Счастье по завещанию (СИ)

— Продолжайте, мэтресса Бьорн.
Кажется, азарт в красавце-блондине только нарастал с каждым моим словом.
— Резонируют обычно два кольца имеющие цвета равноудаленные от центра основной спектральной шкалы талума. Таким образом, кольцо Хезер не могло резонировать с кольцом Рика, а вот мое… — и я показала свое блеклое колечко.
— Ваше кольцо, мэтресса Бьорн, идеальная противоположность кольцу лорда Финча, — закончил мою мысль Закари Дин. — И откуда, позвольте спросить, вы об этом узнали?
— Читала то, что написано мелким шрифтом, магистр, — честно ответила я.
— Весьма похвально! — улыбнулся ректор. — На какой факультет вы поступаете?
— На ваш, лорд Дин.
— Вот как? Боевое отделение? Отлично-отлично. Вы зачислены! — и посмотрел на меня с такой гордостью, словно озолотил.
Разумеется, я была рада, что удалось все уладить, списав происшествие на магическую случайность, но справедливость так и не восторжествовала.
— Это все, магистр? — красивое лицо вытянулось от удивления.
— А вы бы еще чего-то желали? — хмм… Мне показалось или в это свое «желали» он вложил какой-то иной, мне совершенно неизвестный, смысл?
— Разумеется, — не стала вдаваться в подробности. — Эффекта магического резонанса никогда бы не случилось, если бы на территории академии адепты вели себя, как подобает ответственным магам, а не пьяным матросам, только что списанным на берег.
— Что вы имеете в виду? — нахмурился лорд Дин. Он даже сердился изящно и красиво.
— Я имею в виду прямое оскорбление мэтрессы Хезер и последующее нападение на нее. Или вы полагаете, что первой силу использовала я, имея в арсенале лишь светлый камень?
В карих глазах лишь на секунду вспыхнуло восхищение, а потом появился интерес и ни грамма раздражения или негодования. Вот это выдержка!
— А вы нахалка, мэтресса! Чего же вы требуете?
Лорд прищурился и ожидал моего замешательства. Нет, любезный ректор, юриспруденции Гаэса и риторике меня лучшие профессора обучали.
— Компенсации для пострадавшей стороны и наказания для нападавшей! — без запинки выпалила я.
— Однако, — покачал головой ректор. — Что ж, будь по-вашему! Мэтресса…
Он посмотрел на дрожащую как осиновый лист Хезер. Что это с ней? В таверне вроде смелая была. Может быть, от шока еще не отошла? Не каждый день в тебя боевой магией метят. Пришлось толкнуть блондинку локтем, чтобы не изображала раненую птицу.
— Хезер Дайси, магистр, — пролепетала она.
— Дайси… Дайси… Постойте-ка, вашего брата зовут Нил?
— Да, магистр.
Вот заладила магистр да магистр!
— Замечательный адепт ваш брат, мэтресса Дайси, — улыбнулся ректор. — Добро пожаловать на боевое отделение. Или вы мечтали о чем-то ином?
— Благодарю вас! Боевое вполне подойдет! — едва сдерживая визг восторга, выдавила из себя Хезер.
— А с вами разговор будет отдельным, — лорд Дин смерил строгим взглядом нападавших адептов. — И не думайте, что отделаетесь дисциплинарным взысканием лишь потому, что члены ваших семей состоят в попечительском совете вверенной мне академии. Особенно, это касается вас, Родерик. Все понятно?
— Да, магистр! — хором откликнулись юноши.
Шатен очень странно на меня смотрел. Заинтересованно и не зло.
— И запомните, ваше пребывание в этих стенах висит на волоске! — ректор вновь обратился к адептам, а потом посмотрел и на нас. — Дамы, вас надеюсь увидеть за ужином.
Лорд Дин изящно кивнул, бросил на меня еще один совершенно непонятный взгляд, и ушел, что-то насвистывая себе под нос, оставляя двух мэтресс на растерзание трем лордам со старшего курса. Жизнь вообще штука несправедливая, но здесь, в Тесширской академии, почему-то особенно. То ли шутки такие у ректора, то ли это тест на выживание такой. Кто его разберет? Он ушел, а мы сейчас смотрели опасности прямо в лицо. Вернее сказать, в недовольные и даже злобные лица. И правда, чего им радоваться, когда ткнули носом, что сопливая девчонка разбирается в магии лучше, чем без пяти минут выпускники.
— Держись за мной, Хезер, — прошептала я.
— Нет уж, вместе, так вместе! — и откуда в ней такая настойчивость и настырность появились? А при Закари овечкой прикидывалась.
 
— Кто-то что-то говорил про наказание? — прищурился брюнет.
— Или без ректора мы не такие смелые, а? — поддержал его рыжеватый блондин.
На Хезер они не смотрели. Вся их злость, обида, негодование достались мне. Пожалуй, тут без магии не обойдешься. Нет, я не испугалась, но что-то внутри все же дрогнуло. И тем неожиданнее стало вмешательство шатена.
— Не трогайте ее! И остальным передайте, что это моя девочка… — он подошел совсем близко и теперь гладил пальцами мой подбородок. А если учесть, что несколько минут назад «зеленоглазка» ими в земле ковырялся, пытаясь принять вертикальное положение, то приятного в этом было мало.
— Люк, а как же мэтрессы, два золотых и лизание сапог? — напомнил брюнет, которому, конечно же, было обиднее всех.
Кстати, я тоже с любопытством взглянул на шатена. Да, как же?
— Пусть другие лижут. — Его дыхание шевелило мне волосы. — А эта — моя-я-а!
Зеленоглазый наглец склонился к моему лицу, принюхался, а потом совершенно неожиданно провел своим мокрым мерзким языком по моей щеке! Реакция последовала незамедлительно: я размахнулась и влепила негодяю звонкую пощечину. Он даже не пошевелился, хотя на его щеке все больше и больше проступал красный след от моей руки.
— Да как ты посмела… — попытался заорать брюнет, но был остановлен единственным взглядом Шортера. Сам же он прошептал мне:
— Пока я прощу тебе даже это, но не переусердствуй, конфетка! И всегда помни, чья ты!
А, кстати, чья? Раньше была отцова дочь, а теперь муж вот от меня отказался. Выходит, ничья. Своя собственная. Лучше бы не напоминал, что ли. И это его «конфетка» мне совсем не понравилось.
— Вы, очевидно, ошиблись, лорд. Кондитерская лавка чуть ниже по улице, буквально в двух кварталах отсюда. Но смотрите не переусердствуйте, сладкое чрезвычайно портит зубы, — так же тихо ответила я.
— Обожаю наглых, — медленно облизнул красивые, но излишне тонкие губы шатен.
Почему-то я не могла оторвать взгляд от розового кончика его языка. Было неприятно и как-то липко, несмотря на то, что ко мне не притрагивались.
— Не терплю самоуверенных, — не осталась в долгу я и повернулась к странно притихшей блондинке. — Хезер, нам пора!
— Как скажешь, Лисси! — отмерла она.
— Лисси, значит… — улыбнулся, как кот, объевшийся сметаны, Люк. — Лисси… Встретимся за ужином, конфетка!
Я же ничего не ответила, только развернулась, фыркнула и направилась искать жилой корпус для девушек, в котором Оудэн оплатил комнату.
— Буду ждать! С нетерпением! — крикнул зеленоглазый мерзавец вдогонку, его приятели рассмеялись, а у меня предательски вспыхнули щеки.
Ну, жди-жди. Долго же тебе ждать придется.
Да, меня обучали многому, но с откровенно заигрывающими со мной мужчинами до этого момента общаться не приходилось. И сейчас я никак не могла понять, что за чувства испытываю: злость, стыд, замешательство? Или все же какое-то женское торжество? Ведь несмотря ни на что, отвечала я шатенистому лорду весьма достойно. Но если уж быть совсем откровенной, Шортер, как мужчина, весьма проигрывал и моему герцогу, и уж конечно лорду Дину. Договорившись сама с собой, я твердо решила, что в следующий раз, если он сунет свой мерзкий язык, куда не следует, то врежу наглому Люку основательно.
— Ух! — потрясенно выдохнула Хезер. — Между вами просто искры летали!
Разумеется, я сразу поняла, что блондинка имеет в виду Люка.
 
— От искр, знаешь ли, пожары случаются. А это хлопотно и опасно. Пойдем лучше поищем кастеляна, — ответила ей и зашагала к удаленному домику с разбитыми под окнами клумбами и флюгером в виде кораблика на крыше.
  
Глава 17
 
Женщин-магов во все времена рождалось почему-то меньше, чем одаренных мужчин. Скорее всего, природа не хотела рисковать теми, кто в случае чего сможет возродить популяцию своего вида. У мироздания ли был такой подход, или так распорядились боги, не знаю, но девушек в академии обучалось немного. Поэтому всех дам, вне зависимости от статуса и положения в обществе, селили в удобно расположенном корпусе.