Посторонние (СИ)
А после, доводя себя до края, кончал, прижимая шелк к лицу, вдыхая аромат её тела! И в супружескую кровать возвращался уже пресыщенным и довольным.
— Устал, — бросал я Аньке и ложился спиной.
— А хочешь, минет? — она льнула ко мне, тянулась к горячему паху. Но я убирал её руку:
— Анют, давай спать!
Это вошло в привычку! И, спустя время реальной женщине, что лежала рядом со мной на кровати, я стал предпочитать вымышленную. Нинка тоже была реальной! Но в моих фантазиях она принадлежала только мне одному.
Глава 31. Нина
Напоследок Ольга решила преподнести мне в подарок своего двоюродного брата. Надеясь, что два одиночества сумеют скрасить друг другу досуг!
Пока ребята делали заказ, я изучала его лицо. Высокий лоб в обрамлении непокорных кудрей, легкая горбинка, густые нахмуренные брови. Он представлялся мне музыкантом, с гитарой через плечо. Или художником, с испачканными краской руками.
Такие мужчины, не зацикленные на внешности, вызывали у меня смешанные чувства. С одной стороны хотелось засунуть их в стиральную машинку, прямо в заношенных джинсах. А после взять в руки бритву и остричь все это безобразие под корень. С другой же… Горьковатый привкус опасности будоражил!
Кирилл, так звали новоиспеченного кавалера, учился на заочном, в свободное время, подрабатывая хореографом. Телосложение и манера двигаться выдавала в нем танцевальные способности. Сама Ольга не знала, чем брат зарабатывал себе на жизнь. Однако была в курсе, что деньги у него не переводились.
Мне было плевать. Я не собиралась замуж!
Ребята не поскупились и заказали столик в одном из самых крутых клубов города. Лазерные прожектора разрезали пространство, скользили по лицам. Танцпол постепенно заполнялся, и ритмичная музыка пульсировала, заставляя внутренности сокращаться в такт.
Анька не выпускала из рук телефон, тревожно поглядывая на экран.
— Дениска плачет, спать не хочет.
Я пыталась приободрить подругу:
— Да расслабься ты уже! Ничего с ним не случится!
Когда бабушка отчиталась, что внук уложен, девушку заметно отпустило. Правда, мой призыв «расслабиться» был воспринят слишком буквально. Анька захмелела от пары коктейлей.
— Давно не пила! — напомнила она заплетающимся языком.
— Твой муж в живых меня не оставит, — сокрушалась я, ожидая, пока она продышится за углом. Мороз немного привёл её в чувство.
— А знаешь Нин, — доверительно сообщила Анька, — а я тебе завидую!
— Чего ещё?
— Ну, ты такая, — она нахмурилась, подбирая слова, — такая свободная, красивая! Ты очень красивая! И я бы на твоем месте тоже не выходила замуж. А зачем?
Я вздохнула, глядя в абсолютно пьяные Анькины глаза, и представляя, какая расплата меня ожидает.
— Ну, вот скажи, что хорошего в этом «замуже»? Стирай, убирай, ребенка расти! А когда жить-то?
— У тебя семья, сын и любящий муж! — возразила я, прекрасно понимая, что этот пьяный разговор завтра улетучится из её головы.
— Ага, если бы! Он мне изменяет!
— Кто? Тёма?
— Ну а кто? — Анька покачнулась, — Он меня уже два месяца не… Не ипёт!
Компания неподалёку заинтересованно оглянулась. И я шикнула на подругу:
— Ань, что за пьяный бред?
— Это не бред! Я чувствую, понимаешь?
— Что ты чувствуешь? — я уставилась на неё.
— Ох… ох… охлаждение! — выговорила она.
— Ой, Ань! Давай домой езжай! Твой муж мне харакири сделает!
— А ты куда? — не унималась она, — С этим красавчиком поедешь?
Я раздраженно отмахнулась, высматривая поблизости машину с шашками на крыше.
— Возьми меня с собой! — она по-детски надула губки, — Я тоже ему изменю!
Дождавшись такси, я усадила её в машину, и отправилась обратно, в манящие объятия ночной жизни.
Глава 32. Артём
— Давай, Тёмыч, тебя одного ждём! — поторапливал Андрюха.
Меня хватило ненадолго...
Первое время я отшучивался, наблюдая, как ребята отправляются в очередной загул. Но, стоило всего лишь раз пойти у них по поводу... Как меня осенило! Оказывается всё это время, пока я притворялся семьянином, вокруг кипела жизнь. А я успел позабыть, как это бывает! Когда не знаешь, с кем тебя застанет ночь. Когда можно пить и кутить до самого утра, не боясь расплаты! Разве что похмелья...
Нет, конечно, я не терял головы! Но отныне отговорка «сегодня задержусь на работе» стала нормой.
В пределах рабочей среды мы старались соблюдать приличия, подобно охотникам, высматривая очередную жертву на корпоративных праздниках. Оказывается, в компании существовала субординация! Был перечень общедоступных девчонок, что откровенно «ходили по рукам». Такие меня не привлекали! Я выбирал новеньких, застенчивых и неискушенных мужским вниманием практиканток.
Наташку я высмотрел на новогоднем корпоративе. Хотя раньше не примечал! В платье и на каблуках она преобразилась, и двигалась так соблазнительно. Я представил её тонкое гибкое тело в своих руках...
— Пытаюсь понять, на кого из этих козочек ты уставился, — пытал меня Андрюха.
— Я еще не выбрал, — бросил я приятелю.
— А я б вон той засадил! — он отхлебнул из стакана.
— Какой?
— Вооон той кукле в кружевном платьице, — уточнил Андрюха. — Кажется, новенькая?
— Я первым её увидел! — осадил я приятеля.
— Жребий? — с детским азартом предложил Андрей.
Я выиграл, и довольный собой, откинулся на спинку дивана, наблюдать за трофеем издалека.
Наташка согласилась не сразу, чем только распалила мой интерес. Я вспоминал как это - ухаживать за девушкой? Пару букетов, приглашение на ужин, дешевая безделушка и номер в отеле, где юная практикантка продемонстрировала свои «навыки».
Однажды, в порыве страсти, я прошептал чужое имя...
— А кто такая Нина? — кокетливо поинтересовалась она после, — Твоя жена?
— Много будешь знать, — огрызнулся я, и вопросов больше не возникало.
Было ли мне стыдно? Да не особо! Я рассуждал так. Во-первых, все ребята в компании были женаты. Во-вторых, я не афишировал, встречаясь исключительно на нейтральной территории.
Ну и, в-третьих, я считал, что от Аньки не убудет! В конце концов, мои увлечения никоим образом не отражались на семейном бюджете. А верность? Кто говорил о верности?
Глава 33. Нина
В комнате было светло от жизнерадостного солнца. В отличие от него, я не испытывала радость от жизни тем злосчастным утром! Но именно настырный солнечный свет заставил меня разлепить тяжелые веки. Тело ныло так, будто я всю ночь работала грузчиком на овощной базе. Однако прошлой ночью я не работала. Я отдыхала. Да так, что позавидовал бы любой искушенный жизнью грузчик!
Кости дружно хрустнули в ответ на попытку потянуться. Ступня левой ноги запуталась в покрывале, а лицо, проведшее ночь в недрах куцей подушки, больше напоминало измятую наволочку.
Первая попытка встать с кровати не увенчалась успехом. Откуда-то из глубин пострадавшего организма тяжелой волной поднялась тошнота. Она подкатила к самому горлу, и я судорожно ухватилась за край матраса. Усадив свое тело и настроив «прицел», обвела взглядом комнату. На столе, живописно повествующем о вчерашнем веселье, стояли пластиковые тарелки с огрызками закусок. В углу сгрудились пивные бутылки, парочка пустых из-под вина, и одна недопитая мартини.
Из дальнего конца комнаты слышался музыкальный храп. Я коснулась затекшей шеи и поняла, что из одежды на мне только трусики! Истерзанная грудь без смущения демонстрировала несколько смачных засосов...
Отыскать свое нижнее белье в этом бедламе не представлялось возможным! Я издала мучительный стон, кто-то сбоку пошевелился. Я застыла и медленно повернула голову. На подушке рядом, укрытый с головой, спал Кирилл. Его волосатая нога выглядывала наружу, выставляя напоказ свеженькое тату.
Предстояло найти свои джинсы и незаметно улизнуть, пока пылкий кавалер не протрезвел. «Встречаться с ним после вчерашнего, да еще и в таком виде… Ну, уж нет!».