Дорога без начала (СИ)
– Поддерживаю, – кивнула Незабудка, приближаясь и вставая рядом с Графом.
– А я остаюсь при своем, – набычился Лом.
– И я, – кивнул Толстяк, становясь рядом с раненым другом.
– Что ж, выходит, голоса наши разделились пополам, – хмыкнул старик, и как бы невзначай отвел трость в сторону, приготовившись нанести очередной костедробильный удар.
– Думаешь, рана заставит меня поменять мнение? – зло прищурился Лом и, оттолкнувшись от фургона, плавным движением тут же перетек в боевую стойку, одновременно призывая в правую руку верный кинжал.
Пожавший плечами Толстяк, снова нацепил на пальцы снятый кастет.
– Стопе, братва, – в примирительном жесте вскинула руки Незабудка. – Не забывайте, на месяц своего временного отсутствия Рихтовщик, будучи официально признанным Системой наследником Ртути, поручил мне, как законной жене, распоряжаться своим голосом на голосовании. И вы все трое приняли соответствующий системный запрос. Так?
– Все верно, – кивнул Граф.
– Твою мать, – фыркнул Толстяк, снова стаскивая кастет.
– И на правах супруги Рихтовщика…
– Да всё-всё, заканчивай этот цирк. Все всё уже поняли, – перебил Лом, возвращая кинжал в ячейку, и снова кривясь от боли в боку, кровавое пятно на котором за секунды предыдущего противостояния увеличилось вдвое. – Но, когда этот крысеныш в силу войдет и, как отец, глотки направо-налево резать начнет, не говорите, что я вас не предупреждал…
Глава 34, в которой мы сперва ругаемся, потом смеемся и, под занавес, начинаем бить злобно урчащие морды
– И все же, я считаю, не надо было брать его с собой, – проворчала Слеза, когда мы, развернувшись, покатили прочь от Вешалки.
– Да как же не взять-то, если Жабе тоже задание на сопровождение Скунса выдали? – проворчал я в ответ.
Мы катили по пустой дороге на старенькой, но крепкой, ниве, тюнингованной в лучших традицией Континента под дикобраза, с обилием защитных решеток вдоль всего корпуса тачки, и торчащими из них во все стороны кусками заточенной арматуры.
– Не передергивай, – поморщилась сидящая за рулем девушка. – Сперва он заручился твоим согласием, и только после этого Система расщедрилась ему на задание.
– Он не захотел расставаться с другом. А дружба – это святое!
– Черт! Рихтовщик! Как в детсаду, ей богу!.. Ну нас квест охренительной сложности! И ты, до кучи, второго новичка хомутом на шею себе навесил!
– Ничего, что мы тоже тут, и отлично вас слышим? – донесся сзади обиженный голос Жабы.
– Ну вот, уже начинается! – поморщилась Слеза. – Этот придурок едет в моей тачке, и чем-то еще не доволен!
– А че вы меня меж собой обсуждаете, будто меня здесь нет?
– Да, нехорошо это, – поддержал друга Скунс.
– Зашибись! Еще и второй придурок начал возбухать, – закатила глаза Слеза. – Спасибо, что в этот раз хоть без пердежа обошлось.
Сглазила.
Наш штатный пердун, как под заказ, тут же звонко испортил воздух.
– Извините, – буркнул он.
– Проветривайте шустрее, придурки! – раздраженно фыркнула девушка в ответ.
Сзади заскрипели ручки механических стеклоподъемников.
– Не забывай, Жаба – медиум. Это может оказаться полезным, – попытался я зайти с другого конца.
– Полезен? Нам? Да ты смеешься что ли надо мной?! Рихтовщик, ау! В первую очередь, Жаба – гребаный новичок! Закуска для тварей!.. С нынешним девятым уровнем он отлично влился бы в спокойную жизнь Вешалки! А брать его с собой в чертовски опасное приключение – это авантюра чистой воды!
– Слушай, ну я ж при тебе ему все тоже самое говорил. Парень все понял, но решил рискнуть. Он свободный игрок, и это его право.
– Да не хрена он не понял!
– Но теперь-то уж чего об этом?.. У Жабы задание. Не сдюжит – отправится на перерождение. Привязку к Вешалке я ему сделал.
– Мы оба с тобой знаем, что иногда случаются вещи пострашнее смерти…
– Уважаемые начальники, ну правда, хорош уже тоску нагонять! – взмолился сзади Жаба.
– Млять! – зло буркнула Слеза, но дальше нагнетать перестала.
На добрую минуту в салоне повисла гнетущая тишина, нарушить которую первым решился я:
– А куда мы, собственно, сейчас направляемся?
– В Крынку, – буркнула Слеза.
– Тот дальний стаб, о котором ты мне говорила? – вспомнил я.
– Угу… Он располагается практически на границе с чернотой. А поскольку дальше наш путь лежит именно туда, в дорогу лучше всего будет экипироваться у тамошнего менялы. Из-за специфики местоположения, там самый богатый выбор снаряжения, для выживания в черных пустошах.
– И долго нам по черноте пилить придется?
– Как повезет, – пожала плечами Слеза, – может пару дней, а может и недель… В третий центральный регион, где находится нужный нам Замок, можно попасть только портальным миражом. А миражи – это та еще дрянь, которую сперва задерешься искать, а потом охренеешь ловить.
Я невольно поежился, вспоминая свой опыт гораздо менее продолжительного блуждания по черноте.
– А че за миражи-то? Можно поподробней?.. Я, когда на черноте был, встречал там только оазисы. Ну и серые земли еще.
– Чтобы мираж портальный увидеть, нужно артефакт специальный у крынковского менялы купить. Такие артефакт делают и, соответственно, продают только в Крынке.
– А споранов-то у нас хватит на снаряжение и на артефакт?
– Должно… Твои крестники все собранные вами трофеи сохранили, плюс мы споровики у порезанных тобой на поляне тварей выпотрошили и автоматы перебитых муров в багажник закинули. Ну и у меня кое-что в заначке припрятано – на крайняк.
– На данный момент наш общий капитал составляет примерно восемь с половиной тысяч споранов, – не удержавшись, снова влез в наш разговор Жаба. – Из которых около трех тысяч приходится на автоматы, а остальное – добытые из тварей спораны россыпью и трофеи, различной ценовой категории. Но это, разумеется, без учета ваших заначек.
– Ваших? – хмыкнула Слеза.
– Ну Жаба – ты, в натуре, жаба, – фыркнул я, показывая крестнику кулак.
Под насмешливым взглядом соседки пришлось покаяться:
– Самые ценные трофеи с прибитых тварей я забирал из общей кучи и прятал в инвентарь. А этот куркуль, походу, только что мне это предъявил. Хотя, практически всех тварей кончил я, и по закону…
– Ты че завелся-то, – перебила девушка и, не в силах больше сдерживаться, от души расхохоталась.
Ее заразительный смех наглым образом тут же подхватили оба крестника на заднем сиденье.
– Рихтовщик, видел бы ты себя со стороны, – стонала сквозь хохот Слеза. – Ты сейчас оправдывался передо мной, как перед мамочкой, запалившей тебя на краже из буфета конфет.
– Да ну вас, млять, – досадливо буркнул я, отворачиваясь.
А через пару секунд общее веселье резко прекратилось, потому как впереди из придорожных кустов, наперерез нашему авто, рванула стая тварей голов в двадцать.
– Разомнемся? – осклабилась Слеза, вбивая в пол педель тормоза.
– Погнали, – откликнулся я и, первым выскочив из машины, ударом кулака свернул челюсть самому шустрому бегуну.
Из открытого окна за спиной едва слышно щелкнул «стечкин» – в сохраненном Жабой пистолете еще осталось несколько патронов, и ушлый крестник не упустил возможности попрактиковаться в стрельбе. Точным попаданием в глаз он добил отброшенную моим ударом тварь. Раздавшийся тут же второй хлопок из салона имел совершенно иную природу, что и подтвердил яростный вопль чуть замешкавшейся на водительском месте Слезы:
– Засранец! Когда все кончится, открой дверь и хорошенько все здесь проветри! Я не желаю потом…
Дальше я не стал слушать. Призвав резак со Шпорой, шагнул навстречу урчащей толпе, и понеслось…
Эпилог
Губы мужа растягиваются в зловещую ухмылку, и острый, как бритва, клинок вспарывает ей горло…
Всего лишь мгновенье, уловить которое, из-за значительно уступающих параметров Скорости и Реакции, в реале она банально не успевала при всем желании. И только уже оказавшись здесь, в вонючем тумане кисляка, через Зеркало Памяти Белка смогла увидеть неотразимый удар Скальпеля.