Бремя Верности (ЛП)

Погруженный в свои собственные мысли, Обердей ухмыльнулся Тебекаю, когда они продвигались вдоль края пещеры. Они включили свои фонари, только когда погасла последняя вспышка, а другие команды скаутов оказались вне пределов слышимости.
Oбердей (шепотом): Сержант ушел, передай мне маркер. Я ждал своей очереди неделями, а ты проиграл наш спор. Отдай его мне.
Тебекай: А… только не сломай его. Арк дал его мне, и я все еще помню, насколько ты был неуклюж эти несколько недель.
Он достал потрепанный лист пергамента из подсумка на поясе и посветил на него фонарем, сверяясь с координатами.
Тебекай: Двигай давай. Мы должны двигаться на северо-запад, затем на… север?
Обердей взглянул на экран маркера.
Обердей (улыбается): Ты же не потерялся, да?
Тебекай: Заткнись! Ты же знаешь эти тоннели. Настрой поисковик и двинемся дальше.
Покачав головой, Обердей упер болтер в плечо и направил маркер на ближайшую стену. На экране заиграла едва видимая нить бледно зеленого света, раздался механический голос устройства.
Механический голос: Расстояние до цели один метр шестьдесят три сантиметра.
Тебекай сверил показатели с измерительной шкалой. Удовлетворившись результатом, скауты двинулись в путь, навстречу неизвестному.
(Тебекай напевает какую-то мелодию себе под нос).
Через час Обердей остановился и прислонился к гладкой черной стене тоннеля, вытерев лоб тыльной стороной перчатки.
Обердей: Что ты там напеваешь?
Тебекай сморщил нос.
Тебекай: А что?
(Тебекай продолжает напевать).
Тебекай: Я не уверен. Я думаю, я знал ее, еще до того, как присоединился к легиону. Тяжело вспомнить что-то из прошлой жизни.
Он достал фляжку и сделал глоток.
Тебекай: Что ты помнишь?
Обердей уставился на темноту впереди.
Обердей: Поместье. Все, что я помню — поместье.
Тебекай: Ты о чем?
Обердей: Это биологическое название. Equus ferus caballus. Проще говоря — лошади. Это был бизнес моей семьи. Кто-то на Ультрамаре должно быть решил, что Соте нужны лошади.
Тебекай: Зачем?
Обердей повернулся к нему, прищурив глаза при свете фонаря Тебекая.
Обердей: Откуда мне знать? У нас были мулы для работы в поле и каприсийские жеребцы для верховой езды. Но, я думаю, сейчас они мертвы.
Тебекай: Лошади?
Обердей: Нет, моя семья. Их должны были выслать с горы, как только Дантиох взял гору под контроль, я полагаю. Позор. По моему мнению, сейчас Сота — самое безопасное место в Галактике.
Какое-то время они стояли молча, каждый пытался вспомнить времена, потерянные для них навсегда. Гипноз и психовнушение избавили их от прошлого смертных и подготовили к службе Гиллиману. И хотя будущее, ожидавшее их, состояло из нескончаемых битв и, как итог, скаутов ждала геройская смерть, никто из них не сожалел об этом.
Неосознанно, Тебекай снова забормотал полузабытую мелодию, его воспоминания помогли оформить мелодию словами. Обердей рассмеялся.
Обердей (смеется): Я никогда не был хорош в музыке или написании поэм. Ты должен научить этому пастухов в поселении. Они любят хорошие песни.
Тебекай (смеется): Значит я достоин только сборища оборванцев?
В глазах Тебекая промелькнуло озорство.
Тебекай (смеется): От тебя всегда исходил небольшой запашок. Теперь я знаю, что ты — просто мелкий помощник конюха.
Он повесил болтер через плечо и скрестил пальцы, хрустя костяшками, всем видом показывая, что готов к продолжению игривой перепалки.
(Странный звук).
Прежде чем Обердей успел ответить, гора затряслась. Квантовое сердцебиение Фароса заставило содрогаться гладкие стены тоннеля. Подобный эффект проявлялся, когда Дантиох или капитан Полукс пытались использовать устройство на грани его возможностей. Но в этот раз все было по-другому. Более интенсивно. Обердей уронил маркер расстояния, зажав уши руками. Звук все еще отдавался в его груди, словно скаут пытался беззвучно кричать, максимально используя свои легкие.
 
Из невидимых глубин тоннеля раздался треск от удара упавшего валуна о гладкий пол, и поверхность задрожала. Тебекай упал на колени, что-то бормоча себе под нос, но Обердей не мог его расслышать. Постепенно дрожь пропала. Оба скаута продолжали удерживать равновесие, готовые к новым тряскам. Но ничего не произошло. Активировав вокс, Тебекай разразился проклятиями.
Тебекай (извергает проклятия): Чертов кузнец войны… он же знает, что мы здесь.
Он активировал канал связи.
Tэбекай (говорит по воксу): Вызываю когорту Арк 55.
Обердей подбежал к упавшему маркеру и стал проверять его на предмет повреждений.
Обердей: Что ты делаешь? Мы можем прерывать радиомолчание лишь в экстренных случаях.
Тебекай: Как бы ты это назвал? Мы в более чем девяти километрах под поверхностью. Мы будем заживо погребены здесь, если они продолжат в том же духе. (Говорит по воксу с яростью в голосе). Когорта Арк 55, прием.
В ответ раздалось потрескивание. Никто не отвечал. Обердей что-то проворчал себе под нос, направляя маркер в сторону тоннеля.
Обердей: Луч Фароса может быть все еще активирован. Если это так, то вокс не будет работать.
Механический голос: Расстояние до цели восемьдесят восемь метро тридцать четыре сантиметра.
Тебекай поднял руку.
Тебекай: Шшшш… выключи его.
Обердей: Что? Почему?
Тебекай: Тише.
Оба скаута задержали дыхание. Канал связи не отвечал, издавая лишь шипение, если только…
Глаза Тебекая расширились, и он посмотрел вверх.
Тебекай: Там. Ты слышишь это?
Скауты почувствовали едва уловимые бинарные колебания.
Обердей нахмурился.
Обердей: Что это?
Тебекай: Это автоматический, механический код. Похоже, это один из потерянных сервиторов.
ГЛАВА 03
Они проследовали за слабым сигналом еще два километра вниз, а затем — на северо-запад, согласно показаниям маркера расстояния. Они прилично отдалились от первоначальных координат, и Тебекай перестал записывать маршрут. По его грубым расчетам они уже более трех раз ходили по кругу. Здесь стоял жуткий холод, такой, какого они не испытывали прежде. Даже за пределами стен машинного отделения основной точки ультра. Оба пришли к заключению, что здесь еще не ступала нога человека.
Обердей: Это все равно, что находиться внутри огромного зверя. Огромного ледяного зверя.
Тебекай: Тихо.
Обердей: Я просто говорю. Тебе не кажется, что это… похоже на органику? Я имею в виду поверхность здесь. Тоннели напоминают мне…
Тебекай (вмешивается): Тихо.
Скауты остановились, прислушиваясь к слабому шуму сервоприводов. Их фонари осветили пространство внизу, с гладкой стеной тоннеля, похожего на капилляр. Тебекай сделал вид, что не видит связи в словах Обердей, и с угрюмым выражением лица отключил вокс.
Тебекай: Хорошее предположение, брат. Спускайся и захвати дрон. Забудь о наших вычислениях. Информация в сервиторе может быть в десять, двадцать, сотни раз полезней. Мы вытащим его на поверхность и передадим кузнецу войны. Тебекай и Обердей — герои Соты!
Обердей покачал головой..
Обердей (вздыхает): Ты — идиот!
Тебекай пожал плечами.
Тебекай: Не я спускаюсь в узкую щель в брюхе машины ксеносов. Будь осторожен.
(Обердей спускается в дыру).
Обердей передал брату болтер и просунул голову в отверстие. Тебекай помогал ему влезть в проем, держа за ремни ботинок. Обердей, обхватив свои наплечники, заскользил к щели, здесь его фонарь был бесполезен, но скаут и без этого определили местоположение сервитора по его машинному шуму.
 
Обердей: Хорошо, что ты продолжаешь шуметь, старый кусок хлама! В противном случае, мы бы никогда не нашли тебя в этой тьме.