Танго с призраком. Том 1 (СИ)

— Ты пей чаек. И печеньки бери, а вон там, в вазочке, колотая чоколата. Угощайся.
Антония послушно утащила кусочек. Положила в рот, осторожно рассосала сладость, и получила в ответ улыбку.
— Нравится?
— Она у вас совсем не такая, как в конфетах!
Конфеты Антония не любила за приторную сладость. А тут чоколата была на грани горечи. Но почему-то еще более вкусная. Чувствовался вкус собственно, чоколаты, не щедро насыпанного в нее сахара…
— У меня знакомая есть. Сама бобы перетирает, сама варит.
— Вкусно.
— Кушай на здоровье.
— Синьора Луиса, а чего это вы меня так приваживаете? — хитро поинтересовалась девушка.
— А чего б не приваживать? Девка ты неглупая, а мне и поговорить тут не с кем. Вокруг одни сплошные аристократы, хоть ты не плюйся, обязательно в тана угодишь!
— Ага, и подруг у вас нет, и друзей…
— Знаешь, какой самый серьезный недостаток моего возраста?
— Какой?
— Половина друзей уже померла, а оставшимся внуки помереть спокойно не дают.
Антония хмыкнула, но уточнять, где внуки синьоры не стала. Проявила деликатность. Впрочем — зря. Синьора все поняла и разъяснила честно.
— Мне и в молодости замуж не хотелось, и в зрелости не тянуло. А уж в старости и вовсе глупо.
— А…
— Дети? Не получатся. У меня их вообще быть не может.
— А…
— Не рассказывали о таком в твоей деревне?
— О чем именно?
— Почему так мало темных магов?
— Н-нет…
— Подумай сама. Активный темный источник — уже испытание для окружающих.
Антония вспомнила, как ее тетка вела себя с таном Эрнесто — и кивнула.
— Ну да. Наверное…
— У тебя-то я смотрю, защита?
Антония кивнула.
— Да.
— Давно, если не секрет?
— Нет. Не очень.
— Вот, это тоже заметно. Итак, активный темный источник вообще мужчинам сильно мешает. Поди, пообщайся с дамой, которая от тебя шарахается. Разве что самые жадные соглашаются. Но дети у них рождаются… не особо сильные. Если вообще одаренные.
— Понятно.
Антония читала нечто подобное. Но в библиотеке Лассара все это было изложено так заумно… пока до сути докопаешься — озвереешь.
— Обычно бывает ровно наоборот, когда у бабы в предках темный затесался, и у мужика, а сами они вроде как обычные, иногда и без источника, а ребенок вдруг возьми, да и родись темным. И вот ему пару найти сложно. Дело в том, что темные-мужчины — у них все нормально. И детей делают, дай дорогу, и с бабами им в удовольствие. А вот у женщин-темных часто встречается бесплодие.
— Ох…
Антония поежилась.
Не то, чтобы она хотела детей вот прямо сейчас. Но она же Лассара!
Последняя из!
Если она не сможет иметь детей, ее род пресечется! И все ее предки… она всех подведет. Вот что страшно!
Говорят — гордись своими предками! А что ты сделал, чтобы они тобой гордились? Антония могла хотя бы детей родить… или — не могла?
— У тебя, скорее всего, все нормально. Это когда отец — темный, а мать нет, вот тогда у бабы может быть бесплодие. А когда оба родителя обычные, или когда мать темная, обычно все в порядке. А если еще и отец одаренный…
Антония выдохнула.
— Тогда — да. А это можно как-то проверить?
— В храме.
Антония кивнула.
— Я проверю. Спасибо огромное.
С Долорес они почему-то на эту тему не говорили. К слову не приходилось.
— Вот потому темных магов и мало. Кстати — если ты себе такого найдешь, дети у тебя точно будут сильными темными. Так что — смотри.
Антония медленно кивнула.
Вот ей совершенно не хотелось искать темного мага. Она знала, кого ей хочется. Но…
— Я смотрю, уже кто-то к сердцу припал?
Антония опустила глаза.
— Мне там делать нечего.
— А что так?
— На земле живем. На него тетка уже глаз положила для моей кузины.
— Так отбей! Дел-то!
Антония покачала головой.
— Мигом из дома вылечу. А мне сейчас и идти некуда, и жить особо не на что. Хотела травницей куда устроиться…
— А диплом у тебя есть?
— Диплом?
— Это город, девочка. Здесь без диплома об окончании курсов тебя просто никуда не возьмут. Разве что полы мыть. Прислугу нанимают — и то ее сначала в агентствах учат. Как подать, как положить, как принести — встать — сказать… а ты как думала?
 
— Но травы-то я знаю!
— И никого это интересовать не будет. Без бумажки — ты букашка.
Антония на минуту понурилась.
— А закончить эти курсы можно?
— У тебя есть на это деньги?
— Эммм… честно говоря — нет. Наверное. Это дорого?
— Смотря что ты хочешь.
— Я травы знаю. И за больными могу ухаживать…
— Это тебе для лекарок курсы нужны… я не узнавала точно, но думаю, около ста — ста пятидесяти реалов.
Антония ахнула.
Цена для нее была неподъемной, о чем она честно и сказала.
— Ну так… попробуй, заработай денег, а потом и на курсы иди.
— Интересно, где я смогу столько заработать?
— У родственников попроси.
— Курсы не помогут мне выйти замуж.
— Кто знает, кто знает… они такое любят. Прихвастнуть…
Антония вздохнула.
Любят-то любят. Но вряд ли раскошелятся.
— Можно я еще приходить буду? Пожалуйста?
— Приходи, мне не жалко. А если еще поможешь пыль на шкафах вытереть — вообще благодарна буду. Возраст у меня уже не тот, по лестницам порхать…
Антония кивнула.
— Тряпку дадите?
— И лестницу дам. Вон, в углу…
Это был честный размен. Они поболтали, и Антония понимала, зачем ее приваживают. Действительно, тяжело старухе. А если еще и темный источник…
Она-то не чувствует, и вообще, ей все равно. А кто другой? Да и характер к источнику прилагается не самый шелковый. Понятно, слуги и помощники с бабкой и не уживаются. А так — все честно.
Ее чаем напоили, она пыль протерла.
Никакой благотворительности.
Вот уж что Антония ненавидела пуще тараканов!
Держись, пыль! Мы с тряпкой уже идем к тебе!
***
К возвращению родственников Антония уже была дома. Честно рассказала тетушке, что выходила погулять по улице, но нагоняя не заработала. Она же не пленница, а в неприятности не ввязалась, проблем нет… ну так что же?
Не держать ведь девушку взаперти?
Да и не удержишь. Возраст такой, лучше где-то и припустить, чем потом получить взрыв и срыв.
А еще…
На заседание клуба заходил Эудженио. И на Альбу он смотрит очень ласково…
Ритане Розалии попросту было не до племянницы.
***
Нотариус — профессия сложная.
Надо не просто знать законы — надо идеально знать законы.
А еще надо уметь их применять, надо быть очень педантичным, въедливым, внимательным, надо уметь отстаивать свое мнение, надо, надо, надо…
Александр Мария Авиель был именно таким человеком. Невысокий, кругленький, рано полысевший, в огромных очках с роговой оправой, он совершенно не производил впечатления опасного человека.
Но!
Стоило ему найти в документах… нечто — и он вклещивался в ошибку с энергией голодного кровопийцы! И не отпадал, пока не высасывал из нее весь сок. Всю пользу…
Единственное, что раздражало почтенного нотариуса, что вносило нотку горечи в его вдохновенную работу и добавляло ему проблем — это клиенты.
 
Вот клиентов мэтр ненавидел. Хотя обожал свою работу.
Почему так?