Чудовище маякаи другие хонкаку
– Это случилось снова.
– Что случилось? – воскликнул господин Катаяма.
– В этот раз я определенно почувствовал что-то. Это было под мостом, примерно в квартале от станции. Женские волосы, которые зацепились за колеса локомотива. Это не свинья...
Группа возложила задачу ареста владельца «Дзиппоши» на полицейского и повернула назад. Им не потребовалось много времени, чтобы добраться до места, где поезд переехал жертву – оно находилось чуть западнее станции Х.
Ранние зеваки уже вовсю ползали по замерзшему мосту и вокруг влажных от мороза рельсов. Когда группе удалось протиснуться сквозь толпу, первое, что им ударило в нос, был зловонных запах крови и плоти. Поодаль лежала голова женщины, представлявшая собой ужасное зрелище – верхняя половина отсутствовала, мозги и оба глаза куда-то отлетели. Сквозь глазницы и дырку в голове они могли видеть железнодорожные пути, покрытые черными пятнами крови. Пока они стояли там, зачарованные ужасной картиной, неумолимая мысль медленно проникла в их головы. Это была Тойо, дочь владельца магазина похоронных принадлежностей.
Мистер Катаяма повел трясущихся спутников дальше по путям. Вид того, что лежало на рельсах, вызвал потоки рвоты.
Им показалось, что они увидели две женские ноги, отрезанные в верхней части бедер, но около восьми или девяти сун в диаметре, толщиной с бревно. Кожа была пепельно-серой, лишенной цвета жизни. Господин Катаяма присел рядом с ними на корточки с бледным лицом, однако не колеблясь ткнул пальцем в кожу. В этом месте образовалось несколько складок, но кожа не поддалась. С озабоченностью на лице господин Катаяма серьезным тоном произнес:
– ...Это не отеки, вызванные порезом. Вы когда-нибудь слышали о том, как паразитный филяриатоз, который блокирует лимфатическую систему, может стать причиной скопления лимфы или как стрептококк, проникнув в ваше тело через небольшую ранку, вызывает отеки?
Он встал.
– Мы должны опустить занавес над этим делом. Кто бы мог подумать, что несколько происшествий с задавленными свиньями закончатся такой трагедией? Я был неосторожен. Девушка почти наверняка покончила с собой. Давайте обсудим всё по дороге в «Дзиппошу». Если этот человек увидит свою любимую дочь мертвой, он сойдет с ума...
И пока все шли, господин Катаяма кратко объяснил последнюю загадку этого странного случая: как его интуиция помогла ему выйти на мотив кражи свиней хозяином «Дзиппоши».
Господин студент, я не знаю, был ли я счастлив оттого, что интуиция господина Катаямы подсказала ему верный путь, но то, что он был прав, вскоре подтвердило предсмертное письмо, найденное судмедэкспертом на теле девушки и адресованное Оса-Сену с Траурного Локомотива.
Письмо девушки... знаете, оно сейчас у меня с собой. Вместо того чтобы слушать от меня объяснение господина Катаямы, вам лучше прочесть письмо. Честно говоря, у меня нет желания цитировать самодовольное объяснение господина Катаямы, оно слишком душераздирающе. Эта история... это ужасно болезненное воспоминание для меня. Это слишком ударило по мне много лет назад. Пожалуйста, прочтите это письмо сами...
Дорогой Оса-Сен.
Меня зовут Тойо, я дочь владельца «Дзиппоши». К тому времени, как вы прочтете это письмо, я уже отправлюсь в такое место, где больше не буду чувствовать себя неловко. Вот почему я могу здесь все написать. Пожалуйста, прислушайтесь к тому, что я скажу.
С самого рождения я была обречена на несчастную жизнь. У моей семьи не так много денег, поэтому мои родители не смогли сделать меня счастливой, как детей в других семьях.
Четыре года назад, когда мне было девятнадцать лет, в результате несчастного случая я немного поранила ногу. Часто ходить к врачу возможности я не имела. Инфекция попала в рану, и я заразилась болезнью, которая называется «огнем святого Антония». Я пошла к врачу, который вылечил меня, но шесть месяцев назад я снова подхватила похожую болезнь, и мне понадобилось гораздо больше времени, чтобы оправиться. В результате меня поразил страшный недуг – элефантиаз, от которого ноги пухнут, как у слона, и ужасно болят, и я не могу без мучений смотреть на них. По словам доктора, это не смертельная болезнь, но она на всю жизнь и мне никогда не поправиться. С приходом весны и осени мое состояние ухудшалось.
О, дорогой Оса-Сен.
Какая же я несчастная, что начала проклинать отца и мать за такую судьбу. Но с этого времени мои родители начали лечить меня иначе.
Отец пришел в отчаяние и стал относиться ко мне с любовью. Моя мать каждый день умоляла меня простить ее, как сумасшедшая. И в конце концов с ней это и произошло – она сошла с ума.
Ровно три года назад, холодной и дождливой осенней ночью, сойдя с ума, моя мать убежала из дома, и ее задавило поездом под мостом.
Дорогой Оса-Сен.
Машинистом, который управлял тогда поездом, были вы. Вы были очень добры. Вы поднесли венок из цветов духу моей матери. И вы приходили ко мне домой, чтобы купить венок, когда сбивали какого-нибудь человека. Какое же у вас, должно быть, чистое сердце.
О, мой дорогой Оса-Сен.
С того момента, как я впервые увидела вас в нашем магазине, я почувствовала к вам глубокую любовь. Я не переставая думала о вас. Мой отец в конце концов узнал о моей сердечной болезни. К тому времени я стала для него смыслом жизни, поэтому каждый раз, когда вы приходили за венком, он исполнял заказ особенно тщательно.
Но послушайте, что я вам скажу, мой возлюбленный Оса-Сен.
Мое тело слишком чудовищно, чтобы вы могли приблизиться к нему. Но время шло, и я все больше расстраивалась, впадала в истерику и терзала себя каждый прожитый день. Как часто я боялась расплакаться отцу, что сильно хочу видеть вас, хотя вы приходили всего два или три раза в год. Мой отец больше не мог смотреть на мои страдания, когда я целыми днями выглядывала из подсобки в надежде увидеть вас. Примерно месяц назад мой отец пообещал, что раз в неделю, отправляясь в город Б. за цветами, он будет молиться за меня очень действенному богу. И что, вы думаете, произошло? Этот очень действенный бог посмотрел на меня с неба и сделал так, чтобы я могла видеть вас каждое воскресенье. Вы можете представить себе, как я была счастлива? Дни напролет я пела и весело болтала с отцом...
Но это продолжалось недолго, и в прошлое воскресенье вы не пришли. Отец сказал, что небеса разгневаются, так что он больше не мог молиться, поэтому в тот вечер планировал лишь купить цветы. Я больше не могла себя контролировать и сильно поссорилась с отцом.
О, мой любимый Оса-Сен.
В тот момент я держала в руках сверло, которое используется при изготовлении гробов, и им я случайно убила отца. Мне больше незачем жить. В обнимку с этим письмом я отправляюсь туда, где находится моя мать благодаря вашей заботе. Я оставлю венок из цветов у себя дома, после того, как закончу это письмо. Пожалуйста, повесьте его в кабине своего локомотива в память об одной несчастной девушке.
...Вы закончили читать письмо? Как здесь написано, к тому времени, когда группа, возглавляемая господином Катаямой, прибыла в «Дзиппошу», тело отца, склонившегося над наполовину готовым гробом, с большим сверлом в животе, воткнутым до самого сердца, уже остыло.
Господин студент, я думаю, теперь вы понимаете, почему я оставил свою работу на железной дороге и почему возвращаюсь каждое восемнадцатое марта, чтобы посетить общественное кладбище в городе Х. Что? Конечно, вы правы... Вы, вероятно, уже некоторое время как догадались, что тот самый Сэндзо Осада, также известный как Оса-Сен с Траурного Локомотива – это я.
Кажется, мой рассказ получился довольно длинным. И, похоже, мы уже подъезжаем к станции Х5.