Рождение сверхновой (СИ)
— Саджанним Чо СуМан и госпожа АйЮ, — поясняет менеджер.
Ясненько. Как раз вовремя, сама уже собиралась им звонить, но так намного лучше. Лучше, когда к тебе приходят, чем наоборот. Позиция для переговоров у нас будет сильнее. И СанХён понимает это лучше меня.
В кабинете все. Когда говорю «все», первым делом имею в виду ЮСона. СанХён и КиХо это понятно, без них никак. Чо СуМан и АйЮ — о них я знаю. Ладно, в такой представительной и в целом приятной компании стерплю и ЮСона. Всех приветствую, чуть запнувшись, едва не сделала это на французском. Я вежлива и обворожительна. По крайней мере, надеюсь на это. АйЮ по-настоящему рада видеть. Совсем не оригинальна я в этом вопросе, АйЮ нравится многим и мне тоже. После обязательного ритуала приветствия для всех её я выделяю лёгким поцелуем в щёчку.
— О, ЮнМи, — миленько смущается девушка. Мужчины благожелательно взирают на наши нежности. Чо СуМан так вообще сияет. Этот поцелуй он правильно расценивает, как зелёный свет с моей стороны.
— Президент Чо СуМан, — начинает официальную часть СанХён, — С первой секунды предупреждаю, что госпожа Агдан здесь не для украшения. Она — координатор всего нашего проекта и официальный музыкальный продюсер.
— О-о-о! — восхищается Чо СуМан, — Госпожа Агдан времени не теряет и берёт одну вершину за другой.
Приходится выдержать и отразить улыбками прилив комплиментов в мою сторону. Наконец СанХён берёт быка за рога.
— Госпожа Агдан, два вопроса. Вы согласны на участие в нашем проекте АйЮ и, может, кого-то ещё из SM Entertaiment? И если согласны, то какова должна быть их доля в доходах?
— На участие АйЮ согласна. Больше никого не надо. Мы просто не успеем. Их долю вы обсудите сами, моя — тридцать процентов. Ни убавлять, ни прибавлять, ни обсуждать, не намерена. Вас устраивает, и их должно устроить.
Чо СуМан переглядывается с СанХёном. Вряд ли СанХён его не предупреждал, так что смысл переглядок, кажется, понимаю. Удивления или возмущения не замечаю.
— Совместный проект, общие условия. Я всё понимаю, госпожа Агдан, — улыбается мне Чо СуМан. А чего бы ему не поулыбаться? Они для меня чужая компания, как ни посмотри. А условия такие же, как для родной. И что с того, что срочный контракт завершён? Любой здравомыслящий человек понимает, что если я с агентством развелась полюбовно, то общие дела ещё долго могут тянуться.
— На что мы можем рассчитывать, госпожа Агдан? — улыбается лучезарно Чо СуМан и прячет за улыбкой некоторое напряжение. С удовольствием его сниму, что мне, жалко, что ли?
— Две песни. Как вы понимаете, больше просто не успеем. К тому же весь проект — мой личный бенефис…
— Бенефис это когда актёр один, ЮнМи-ян, — поправляет меня СанХён.
— Я не актёр, я — певица, автор и продюсер, — поправляю его поправку, — Певица не единственная, зато автор и продюсер — исключительно я.
— Саджанним, — обращаюсь к Чо СуМану, — дальнейшее сотрудничество не исключено, но и гарантировать его не могу. В рамках проекта — две песни. Одна готова, передам вам сегодня, она у меня в комнате. Вторая пока здесь, — касаюсь лба пальцем.
— Уровня «Таксиста Джо»? — вопрос по существу, но немного незаконный. Гарантировать успех не может никто. Моя личная уверенность в успехе, пусть и часто оправдывающаяся, всё равно не гарантия. Надеюсь, он это понимает, не ребёнок же.
— Вряд ли. «Таксист» обладал элементом интригующей новизны. Иностранная певица, азиатка, поёт на французском. Она в этом первая…
— Но вам удалось её обогнать, — замечает Чо СуМан.
— Незначительно. И в моём дебюте была своя новизна. Иностранный автор, сама написавшая французскую песню и сама её спевшая. АйЮ придёт второй раз, если песня повторит успех, для меня это будет приятной неожиданностью.
— Вы хотите сказать, есть вероятность, что песня не станет хитом? — настораживается Чо СуМан.
— Как «Таксист» точно не станет. Мы ведь одновременно вывалим на Францию целую обойму песен. Ваша песня будет конкурировать с другими, но слушать её будут. Она несколько другого плана, чем мои. Так что у нас будет немного разная аудитория.
Чо СуМан задумывается. Он что, серьёзно надеялся на успех, подобный «Таксисту», в составе целого пакета новых песен? Мы наверняка оккупируем вершину чарта, но всяко песни АйЮ будут в числе многих.
— Кажется, мы всё обговорили, — я встаю, — Я забираю АйЮ, мне с ней надо частные темы обсудить, песню ей отдам. Если что, я в общежитии или в репетиционном зале.
Беру АйЮ за руку и увожу. На выходе оборачиваюсь, чуть не забыла…
— По европейским стандартам мы с АйЮ чересчур худые. Так что нам, да вообще всем, можно не соблюдать диеты и набирать вес. Не меньше пяти килограмм, можно больше.
— … — недоумённые и немного возмущённые лица.
— Европейский стандарт айдола на десять килограмм тяжелее, — пожимаю плечами, — Если выходим на европейский рынок, надо это учитывать.
— Какая приятная новость! — смеётся АйЮ, и мы уходим.
Вызваниваю по дороге ЁнЭ, обещает прибыть быстро. В коридоре сталкиваемся с ХёМин.
— О-о-о, бонжур, мадемуазель АйЮ, — стреляет она глазками.
— Кыш! — отвечаю на универсальном языке.
ЁнЭ прибывает через пять минут. Скидываю ей на флешку папку с песней «Viens, viens».
— Иди в кабинет президента СанХёна. Скажи, что я поручила тебе проследить за оформлением. Авторство, как обычно, остаётся за мной. Исполнитель — АйЮ, замена исполнителя только с моего согласия. Деление доходов во время турне согласно договору, по окончании — составим договор с её агентством напрямую.
После краткого обсуждения деталей ЁнЭ удаляется.
— Ты настоящая бизнес-леди, — восхищается АйЮ.
Через полчаса нелёгкого разговора она уходит. На прощание целую её, смотрю в уже почти сухие глаза.
— Ты не обязана этого делать. Мы всё равно будем работать, независимо от того, как ты поступишь.
— Нет, ты права. Мне самой это нужно, — даже не решимость в голосе, а осознание неизбежного, — Давай снимемся вместе.
Она вытягивает руку со смартфоном, несколько раз щёлкает нас в обнимку. Отметает этим все сомнения — она точно сделает, как я насоветовала. Напоследок предлагаю:
— Репетировать лучше с нами. На тичере сэкономите. Но это как саджанним Чо СуМан решит.
Провожаю её и к девочкам. Захожу в общую комнату, громко хлопаю в ладоши.
— Наговорились на корейском? Прекращаем! Дружно вспоминаем, что мы — француженки. Франсе, франсе, франсе! — непреклонным голосом говорю по-французски.
— О, мон дьё! — стонет ДжиХён. Какая умница! Показываю ей пальцами колечко, одобрительно скалюсь. Поехали, девочки!
Вечером нестройной гурьбой идём в жилой сектор. Негромкий множественный стук каблучков ассоциируется с ходьбой гигантской многоножки. Разбираю в голове звучание моей песни чуть не по нотам, надо ещё на планшете всё проверить. Есть у меня кое-какие идеи, и между прочим, не принесённые Юркиным из его мира. Мои собственные. Сегодня первый раз я вышла в звук со своей первой песней. А что это мои коронки такие тихие?
Иду и думаю. Когда приходим на место, и до меня доходит. Они такие пришибленные после моей песни. Не слышали они до сегодня моего нового голоса, уже отточенного в Кирин. Спасибо госпоже учительнице ГаЮн. Усмехаюсь про себя…
Тихо жужжит телефон, смс-ка от кого-то. О, ЧжуВон спрашивает, свободна ли я? Хотела выйти, а потом вспоминаю.
— Бонсуар, ЧжуВон! Чего звоним, чего хотим? — спрашиваю по-французски. О, кажется, я попала в десятку. Девочки ушки навострили, глазками от любопытства заблестели. Вот вам мотивация французский язык изучать!
— Аньён, ЮнМи. Ты с чего вдруг на французский перешла? — бурчит оппа.
— При девочках я всегда на французском говорю. Им привыкать надо и учиться потихоньку. Так что лучше поддержи меня, я сейчас громкую связь поставлю.
— Может, обойдёмся без громкой связи? — как-то тоскливо и без энтузиазма возражает ЧжуВон. На корейском, что-то не тянет его к французскому.