
— Слушай, они не запрещены законом и у меня их с собой всего четыре. Декларированию подлежат от пяти и больше.
Вообще, без модуля транс-ампулы использовались в качестве своеобразного наркотика, не вызывающего привыкание. Интерактивные симуляции, реалистичные ощущения, закрученные сюжеты — существовало великое множество шаблонов, которые менялись в процессе и подстраивались под предпочтения пользователя. Главная опасность — увязнуть в ирреальности и перестать осознавать это. Вот чем чреваты употребления транс-ампул без использования модулей-регуляторов.
— На Элизиуме законы устанавливает владелец, — сообщил таможенник. — Он приказал докладывать ему обо всех прибывающих с транс-ампулами, а если их больше одной, то закрывать пролет.
— Пресвятые угодники! — Терпению подходил конец. — Ладно, давай поступим так: в качестве пропуска на планету я оставлю тебе одну ампулу, вроде как потеряю её прямо здесь и сейчас. Усекаешь?
— Вы хотите меня подкупить, я правильно понял вас, сэр?
— Можно подумать, до меня этого никто с тобой не делал.
Приходилось рисковать. Вдруг Монахью окружил себя верными псами. Но, с другой стороны, я не встречал ещё ни одного таможенника, которого бы нельзя было купить.
— Хорошо. Проходите, сэр.
Ну вот, что и требовалось доказать.
Таможенник выхватил ампулу и тут же исчез. Двери закрылись, и я оказался один в лифте размером с футбольное поле. Он медленно стал опускаться вниз. Его корпус был целиком прозрачный, кроме пола, поэтому я наблюдал всю панораму планеты с километровой высоты над уровнем облаков. Но пока что кроме них я ничего не видел. Постепенно кабина лифта вошла в слой облачности, и мне показалось, что кто-то засунул меня в стеклянную банку и поставил в каморку курильщиков.
С минуту я заворожено наблюдал туман, окутавший всё вокруг, даже закружилась голова. Потом мне открылся вид самого ужасного курорта из всех виданных. Сразу стало ясно, почему сюда летает так мало людей. Тёмные долины с отелями в виде каких-то древних построек, чёрное полотно моря, лениво выбрасывающее на серый песок одну волну за другой и ряд каких-то прямоугольных контейнеров по всему побережью, уходящих в море подобно волнорезам. И всё это утопало в тусклом искусственном освещении (естественное отсутствовало ввиду хронической облачности, надо понимать).
Лифт опустился на ровную каменную поверхность в гигантском ангаре. Ко мне тут же подбежал невысокий лысый мужик, похожий на мексиканца.
— Такси, босс! — заорал он. — Куда ехать?
— В любой приличный отель.
Я осмотрелся. Кроме этого крепыша, никого не было, что меня порядком удивило.
— «Кларк Кристалл» — лучший перевалочный пункт на всём Элизиуме! Едем туда?
— Тебе виднее.
«Кларк Кристалл» (будь он неладен, язык сломаешь) выглядел ужасно изнутри и снаружи. Это был не отель, а какое-то пристанище аскетов. Я боялся представить, как выглядели прочие заведения Элизиума. Однако на рецепции меня первым делом посчитали нужным уведомить, что соседний бар — лучший из всех.
На свой страх и риск я решил его оценить. И даже заказал там безалкогольный коктейль с апельсиновым соком. К моему счастью, я там оказался не единственным посетителем. Нас было целых двое. Не считая обкуренного бармена, в двух метрах от меня сидел какой-то странный тип с кустами непроходимой растительности на лице. Как вы понимаете, познакомиться нам велели сами небеса. Его звали Свен. Через минуту после знакомства я узнал, что он работал космическим дальнобойщиком. На Элизиум он привёз экзотические фрукты. По его словам, апельсины сюда принципиально не поставлялись по распоряжению владельца курорта. Якобы от аллергии на цитрусовые у него умер друг, и таким образом Монахью объявил протест. Хрень какая-то, да? Я понял лишь одно — меня напоили конской мочой с апельсиновым ароматом.
— Где все туристы? — спросил я у бармена и дальнобойщика одновременно, вспоминая цифры, вычитанные в досье.
— Рассредоточены по всему побережью Мрачного моря, — ответил бармен, явно удивлённый моим вопросом.
— Хоть чему-то здесь присвоили подходящее название, — заметил я и допил коктейль. — Находятся же безумцы, готовые за это платить.
— Не в деньгах счастье, мистер, — многозначительно протянул бармен и улыбнулся. — Вы знаете, что на этот счёт сказал Аврелий Августин? «Вы ослеплены золотом, сверкающим в доме богатых. Вы, конечно, видите, что они имеют, но вы не видите, чего им недостаёт».
Я настроился на скучнейший вечер и понял, что у меня куча времени поразмышлять.
* * *Он был молодым человеком преклонного возраста
Он поздно умер, так и не разбогатев
Многие говорят, что Майло Трэпт любит деньги. Не совсем правильная формулировка. Я люблю не сами деньги, а те возможности, которые они открывают. Поверьте, если бы большинство благ человечества можно было приобретать за бездомных кошек, я бы любил бездомных кошек ничуть не меньше.
Мне кажется, люди неверно относятся к деньгам, и в этом корни всех наших проблем. Подмена целей средствами и так далее. Не хочу показаться ворчливым старикашкой, поэтом приведу наглядный пример.
В университете со мной учился классный на тот момент парень по имени Алекс Ротман. Природа наделила его недюжинной силой, атлетическим телом и целым составом спортивных талантов от бега и плавания до бокса и футбола. Но вот проблема — вагончик с мозгами она подцепить к составу забыла. Из-за чего Алекс решился на безумную авантюру.
Он считал, что синоним «классного парня» — это «нищеброд». Поэтому с моей помощью он взял кредит в Банке Времени и свалил с Земли, думая, что на Крокосе никогда никого не ищут. Беда в том, что в своё время так же думали и три десятка других неудачников. Банк шерстил окружение Ротмана и тут же вышел на меня, раскрыв нашу университетскую связь. Разумеется, я не сказал им, где Алекс, ибо понятия не имел, но я знал, что они непременно его найдут. Они всегда находят должников. Мне грозили увольнением, проверяли на детекторе лжи, но мне повезло, что бывший однокурсник ушёл по-английски. Можно сказать, дурень подставил меня, но в итоге мне не пришлось решать непростую дилемму — выгораживать незадачливого друга, поставив карьеру под угрозу, или сдать беглеца с потрохами и посетить похороны собственной совести во фраке и с накладными усами.