Одна и навсегда (ЛП)

Ее дыхание отдавало алкоголем, что еще больше отвратило меня.
– Вообще-то, я здесь с подругой, – ответил я, мой голос утратил первоначальную доброту.
– Подругой? – повторила она, с сомнением. – Я видела, как ты тут сидишь уже долгое время. Ты выглядишь очень одиноким.
– Я... э-э... – я посмотрел на танцпол и заметил, что Стефани теперь обнималась с «Энрике Иглесиасом».
Где, черт возьми, Рокки?
Как только этот вопрос промелькнул у меня в голове, я почувствовал, как ее тепло приближается ко мне. Как будто тело могло обнаружить ее еще до того, как заметили глаза. Я поднял вгляд и увидел ее маленькую фигурку, пробирающуюся к бару. Самодовольно улыбаясь, я оглянулся на мисс горячую женщину и сказал:
– А вот и она.
Хмыкнув, «госпожа в фуксии» развернулась и подошла к другому бедняге в противоположном конце бара. Она, должно быть, очень «измучена жаждой», если вы понимаете, что я имею в виду.
– Удачи вам, сэр, – пробормотал я, не сводя глаз с Рокки.
Здесь ничего нет.
Глубоко вздохнув, я молча двинулся к ней, как пума, преследующая свою добычу. Мои глаза сверкнули, когда я увидел, как свет отражается от ее скользкого тела, радужное сияние переливается между ее грудей. Я облизал губы, представляя, каково это – лизать ее ложбинку между грудей, скользя вверх и вниз по ее телу.
Держу пари, она на вкус как вишня и на ощупь как рай.
Подойдя к ней, я положил руку на ее обнаженное плечо, которое было теплым и скользким под моей ладонью.
Интересно, что еще теплое и скользкое?
– Возьми себя в руки, подонок, – прошептал я с отвращением. – Речь идет о встрече с подругой.
Даже если ты хочешь встретиться каким-то другим способом.
Я хмыкнул и виновато покачал головой. Я оказался таким же придурком, каким представлял себе Итана и Дуайта, и, по крайней мере, эти парни были честны в своих намерениях.
«Включись в игру, Тайлер. Включись в игру».
Стряхнув с себя нервозность, я сжал пальцами ее стройное тело.
– Если ты хочешь уйти отсюда с невредимой рукой, тебе лучше убрать ее с меня прямо сейчас, – сердито огрызнулась она.
– Ух ты! Ты изменилась со школы, – воскликнул я удивленно и весело.
Она обернулась и широко раскрыла глаза.
– Джесси! Что ты здесь делаешь?
«Следую за тобой. Преследую тебя».
Я неохотно поднял руку и почесал шею.
– Так и думал, что рано или поздно наша лучшая подруга тебя бросит, – я кивнул в сторону танцпола, где, похоже, начиналось эротическое порно. – Судя по всему, я был прав.
Рокки ухмыльнулась.
– В ее защиту скажу, что она продержалась целый час.
– О, вау! Целый час! Позвоните в прессу. – Я рассмеялся, когда она ответила хмурым взглядом.
– Не важно. Меня это не волнует. По крайней мере, она хорошо проводит время. – Рокки поймала взгляд бармена и заказала выпивку.
Мое тело непроизвольно напряглось, вспомнив, как не так давно я также пил.
– Держи, дорогая. – Бармен поставил перед ней стакан.
Хотя больше всего мне хотелось выбить его у нее из рук, я знал, что она взрослая. Она не была моей матерью.
Она не была мной.
– Так что же ты собирался делать сегодня вечером, если бы не пришел спасти меня от мук одиночества? – Она обхватила вишневыми губами тонкую черную соломинку и сделала глоток какого-то фруктового напитка.
Хорошо. Не должно быть слишком много алкоголя в этом фру-фру напитке.
– Эх, я как раз собирался остаться дома. Наверное, спать. – честно ответил я.
– Вау, так интересно!
– О да. Захватывающе. – Я смотрел, как она сорвала вишенку со своего бокала и положила ее между губ.
Мой член тут же ожил.
Как можно незаметнее я переместил свое тело, чтобы скрыть увеличивающееся возбуждение, и кашлянул.
– Что бы ты делала, если бы Стефани не притащила тебя сюда? Разговаривала с Итаном? – Я прищурился, чувствуя легкое раздражение, когда на ум пришел этот придурок.
Она откинула голову назад и вздохнула.
– Ладно, что у тебя за одержимость Итаном? Каждый раз, когда мы общаемся с тобой, ты упоминаешь его имя.
Дерьмо. Я действительно так много говорил об Итане? Я никогда не замечал этого.
 
– Полагаю, я все еще защищаю тебя, – быстро пробормотал я.
– О, но на самом деле здесь не от чего защищать, – говоря это, она взмахнула рукой, на мгновение задержавшись, чтобы положить соломинку обратно в рот и сделать быстрый глоток. – Отвечая на твой вопрос, я, вероятно, просто была бы дома, наблюдала за падением шара на Таймс Сквер во время поедания пиццы.
Мои глаза заблестели.
– Звучит на самом деле намного лучше, чем все это. Для меня это кажется сомнительным развлечением.
– А какое у тебя представление о хорошем развлечении? – Она склонила голову набок, внимательно меня разглядывая. Странно, но я чувствовал себя так, словно был объектом психологического эксперимента или, по крайней мере, преступником на допросе в полиции.
– Хм… Наблюдать за падением шара на Таймс Сквер во время поедания пиццы, – пошутил я.
Рокки расхохоталась, и я воспользовался моментом, чтобы оценить ее улыбку. Она была искренней, а не фальшивой, как у всех остальных женщин в клубе. Она осветила все ее лицо. От смеха ее плечи вздрагивали вверх и вниз, заставляя напиток плескаться в бокале.
– Черт! – воскликнула она, когда красная жидкость потекла по ее обнаженной груди на блестящий топ.
Мой взгляд скользнул вниз по ее декольте, которое теперь было влажным и блестящим. Теперь придется скрывать свой стояк.
– Полагаю, что некоторые вещи никогда не меняются. Ты все еще недотепа.
– Тьфу, это даже не мой топ! Стеф убьет меня.
Она выглядела так, будто вот-вот заплачет. Она ведь не могла так сильно переживать из-за куска ткани? Я бы просто выбросил свою рубашку и не думал об этом.
Ее нос покраснел, а глаза заблестели, угрожая выпустить потоки слез. То ли из-за того, что она испортила то, что выглядело как двадцатидолларовая рубашка, то ли из-за того, что выпила больше алкоголя, чем я думал. Я почувствовал сильную потребность отвлечь ее. Схватив ее за руку, я направился к танцполу.
– Нет, не думаю, что она заметит. Ты в порядке. Просто забудь об этом. Давай повеселимся, пока мы здесь.
– И что делать? – спросила она.
– Пошли танцевать.
Действительно ли танцы – хорошая идея? Казалось, что с каждым движением Рокки мой член становился все тверже.
Ну, теперь отступать некуда.
– Ты? Танцевать? – недоверчиво спросила она.
– Почему это так удивительно? – я рассмеялся, увидев недоумение на ее лице.
Она моргнула, словно увидела меня в первый раз.
– Ты Джесси.
– Да, а ты Рокки.
Ее это не позабавило, и она указала на мой черный костюм.
– Ты понимаешь, о чем я. Ты был рокером – плохим мальчиком. Тем, кто даже не знает, как танцевать под топ сорок.
Воодушевленный ее реакцией, я снова потянул ее.
– Ну, ты удивишься. Пошли!
Мы прошли на середину танцпола, уворачиваясь от других скользких тел. Я понятия не имел, как люди делают такие вещи еженедельно и для удовольствия! Мне потребовалась вся моя сила воли, чтобы не задохнуться от запаха пота, который пропитал танцпол. Стараясь не обращать внимания на толпу, я повернулся к своему единственному оазису в пустыне похотливых пьяниц. К несчастью, она казалась одеревеневшей, как доска, и не знала, как даже пошевелить ногами.
Я покачал головой и нежно обхватил ее талию, борясь с приливом крови к органу.
– Расслабься, Рокки! Танцуй. Разве ты не умеешь танцевать?
– Я умею танцевать! – она зарычала на меня.
У меня мелькнула издевательская улыбка.
– Тогда танцуй.
Прошло несколько минут, прежде чем она заметно расслабилась. Из плеч исчезло напряжение, и они опустились. Она глубоко вздохнула и начала покачивать бедрами – сначала медленно, потом все быстрее. Хотя я и сам чувствовал себя неловко, мне было гораздо легче раствориться в музыке, наблюдая за чувственными движениями Рокки. Я не сводил глаз с ее бедер, которые двигались в такт басам, и воображал, что это мое тело заставляет ее так раскачиваться. Это мой пах толкает ее бедра туда-сюда, от чего она запрокидывает голову в экстазе и возбуждении.