Любовь без страховки (СИ)

— Все нормально? Ты же ведь с ней разговаривала? — догадался Влад.
— Да. И мне, кажется, что не все нормально. Катю что-то мучает, и это явно не наша с ней давняя обида.
— Я заметил. Завтра поговорю с ней.
Так состоялся наш первый разговор. Потому был второй, третий, и мне даже пришлось оказывать помощь Кате, и постепенно мы с ней начали общаться.
А на сегодняшний день Катя для нашей семьи один из самых близких людей. И я, оглядываясь назад, очень рада тому, что мы все же с ней сумели найти общий язык и помириться. Я рада, что смогла простить ее и нисколько не жалею о том, что дала ей еще один шанс. Потому что это самый потрясающий человек на свете. Добрая, веселая, искренне любящая всю нашу семью и желающая нам только счастья. А еще немного ворчливая, неуклюжая и глубоко беременная.
В общем у нас все было отлично.
Медленно, но верно мы решали все проблемы, искореняя наше прошлое и пытались жить настоящим.
У нас была самая лучшая свадьба. Потому что это была свадьба моей мечты. У меня было все самое лучшее. Начиная от жениха и заканчивая двумя медовыми неделями на Мальдивах. И я потом была в эйфории еще несколько недель пока не поняла, что мне не удалось забеременеть.
Мы не предохранялись с Владом весь отпуск. И по всем законам жанра я должна была вернуться счастливой и беременной. Но с беременностью не прокатило.
Влад отнесся к этому довольно спокойно, а я очень расстроилась. И не зря.
За три года нашей совместной жизни я так не смогла забеременеть.
Это был кошмар всей моей жизни.
Я пролила столько слез. Мы прошли столько обследований. Я даже предлагала Торопову развестись, потому что впала в полное отчаяние. Меня от этих мыслей не спасала даже учеба в хореографической академии. Я уже давно не работала на Котова, уйдя от него сразу же после того, как меня приняли на дневное отделение на факультет современного танца
По всем анализам мы с Владом были абсолютно здоровы. И все врачи разводили руками, удивляясь нашей проблеме. Просили немного подождать, но день тянулся за днем, а ничего в этом плане не менялось.
В тайне от Влада я плакала. По ночам, а в те дни, когда он улетал в командировки, я позволяла себе захлебываться слезами. И это продолжалась до тех пор, пока Влад не застал меня за этим делом.
— Маш! Ты с ума сошла? Я люблю тебя и вообще не вижу в этом проблемы! Придет время и у нас обязательно все будет! Мне сейчас Никиты с головой хватает!
С Никитой у Влада действительно сложились невероятно дружеские отношения. Они друг в друге души не чаяли. У них было столько совместных дел и планов, что они очень много проводили времени друг с другом. Я иногда даже им завидовала. По-доброму. Потому что, глядя на них, я для Никиты лучшего отца бы в жизни не нашла. И Никита чувствовал тоже самое. Он сразу же после нашей свадьбы начал называть Влада папой, доведя последнего до слез. Торопов принял это подарок и сейчас никто не сомневался, что Никита нам не родной. А полгода назад мы официально усыновили этого ребенка. И теперь у нас была вполне дружная семья.
Если не считать моего бесплодия.
— Маш, если я еще раз увижу, узнаю, что ты плакала, я тебе задницу надеру. Ты для меня важнее всего на свете. И про развод даже не заикайся! Чтобы это было в первый и последний раз!
Торопов кипятился, а я знала, что это пока что он так говорит. Но вскоре и ему захочется подержать малыша на руках, а я не смогу ему этого дать. И я в этом уверена. У его друзей почти у всех были дети, а у некоторых и не по одному. И Влад тоже нужен был ребенок.
— Маш! Хватит себя изводить! Вот разгребу последние два проекта и займемся этим вопросом вплотную, если ты хочешь! Сделаем ЭКО. Если понадобится, не один раз. Только перестань себя мучить! И меня тоже! Давай лучше дизайном займешься!
И я занялась дизайном. Мне действительно нужно было отвлечься.
Влад для нашей семьи приобрел новый только что отстроенный дом за городом. Два этаж, лужайка перед домом и даже бассейн. Я раньше о так даже и не мечтала.
 
И я в этот дом вложила все свою душу. Почти полгода я выбирала обои, краски, мебель, каждую мелочь и следила за ремонтными работами. Я просто жила этим домом. А месяц назад мы в него переехали. Конечно, еще не все было достроено, но жить уже можно было. И мы все были рады этому факту. Потому что квартира Торопова была для нас тесновата.
Как только переехали, сразу же решили, что день рождение Влада будем отмечать здесь. Без ресторанов и заводил. Установим беседку, качели поставим мангал, самовар и пригласим самых близких и дорогих людей. Все по-простому и по-домашнему.
И сегодня в полдень в нашем дворе должны были собраться наши родители, Катя, Матвей, Головины и Яроцкие. Даже Захаров приехал из столицы, в которой он жил последние пять лет. А еще Лиза и Котовы. А меня не было.
Просто вчера вечером мне пришла в голову одна мысль, и я не спала практически всю ночь. А рано утром, пока все спали, я уехала в город на встречу со своим врачом. И сейчас я опаздывала, потому что слишком много времени провела в больнице.
Мне названивали все, кому не лень, а я едва сдерживала слезы. Знала, что все так не вовремя, но ничего изменить не могла.
Я въехала во двор, когда все собрались на лужайке. Игнорируя всех, я сразу же припустила в дом, глупо улыбаясь и нелепо махнув рукой. Мне нужно было время. Хотя бы пятнадцать минут. Но добежать успела только до середины гостиной.
— Маш, ты охренела что ли? — разъяренный Торопов схватил меня за руку и развернул к себе.
— Прости, пожалуйста, прости, я все объясню.
— Конечно, объяснишь. И желательно прямо сейчас.
Я глубоко выдохнула. Ну сейчас, так сейчас.
— Я беременна.
Влад внимательно разглядывал мое лицо.
— Еще раз.
— У нас будет ребенок.
Влад сглотнул, а потом резко притянул к себе и прижал меня так крепко к себе, что у меня ребра затрещали.
— Влаааад…
Он чуть ослабил объятия, но не выпустил меня из своих рук. Так и стоял молча, поглаживая меня по спине, а когда поднял голову, я увидела, что его глаза блестят. Нет, он не плакал, но был на грани.
— С днем рождения, — прошептала я и заплакала.
— Спасибо, принцесса. За все спасибо, — Влад склонился к моему лицу и принялся стирать слезы своими нежными поцелуями. — В больницу моталась?
— Да. Я просто вчера вечером вдруг поняла, что у меня задержка. Причем уже столько, что я не помню, когда последний раз были месячные, — Мы с Тороповым уже давно преодолели период стыда по личным и интимным вопросам, но я почувствовала, что все равно заливаюсь краской смущения, — поэтому рванула в больницу. Прости, пожалуйста, что не сказала и не предупредила. Просто я так волновалась и не хотела раньше времени баламутить воду. А до понедельника бы просто не дожила. Тем более ты знаешь, как я ко всему этому отношусь.
— Маш, ты у меня такая глупышка. Я тебя люблю до дрожи. И я так счастлив сейчас. Это самый лучший подарок в моей жизни!
— Наверное, для меня тоже.
— Какой срок?
— Два с половиной месяца!
— Ого!
Да, я тоже в шоке. Представляешь, я с этим ремонтом и переездом так закружилась, что у меня все напрочь вылетела из головы. И самое странное, что меня не тошнило вообще. Только уставала сильно и спать хотелось невероятно. Я иногда была готова заснуть там, где стою.
Муж улыбнулся и снова прижал к себе.
— Маш, у меня просто слов нет. Я чувствую себя дурачком. Потому что кроме того, что я счастлив и люблю вас всех, ничего путного не могу сказать.
— Я тоже тебя люблю.
Мы еще какое-то время стояли, прижавшись друг к другу и говорили приятные глупости, признания и нежности. А потом, когда я немного успокоилась, Влад спросил моего разрешения объявить эту новость всем собравшимся, и получив мое согласие потащил меня к гостям.
 
— Спасибо! Я все равно так рад, что у меня сейчас ничего нигде не удержится. А если выпью, то сразу же всем разболтаю.