Паутина миров. Империя. Книга 4. Охотник

– Гроас предложил доставить на поверхность голову титана. В назидание, так сказать.
– Большая и тяжелая, – поморщилась наша хозяюшка, – но, если он свои вонючие котелки даст – без проблем. Можно ее на аукцион будет выставить. Хотя даже не знаю, кто бы ее мог купить.
– Это диковинка, а на любую диковинку найдется покупатель. Правда, на особенно высокую цену я бы не рассчитывал. Если помнишь, целого медведя-людоеда пришлось отдать меньше чем за золотой, тут же только башка. Хоть и здоровая.
– Угу. Простите, господин, но могли бы мы позже пообщаться? У меня еще дел куча.
– Как скажешь. Хорошо поработать. – Спорить с девушкой не было никакого смысла, тем более что трудилась она на мое благо. И отойдя, я понял, что мне в кои-то веки нечего делать. Все были заняты. Всем были розданы задания, определен круг обязанностей. И только я оказался совершенно свободен. Нет, можно, конечно, рыться в тряпье, выискивая хоть что-нибудь ценное. Но искатели с этим справлялись значительно лучше.
Вернувшись в свою палатку, я не обнаружил ни одной из девушек. Это оказалось так непривычно, а ведь еще недавно было совершенно наоборот. Присутствие девушек было странно и смущало. Правда одна, если ее вообще считать женщиной, всегда находилась при мне. Ну или я при ней, тут смотря как смотреть. В любом случае сейчас появился шанс пообщаться наедине, да и Гроас рекомендовал начать разбираться в этой проблеме.
«Хана, нам нужно поговорить».
«Ну наконец! А то больше трех дней все игнорируешь, будто меня и не существует! А это, знаешь ли, очень обидно для девушки, – тут же начал тараторить призрак, – каждой хочется быть неповторимой, чтобы на нее обращали внимание. А меня даже рабыни твои не видят! На них, между прочим, мужики пялятся, почти не отрываясь, а тебе хоть бы хны! Только вышла из спячки, думала: ну, граф не демон, наконец меня ждут балы…»
«Стоп! Хватит».
«Ты же сам сказал, что нам нужно поговорить, теперь, когда мы наконец навсегда связаны».
«А ну заткнулась! Поговорить, а не слушать твои длинные бессвязные монологи!»
«Ой, а вот теперь точь-в-точь мой любимый Восток, он тоже пустобрехов не любил. Как сейчас помню», – вновь разродился призрак. Никогда мне не хотелось ударить женщину. Случай с джинном не в счет – там я сражался за свою жизнь. Да и седую крысу я не ударить, а именно прибить хотел. Сейчас же ладонь будто сама поднялась для пощечины, и Хана, заметив это движение, сжалась, защищаясь руками и пряча голову.
Что это? Притворство? Или реакция вечно забитой девушки, оставленной на тысячелетия в тюрьме из розового алмаза. Камня, передающегося от одного бездушного демона к другому, а по дороге высасывая души из носителей? В любом случае бить ее больше не хотелось. Призрак боязливо выглянул и открыл было рот, чтобы продолжить свою триаду, но я решил, что так больше нельзя. Хана меня просто доведет до белого каления.
«Подожди, – попросил я, подняв руку, – тебе не хватает общения, верно?»
«Конечно! Я же совсем одна! И не надо мне намекать на загубленные жизни, у меня только энергия души остается, а не вся она. Последние несколько сотен лет меня вообще полностью игнорировали. Меня! Принцессу Сентереля! Главного королевства Валтарсии!»
«Что-то я о таком даже не слышал».
«Потому что неуч, не интересующийся историей! Мы были величайшим народом. У каждого сотни и тысячи рабов! А какие мы устраивали балы! Миллионы трудились, чтобы собрать для нас редчайшие грибы. Тонны воды, чтобы промыть их и убрать яд. А сколько на виноградниках! Вино, выдержанное сотни лет, лилось рекой!»
«А что-нибудь кроме пиров вы делали? Полезное, например?»
«Полезное? – даже осеклась Хана. – Мы – высшая раса! Конечно, мы делали полезное! Позволяли жалким отбросам умирать за нас! Мы строили великие города, создавали магические артефакты силы, которую ты даже представить не можешь! Мы подчинялись только божествам и высшим драконам стихий! Вся Валтарсия была под нашим контролем!»
«И где в результате ваш народ? Где драконы? Города? Да из всех артефактов я знаю только один – и тот у меня в груди, да еще и проклят помещенным в него призраком».
 
«Нет, даже не смей сравнивать! То, что сделал Восток, великолепно, незыблемо, но моя тюрьма в тысячи раз слабее того, что творил мой народ! Летающие города, подводные замки, в которых могли жить наземные жители. Мы выводили собственных драконов, не чета нынешним эльфийским поделкам! По сравнению с ними наши были высшими!»
«И как же вышло, что столь великих вас не просто победили, уничтожили? Кто из вашего народа остался? – хмыкнул я, наслаждаясь ее бессилием. – Ты говоришь о великих достижениях, но от вас остался только прах. И кто же сумел победить столь могущественных существ? Один-единственный демон!»
«О нет, он был не один, – усмехнулась Хана. – Думаешь, ему удалось бы провернуть все, что он сделал, в одиночку? Они были лишь жалким народом изгоев. Горстка изгоев, что осталась после путешествия через планы. Весь их народ сошел с ума. И мы легко очистили от них большую часть материка. Земли, которые ты знаешь, как Великую пустыню орков. Все западное побережье было наполнено ими. Но мы загнали их, убивали и порабощали».
«И все же проиграли. Расскажи, как так вышло? Говоришь, их была лишь горстка?»
«Лучше я тебе покажу», – усмехнулся призрак, и мир вокруг помутнел.
 
Глава 9
 
«Что за черт, где мы»? – спросил я у мигом вернувшей краски, сидящей на величественном троне Ханы. Но она мне не ответила и вообще вела себя, как будто меня рядом не было. Несколько секунд понадобилось, чтобы понять – это не она. Вернее она, но она прошлая. Отличались и одежда, и никогда не появлявшееся надменное выражение лица. Мы были не одни, правда понять, где и когда, я не мог.
Огромный, ярко освещенный зал с отделанными белоснежным мрамором стенами, украшенными резными скульптурами, был заполнен эльфами. Но не теми, которые были знакомы мне – зеленокожими и остроухими. У этих кожа была девственно-розовой, а глаза лучились светом. С первого взгляда казалось, что вот они – существа, благословенные Светом.
Но стоило приглядеться к залу, как красота сменялась уродством. Позади каждого из высоких господ, сидящих за столом, стояли в кандалах рабы. Истощенные и понурые, они с радостью подхватывали объедки, которые хозяева соизволили скинуть им со стола. Самым же отвратительным было, когда один из эльфов, только что обжиравшийся до отвала, засунул себе два пальца в горло… а затем отдал ЭТО рабам… и они ели… Наблюдать за этим я больше не смог.
«Вот же твари!» – Сплюнув на покрытый мелкой крапинкой пол, я решил убраться из этого места. Даже демоны по сравнению с этими уродами были вполне милыми существами. Ну а то, что держат под контролем Длани большую часть континента, так не весь же? Да и законы их на самом деле вполне себе. Если их, конечно, выполнять.
Попытавшись выйти из помещения, я понял, что меня не пускает невидимая стена. Что, учитывая легкость, с которой проходил сквозь людей и предметы, было странно. Оглянувшись на Хану, я вздрогнул. Большая часть зала была затемнена, будто ее и не было. Стоило горделивому эльфу отвернуться от принцессы на троне, как лицо его покрыла непроглядная тень.
Как это вообще возможно? Будто у скульптуры отбили половину или нарисовали всех присутствующих на холсте. Ведь за него не заглянешь. Внезапная догадка так поразила меня, что я решил проверить и, вернувшись к Хане, понял, что оказался прав. Это всего лишь воспоминание, и видеть мне дано только то, что видела принцесса. Стоило это осознать – и меня чуть отпустило. Что бы она мне ни хотела показать – скоро оно должно было произойти, иначе зачем все это?
 
Но часы сменялись, я от нечего делать начал запоминать черты приходящих и уходящих гостей. Иногда смотреть было тяжело, и тогда я отворачивался. Высокие господа играли в кости, обменивались рабами и рабынями. Смеялись, шутили, избивали и насиловали прямо за обеденным столом. Жили полной жизнью уродов, заслуживающих только смерти.