Бремя Верности (ЛП)

«Вызвать из памяти запись альфа-эпсилон три-четыре-четыре-пять. Условное обозначение: первая встреча. Начать воспроизведение».
Глава 02
Вызов привёл её на нижний уровень плавильного комплекса, под литейную, в которой делали макропушки для оборонительных укреплений дворца. Стены вибрировали от работы цехов и почти не заглушали бесконечный грохот и звон, словно невообразимо огромные молоты били по наковальням размером с гору. Шипящие водопады расплавленного металла падали с верхних уровней и стекали в боковые каналы. Полуобгоревшие сервиторы за пультами управляли потоком – и раскалённые реки уходили в сточные туннели, которые вели дальше под землю. Более неприметного и всеми забытого места не сыскать. Веторел предположила, что потому это место и выбрали для встречи. То, что здесь будет обсуждаться, не должен услышать никто посторонний.
Генерал-фабрикатор появился из большого подходного туннеля напротив. Едва взглянув на него, Веторел оценила всю мощь преображения Кейна. Впервые они встретились на Терре за два года до раскола. Тогда внешне он был таким же, как она, – по большей части человеком. Теперь же это была сгорбленная машина. Торс с четырьмя конечностями вставлен в похожую на бак раку. Должно быть, Кейн рассматривал падение Марса как прямой результат слабости человеческой плоти. И таково стало его искупление – и перевооружение.
Веторел ощутила, как затрепетала душа перед столь высоким совершенством. Её смертное тело на его фоне выглядело печальной тщетой, и Веторел подумала, как можно усомниться, что Кейн – истинный генерал-фабрикатор Марса. Самое его существо выражало волю Омниссии.
Загрей Кейн. Я наслышан о твоих трудах в тронном мире, адепт.
Вокс-коробка Кейна скрежетала, но его человеческие губы, навечно запечатанные железом, не шевельнулись. Она благодарно склонила голову.
Загрей Кейн. У тебя есть имплантат памяти.
Веторел. Да, есть.
Загрей Кейн. Значит, в будущем твои воспоминания о нашем разговоре останутся безупречными. Ты превосходно исполняла роль посредника между моими кузницами и решала политические вопросы. Теперь ты нужна мне для нового задания в качестве посла Механикума в Совете Терры.
Веторел снова склонила голову, благодаря за оказанную честь. Любой другой жест был бы здесь чрезмерным. Но по органическим цепям её тела прокатилась волна изумления и твёрдого намерения доказать, что её выбрали не зря.
Веторел. Вы не хотите общаться с ними лично?
Загрей Кейн. Притяжение Совета колоссально. Я не могу позволить, чтобы меня туда засосало. Совет будет отнимать время, которого у меня нет. У тебя же есть и другие преимущества. Внешне ты в общем выглядишь человеком. Для Совета это имеет значение. Машинам они не доверяют. И в качестве посла ты станешь прекрасным мостом меж двух берегов.
Веторел. Я стану этим мостом. Я стану вашим голосом во всём.
Загрей Кейн. Голосом Механикума. Моё присутствие будет… минимальным. Весь авторитет должен исходить от тебя. Мы будем советоваться по мере необходимости, и я…
«Остановить воспроизведение».
«Перейти к записи альфа-эпсилон три-пять-ноль-ноль. Условное обозначение: одобрение тактики. Начать воспроизведение».
Та же самая пещера неделю назад. Веторел вжилась в роль. Теперь она лучше понимала, что нужно сделать для общего блага Механикума и Империума. Она снова стояла перед Кейном, возвышенная своей новой властью, но при этом раздавленная ещё большей ответственностью.
Веторел. Разногласия внутри жречества очень сильны.
 
Загрей Кейн. На Терре – как и везде. Двойное наследование сводит на нет все мои усилия объединить миры-кузницы. Раскол грозит стать глубже.
Веторел. Значит, вы согласны с моим предложением? Лучше обострить кризис и разрешить его, чем пытаться замедлить. Мы должны решить это уравнение.
Загрей Кейн. Мы решим его.
Генерал-фабрикатор подкрепил своё одобрение потоком кода.
«Остановить воспроизведение».
Глава 03
Марс зашёл. Красный свет родного дома пропал. Церемония завершилась. Техножрецы покидали башню всегда в молчании, пронизанном болезненным осознанием ухода, и возвращались к своим обязанностям на Терре. Они не разговаривали, и ничто не говорило об их знакомстве между собой, их объединяло только само присутствие на церемонии. Так происходило каждую ночь с самого начала. Но в эту ночь ритуал был нарушен. Два жреца не ушли. Они остались на своих местах у зубцов стены в нескольких метрах справа и слева от Веторел, выжидая пока уйдут остальные. Затем подошли к ней.
Веторел. Магос Горрантор. Магос Пассакс.
Она поприветствовала их, используя плотскую речь. У Веторел было предчувствие, что в предстоящем разговоре важны будут такие тонкости, которые нельзя передать столь однозначными выражениями бинарика. Горрантор поклонился.
Горрантор. Посол Веторел, у нас есть вопросы. Вы должны предоставить на них ответы.
Вот тебе и все тонкости.
Оба жреца были высоки ростом. Горрантор был худым, тогда как фигура Пассакс была настолько крупной, что на её фоне он казался почти скелетом. Его стройное тело служило настоящим олицетворением двойственности: левая сторона оставалась органической, хотя и опутанной густой сетью электу, тогда как правая была целиком машиной с завитыми пучками механодендритов, выходящих из плеча и бока. Линия раздела представляла собой идеальную прямую точно посередине лица. Ширина металлической половины черепа была на несколько миллиметров уже, чем органической, отчего казалось, будто плоть счистили, дабы обнажить железо под ней. У Пассакс вообще не осталось никаких видимых признаков человека. Она передвигалась на шести суставчатых насекомьих ногах. Туловище её было мощно бронировано, а инструменты на концах гнущихся во все стороны пальцев легко могли заменить оружие. Лицевая пластина всё ещё носила отметины от лазожогов, полученных в боях на Марсе. Если голос Гаррантора ещё как-то походил на человеческий, то голос Пассакс звучал монотонным механическим скрежетом, словно в железном барабане перекатывали щебень.
Пассакс. На Терру прибыло немало представителей Коллегиа Титаника.
Веторел. Значит, вы слышали. Да, прибыло.
Горрантор. Означает ли это приготовления к марсианскому походу, посол?
Веторел (вздохнув). Нет.
В одно это слово она вложила всю усталость от последних заседаний Совета. Она повела рукой над парапетом.
Веторел. Они здесь потому, что участвуют в переброске легионов титанов для обороны северо-востока сегментума Соляр.
Горрантор. Неутешительно. Посол, вы добиваетесь решения нашего дела?
Горрантор повторил титул Веторел снова, что прозвучало скорее как выражение сомнений и раздражения, но она решила пропустить это мимо ушей.
 
Веторел. Я изложила запросы Механикума чётко и ясно. И продолжаю действовать в этом направлении.
Горрантор. Что это нам дало? С каждым циклом от тех, кто обслуживает военные нужды Империума, требуют всё больше и больше. Что мы получаем взамен?
Пассакс. Мы не рабы Императора!
Веторел. Да, мы не рабы.