Факультет проклятых

– Ответь, – приказал тленник.
Я непонимающе ткнула пальцем в кнопку приема.
– Отлично. А теперь держи связь активной все время, пока я сам не сброшу, – твердо произнес Айландир и развернулся к выходу из гостиной.
– Погоди, ты что, думаешь, я услышу кодовое слово твоего отца? Через кейлор?! – дошло до меня.
– Именно! – бодро подтвердил тот.
– Но…
Дверь за Айландиром закрылась, обрывая меня на полуслове.
– Но я никогда такого не делала, – растерянно пробормотала я в пустоту.
– Я в тебя верю, детка! – донеслось из кейлора.
Кабы я в себя так верила!
По-прежнему растерянная я уселась на огромный полукруглый диван, обитый темно-зеленым бархатом, и принялась ждать. Подумать только! Айландир даже в такой ситуации умудрился найти для себя выгоду!
Я помнила, конечно, что он всячески стремился добиться у отца доступа к закрытым разделам родовой библиотеки, но не думала, что тленник способен зайти так далеко. Обмануть не просто своего отца, а главу Домена Тлена! И вопреки его воле изучать запретные заклинания, за которые, может, и тюрьма полагается!
«Хотя чему ты удивляешься? Сама-то действуешь так же», – мысленно напомнила я себе. Правда, тут же себе и возразила. Ведь у меня-то выбора нет, я выжить пытаюсь. А для избалованного Айландира это всего лишь блажь…
– Ты долго. – Недовольный голос лорда Грейва вернул меня в реальность и заставил затаить дыхание, прислушиваясь.
– Не я – Ева, – отметил Айландир в ответ. – Не мог же я заставить девчонку бежать. Ее и так после всего пережитого потряхивало. Спасибо, хоть вообще шла.
– Не удивительно. – Послышался сухой смешок. – Судя по эфирной оболочке Александра, тот пребывал в крайнем возбуждении и едва сдерживался. Если он в таком состоянии к девчонке полез, не удивительно, что она перепугалась. Н-да. А вроде взрослый, опытный мужик.
– Пепельник, – с нотками пренебрежения напомнил Айландир. – Типичный несдержанный пепельник. Чего от них еще ожидать?
– Тоже верно, – согласился лорд Грейв. – Не удивлюсь, если в постель он ее все-таки затащит, причем в самое ближайшее время. Но их личные разборки мне не интересны. Главное, чтобы девушка оставалась в зоне нашего доступа. А уж девственницей она при этом будет или нет, без разницы.
Я прикусила губу. Слышать такое было неприятно, хотя, зная характер главы Домена Тлена, ожидаемо. Да и вообще, действительно, какое ему дело до того, кто спит с девчонкой из чужого Домена? Помогает в академии удержаться – и на том спасибо.
– Ладно. Вернемся к снятию печати. Кажется, тебе нужна книга «Темного Повелевания».
– Да, она.
– Сейчас, – явно отдаляясь, пробормотал лорд Грейв. А затем тихим, едва различимым шепотом добавил: – Шатреттартесс.
Я напряглась, пытаясь понять, не послышалось ли мне, но в следующий миг связь прервалась. Значит, отец Айландира действительно произнес слово допуска. И, значит, я действительно его услышала?
Услышала!
Пусть смазанно и не факт, что точно и стопроцентно правильно, но тем не менее!
Да я нереально крута! Я…
«Ты – опасна. Крайне опасна для всех, ибо можешь подслушать любые разговоры, даже не находясь рядом с говорящими. Тайные сговоры, деловые переговоры, буквально все! Весь промышленный шпионаж можешь на пенсию отправить».
Я нервно сглотнула. Неожиданное развитие дара могло поставить под удар обретенное только что спокойствие и относительную независимость. Инстинкт самосохранения тотчас потребовал молчать в тряпочку о своем умении, а Айландиру соврать, что я ничего не услышала. Да только смогу ли я соврать тому, кто меня как открытую книгу читает?
Увы, вряд ли.
Остается надеяться на то, что тленнику и самому будет невыгодно открывать перед отцом мои специфические способности. Иначе ведь он доступа к библиотеке лишится.
Поерзав на диване, я не выдержала и, встав, прошлась по комнате. Интересно, сколько Айландир будет изучать книгу? Лорд Грейв говорил, что у него мало времени, так что вряд ли долго. Тем более тленнику на самом деле ничего там учить не надо.
 
Скорее бы он вернулся! Так хочется все выяснить побыстрее!
Пытаясь отвлечься, я заглянула в соседние помещения, обнаружив кабинет, столовую и аж две спальни с ванными и гардеробными комнатами. Потом вернулась в гостиную и, взяв со стеллажа одну из книг наугад, попыталась почитать. Однако мозг, занятый совершенно другим, отказывался воспринимать жизнеописание какого-то древнего мага полководца. Пришлось вернуть книгу на полку и бесцельно уставиться в окно на мрачный грейв-холловский парк.
К счастью, долго ждать все-таки не пришлось. Прошло не более четверти часа, как дверь в гостиную снова открылась.
– Ну? Что-то услышала? – с порога уточнил Айландир и тут же, лишая меня всякой возможности солгать, довольно добавил: – Ага. По глазам вижу – услышала.
– Да. Кажется. – Я неуверенно кивнула. – Только, Айл, пожалуйста, не говори никому, что я могу… такое. Очень прошу. Об этом никто не знает, и если узнают…
Я осеклась и нервно взмахнула рукой.
Айландир вмиг посерьезнел.
– Разумеется. Это даже не обсуждается. Прекрасно понимаю, что в таком случае тебя твои родственнички в четырех стенах до конца жизни запрут. А нам это крайне невыгодно.
– Спасибо. – Я с облегчением выдохнула.
– Так что ты услышала?
– Твой отец сказал что-то вроде «Шатреттартес». Я, правда, не гарантирую, что правильно разобрала, было очень плохо слышно, но…
– Почти правильно. Не страшно, я понял. Шант ретте Артес, – поморщившись, произнес Айландир. – Забавно. На старом наречии подконтрольного нам мира это означает «Возлюбленный сын Артес». Надо же. Отец, оказывается, сентиментален.
Я буквально кожей ощутила исходящие от тленника волны неприязни и чего-то очень похожего на ревность. Впрочем, я его понимала. Тяжело, когда твои успехи не ценят и постоянно попрекают идеальным старшим братом-мертвецом. Вдвойне неприятно, когда это делает твой самый близкий родственник. Какой-никакой, а отец все-таки.
И пусть Айландиру на мое сочувствие было наплевать, все же не выдержала и сказала:
– Знаешь, помнится, по словам лорда Грейва, Артес бы и пальцем не пошевелил ради моего спасения, потому что был слишком расчетлив и радел за репутацию вашего Домена. Так что, как по мне, – ты намного лучше.
Тленник сухо фыркнул:
– Сомнительный комплимент. При отце такого не ляпни.
– А мать? – осторожно уточнила я. – Хотя бы она-то тебя поддерживает?
– Мать? – Айландир наградил меня странным взглядом, словно удивляясь самому факту того, что подобное можно предположить. Впрочем, почти тотчас на его губах проскользнула кривая усмешка. – О, да. Поддерживает. Так поддерживает, что после смерти Артеса едва мои магические способности не заблокировала. Хорошо, отец вовремя вмешаться успел.
Я изумленно открыла рот, но задать логичный вопрос «Почему?!» не успела. Обрывая меня, тленник махнул рукой и произнес:
– Ладно, хватит болтать. Я устал и хочу хотя бы дома нормально выспаться, так что давай снимем с тебя печать, и я пойду.
– Что мне делать? – тут же уточнила я.
– Ничего. Просто стой и не мешай.
Хм. Кажется, эту фразу я от Айландира уже слышала, и ощущения, которые последовали после нее в тот раз, оказались крайне неприятными…
Внутренне сжавшись от нехорошего предчувствия, я замерла. Айландир же что-то тихо пробормотал, и воздух вокруг меня вспыхнул болотно-зелеными искорками. Миг – и они сложились в мерцающий, подрагивающий образ памятной печати, в которую тленник не так давно меня поймал.
И несмотря на то что в этот раз боли не было, мне все равно стало неуютно. Глядя на болотно-зеленые линии, я вдруг ощутила, как они пронизывают меня, словно корнями врастая в душу. Я чувствовала влияние печати каждой клеточкой своего тела, каждым кровеносным сосудом, и впервые осознала, насколько от нее зависима.
 
Стоит Айландиру отдать приказ – любой! – и я его исполню. Подчинюсь не раздумывая, как лишенная воли марионетка.