Месть прошлого (СИ)

А как консер отнесётся к ней? Посчитает ли достойной своего правнука?
– Я представлял её немного иначе, – признался Шерех Шидаю. – Мне докладывали, что она слабенькая девочка, бегающая за утешением к Ранхашу.
– Господин, вас жестоко обманули, – холодно ответила Майяри.
– Ты ей просто не нравишься, – бестрепетно заявил Шидай и заслужил недовольный взгляд девушки.
– Обманули? – седые брови приподнялись. – Мне доложили, что этой ночью Ранхаш отплясывал на главной площади со своей невестой.
– Ну не на главной площади, – поправил его Шидай. – Но танцевал.
– Значит, с невестой он танцевал, – глаза Шереха задержались на расстёгнутом платье девушки и аккуратнейшем (Ранхаш старался) банте кружевного ворота нижней рубашки, – но это не моя внучка?
– Я, – Майяри сглотнула, – не невеста господину Ранхашу.
– Вот как? Мне говорили, что его возлюбленная живёт в его же доме. И здесь сорвали?
– Нет, господин. Я, – девушка запнулась, – я его возлюбленная, но я не ответила ему взаимностью.
– Поправь меня, милая, если я ошибусь. Ты целуешься на глазах у всего города с мужчиной, живёшь в его доме, пользуешься его защитой и покровительством, но взаимностью ему не отвечаешь? Неужели мой рассудительный правнук нарвался на птицу с разными крыльями?[1]
Глаза Майяри вспыхнули, и она яростно прошипела:
– Я не играю с вашим внуком!
– Милая, – уголки сухих губ приподнялись в снисходительной усмешке, – я вижу иное. Мой внук впервые в жизни сумел полюбить, а его избранница падает в его объятия, но взаимностью не отвечает. Ты сама должна понимать, как это выглядит.
– Я не собираюсь понимать и представлять, кто и что видит.
– Майяри-Майяри, не сердись, – господин Шидай примиряюще улыбнулся и бросил на друга удивлённый взгляд.
– Я не могу дать благословение на свадьбу с такой девушкой, – консер сокрушённо покачал головой.
– Когда я соберусь замуж за харена, ваше благословение не потребуется.
Заинтересованные жёлтые глаза и горящие тёмным огнём карие столкнулись, и в комнате повисло недолгое молчание.
– Не выдюжишь, – предрёк Шерех.
– Не лезьте не в своё дело, – процедила в ответ Майяри. – Мы сами разберёмся.
– Так, Шерех, стой! – Шидай поднял вверх руку. – Говори прямо, что хочешь. Эта рыбка на страх не клюёт. И в последнее время чуть что плавниками машет. Вон, пол уже дрожит.
– Я держу себя в руках, – мрачно бросила девушка.
Холодность волшебным образом исчезла с лица старого консера, и он с наигранной обидой посмотрел на Шидая. До Майяри с запозданием дошло, что её только что хотели напугать и вывести на откровенность.
– Нет, Шерех, правда не стоит, – лекарь проникновенно посмотрел на старика. – У неё от страха голову сносит, и она потом сама не помнит, что творила. А Ранхашу расхлёбывать. Он и так на тебя зол будет. Лучше так спрашивай.
– И вы мне ответите? – радостно изумился консер и бросил на Майяри куда более тёплый взгляд.
И он напряг её больше холодного.
– Но вообще-то я ничего спрашивать не хочу, – признался хитрый старик. – Просто я хочу, чтобы эта девушка кое-что сделала. И я надеюсь, к просьбе такого старенького оборотня, как я, прислушаются.
Сурово поджав губы, Майяри непреклонно уставилась на консера.
– Ранхаш впервые так сильно желает чего-то для себя. Настолько сильно, что он готов нарушить законы и собственные клятвы, – Шерех улыбнулся, и Майяри почувствовала озноб. – Мне бы хотелось, чтобы ты перестала его мучить и просто ответила согласием. Это же ведь несложно, моя дорогая?
– Что? – Майяри в изумлении раскрыла рот.
– Я почти ничего не дарил Ранхашу, потому что он никогда ничего не просил, и как дед я не могу упустить возможность дать ему то, что он так страстно желает. Скажу честно: я не могу дать тебе выбор. От нашей семьи тебе уже не скрыться. Но ты можешь выставить условия.
Майяри выдохнула и попыталась сглотнуть ставшую вязкой слюну.
– У меня нет условий, – осторожно ответила она. – Но я не могу стать женой вашего внука.
Шерех чуть насмешливо приподнял брови.
 
– И что же тебе мешает?
Девушка неуверенно посмотрела на господина Шидая, и тот поморщился.
– Похоже, придётся рассказать. Он всё равно уже почти докопался до твоих родственников. А так втроём мы, может, быстрее придумаем выход из этой… ситуации.
– Что-то ты меня пугаешь, – признался Шерех.
– Там причина, по которой она замуж не может выйти, не самое страшное, – заверил его Шидай. – Есть кое-что похуже. В такое даже ты не вляпывался.
– Я-то? – почти оскорблённо протянул консер.
– Майяри, не тяни, а то я сам скажу.
Бросив на прадеда харена полный сомнений взгляд, девушка опустила глаза и закусила губу. Сложно было признаться вот так, когда эмоции почти спокойны. Испуганный разум шептал, что стоит поберечься. Господин Шерех не только прадед харена, он видная политическая фигура, и неизвестно, что он выберет: мир с сумеречниками или «подарок» внуку.
– Майяри, – господин Шидай нетерпеливо посмотрел на неё.
– У меня уже есть муж, – с мрачной обречённостью призналась девушка, представляя себе реакцию консера. И так невеста невидная, да ещё и замужняя.
На мгновение Шерех замер, но потом подался вперёд и втянул носом воздух.
– Ты девственница, – заметил он очевидное.
– Брак не консумирован.
– Ну тогда это не проблема.
– Проблема, – не согласилась Майяри. – Он подтверждён хаггаресскими законами.
– Оу, – чуть опечаленно протянул Шерех под удивлённым взглядом девушки: ей казалось, что он должен был шокироваться сильнее. – Придётся приложить чуть больше усилий, но ради подарка внуку я постараюсь. Мне оставить твоему мужу жизнь?
– На ваше усмотрение, – выдохнула девушка, не веря своему счастью.
– Вот как? – в глазах Шереха мелькнул интерес. – И кто же муж?
– Агарес Изирш.
Шерех присвистнул.
– Какая милая неожиданность, – пропел он, несказанно удивив девушку.
– Вы его знаете?
– Да лучше бы не знать… – Шидай нервно забарабанил пальцами по подлокотнику. – Шерех, у нас очень большая проблема.
– Не думаю, – друг мягко улыбнулся. – Так уж вышло, что Агарес кое-чем мне обязан, и он пойдёт на многое, чтобы я простил ему долг. Да и зачем ему жена, которую он не смог удержать? От такого позора с радостью избавятся.
– Эта поганка стащила у него Книгу Знаний! – лекарь схватил с подноса кружок колбасы и рассерженно замахнулся на Майяри, но швырять еду не стал. – Вот руки у тебя чесались! Стащить книгу у негласного главы сумеречных хаггаресов! Совсем ума нет?!
Девушка испуганно вжалась в спинку кресла и возмущённо затараторила:
– Да откуда мне знать, чья он голова?! Мне никто ничего не говорил! И какой ум?! Мне двадцать три было, и мне хотелось отомстить!
– Отомстила?! Майяри, давай ты мне сейчас скажешь, что пошутила и книга на самом деле цела и ты её просто где-то спрятала?
Вжав голову в плечи, Майяри отрицательно мотнула головой. Колбаса просвистела над её затылком.
– Я правильно понимаю, что вернуть эту книжечку мы не можем? – поинтересовался Шерех, и Шидай в ответ застонал. – Да, это проблема.
– Я могу написать её заново, – неуверенно предложила девушка. – Я заучила всё, что в ней было, пока шла от гор. Каждый вечер учила, а выученные страницы вырывала и сжигала. У меня хорошая память.
– А они не заметят, что книга помолодела, – язвительно отозвался лекарь.
– Сколько страниц было в книге?
– Три тысячи триста восемь, – тихо призналась Майяри.
– Три тысячи страниц знаний… – Шерех сокрушённо прикрыл глаза ладонью. – Они этого не простят. Ещё и хаги с хаггаресскими знаниями… Ты же понимаешь, что об этом распространяться не стоит? Лучше говори, что потеряла книгу где-нибудь в болотах.
 
– Искать будут.
– Пусть ищут. Боги дали, боги взяли. Но с Агаресом тогда лучше не говорить. Его семья потеряет всякое влияние и право учить своих детей, если другие кланы хаггаресов прознают о потере книги. Он на многое пойдёт, чтобы скрыть это. Даже не на многое, на всё. Когда там брак истекает? – консер почему-то бросил вопросительный взгляд в сторону двери.