Месть прошлого (СИ)
Словно стремясь убедить себя, Лоэзия целиком запихнула кусок мяса в рот и потянулась к кувшину. И замерла, с недоумением смотря на молоко. Как-то не так она представляла себе питьё бравых разбойников.
Глава 22. Бесславное возвращение беглянки
Проснувшись утром, Ранхаш обнаружил, что Майяри переползла к большому и тёплому Шидаю, и тот не только позволил ей уютненько устроиться на своей груди, но и облапал за ягодицы. Жуть не проснулась, но всё равно стало неприятно. Ранхаш-то надеялся, что проснётся в объятиях девушки, а она сбежала к его отцу.
Видимо, чувствуя пристальный неодобрительный взгляд, Майяри зашевелилась, приоткрыла глаза и сонно уставилась на харена. Через пару секунд на её лице появилась довольная гордая улыбка, словно говорящая: «Врали. Не ползаю я за теплом». И настроение Ранхаша приподнялось так, что он смог позлорадствовать и даже приподнять уголки губ в усмешке. Майяри тут же напряглась, осознала, что «лежак» под ней мерно поднимается и опускается, и, осторожно ощупав бока «перины», подняла голову. И столкнулась со взглядом сонно моргающего лекаря.
– Замёрзла? – хрипло поинтересовался оборотень, расплываясь в улыбке.
Майяри раздосадовано зашипела, сбросила с себя руки мужчины и торопливо скатилась с него. Викан, которому посчастливилось принять её на себя, сдавленно охнул и мгновенно проснулся.
– Боги, Майяри, я думал, на меня балка грохнулась, – невнятно простонал оборотень, спихивая с себя девушку. – В тебе хоть что-то мягкое есть?
– Сердце? – насмешливо предположил Ирриван.
Он уже сидел за столом, правда, в одних штанах и босой, и уписывал за обе щеки кашу с мясом.
– Одни мослы и кости, – Викан раздражённо завернулся в одеяло и попытался опять уснуть, но получил локтем в бок уже от Шидая.
– Вставай, дома отоспишься.
– Да кто мне там даст! – зашипел мужчина и резко сел, осматриваясь с яростью смертельно не выспавшегося оборотня. На голове его творилось Тёмные знают что, коса растрепалась, волосы за ночь отросли… В совокупности с лёгкой небритостью смотрелось всё это несколько дико. – Так… – Викан пошкрябал себя по щеке. – Мне надо побриться… и постричься.
Майяри приподнялась и опять опустилась на одеяло. Рука невольно дёрнулась к животу, но девушка вовремя опомнилась и разгладила складку на ткани. Всё-таки пришли… Она думала, что ещё вечером начнутся. И что ей делать? В дороге, в компании только мужчин… И не могли дни крови прийти немножечко попозже?
Старательно пряча собственное замешательство, Майяри нашла глазами свой мешок и припомнила его содержимое. Лежащий рядом господин Шидай со стоном потянулся, с наслаждением вздохнул и сказал:
– Возьми мой мешок, у меня всё есть.
Майяри бросила на него затравленный испуганный взгляд, но лекарь невозмутимо зевнул. Украдкой осмотревшись, девушка убедилась, что другие мужчины на неё даже не смотрят. Ну, кроме харена, но у него был такой спокойной взор, что заподозрить его в осведомлённости было сложно. Но Майяри заподозрила. Всех заподозрила.
Молча подхватив мешок, девушка прошмыгнула во вторую комнату и уже там от души пнула воздух и беззвучно выругалась. Как же она ненавидит оборотней! Ничего от них не скроешь! Хоть бы какой-нибудь амулетик дали прикрыться!
Сквозь дверь донёсся голос господина Шидая.
– Слушай, Ранхаш, если ты женишься на Майяри, то, получается, она будет мне дочкой. Значит, я могу её по-отечески оттрепать за уши.
Раздосадованная Майяри сердито зашипела.
– Не смей, – холодно отозвался харен, и девушка опять засопела, но уже не столь сердито.
Мужчины более ничем не намекнули, что знают о деликатной проблеме Майяри, но той легче не стало. Наоборот, создалась ложная – и она сама это понимала – надежда, что знает только господин Шидай, и поэтому девушка старательно скрывала своё несколько болезненное состояние. Но вечером, когда она на привале отлучилась в ближайший лесок, эти оборотни едва не нарушили её уединение.
– Да чего нужно-то? – рассерженно зашипела девушка, торопливо выходя из-за дерева. – Мне уже… по делам отлучиться нельзя.
Неловкая заминка доходчивее любых слов объяснила Викану и Ирривану, вышедшим к месту уединения Майяри, что это за «дела».
– Тебя долго не было, – буркнул Викан и – о, чудо! – кажется, устыдился.
– Извини, Ранхаш заволновался, – спокойно оправдался Ирриван. – Решил, что мы тебя довели и ты сбежала.
– Скоро точно доведёте! – многообещающе прошипела девушка и захрустела сугробами в сторону костра.
Господина Шидая и харена там не было.
– Пошли тебя искать, – объяснил Викан.
– Куда? – удивилась Майяри. – Они меня по запаху не «видят»?
– Дядя тебе утром на спину амулетик приколол, – поморщился оборотень. – И уже очень об этом пожалел.
Злость мгновенно исчезла, сменившись растерянностью, виной и досадой.
– А предупредить нельзя было? – смущённо почесав шею, девушка развернулась к лесу и прокричала: – Господин Шидай! Господин Ранхаш! Вы где? Ау-у-у-у…
– Теперь, наверное, они сбежали, – пошутил Ирриван, а на строгий взгляд Майяри ответил ироничной улыбкой.
Из-за заснеженных кустов почти неслышно вынырнул харен и ненадолго замер, пристально смотря на застывшую на месте Майяри.
– Вы куда ходили? – опомнилась девушка.
– Тебя искать, – из кустов на другой стороне поляны, прямо за спинами драконов – ящеры очень изумились – появился растрёпанный господин Шидай.
– Мне уже до кустов сходить нельзя? – отбросила деликатность Майяри.
– Можно, но лучше сперва предупредить, что уходишь. Майяри, тут дикий лес! – лекарь возмущённо посмотрел на неё. – Хищники не пуганные, а ещё голодные, ибо зима, и злые, ибо голодно.
– Я хаги, – сурово напомнила девушка.
– Которая боится птиц, – напомнил оборотень. – И больших хищников тоже, не думай, что я не заметил.
Майяри окончательно запуталась, так и не поняв, отчего же всё-таки мужчины бросились на её поиски: от опасности защищать или бегство пресекать? И разбираться не стала. Поджала недовольно губы и отправилась к своему месту у костра.
Напряжение быстро спало, главным образом благодаря Викану, который опять занялся своими волосами (быстро растущие роскошные локоны требовали много внимания) и привлёк к этому делу харена, картинно при этом отвергнув помощь дяди, хотя тот и не думал тратить время на неблагодарное занятие.
– Братец куда нежнее, – с блаженной улыбкой заявил Викан.
– Ну знаешь ли, Ранхаш никогда не жаловался!
Шидай присел рядом с Майяри и протянул ей чашу с травяным отваром. Девушка приняла её и подозрительно принюхалась.
– Вот только отравить тебя ещё не хватало, – мужчина бросил на неё укоризненный взгляд, и Майяри, устыдившись, тут же пригубила напиток.
На полянке воцарилась умиротворяющая тишина, развеиваемая лишь сонным ворчанием драконов, потрескиванием костра и звуками ночного леса. Путники уже успели отужинать, и Ирриван, решив, что более ничего интересного не предвидится, забрался под одеяло. Майяри сперва наблюдала, как мрачный харен расчёсывает брата, а потом осторожно скосила глаза на господина Шидая. Тот вопросительно приподнял брови.
– Всё ещё злитесь на меня? – рискнула поинтересоваться девушка.
С последнего разговора с лекарем её терзало беспокойство. Очень уж непривычно было, что господин Шидай всерьёз зол на неё, да и покоя не давали мысли о страхе лекаря за харена: может, не стоило ей возвращаться?
– Да почти уже нет, – поморщился мужчина. – Хотя нервы ты мне потрепала… А уж Ранхашу!
Майяри попыталась задавить вскинувшуюся совесть, но не вышло.
– Ну вы же сами говорили, что харену не помешает встряска, – нервно припомнила она.
– Майяри, ему не помешает взбодриться и немного эмоционально зашевелиться. Но вот пугать его не надо.