Сердце медведя (СИ)

Рука устала держать тетиву, и Виола разжала пальцы.
— Фьють! — Стрела воткнулась в черный щит бандита. Тот пошатнулся, всего лишь на миг, но этого оказалось достаточно, чтобы Бьорн стремительно рубанул его по ногам.
Разбойник упал на землю, и мощный удар топора тут же превратил его лицо в кровавую кашу.
— Что с остальными? — крикнул Бьорн, бросаясь на помощь Рагнару.
Проклятье! Виола совсем забыла о лучниках в кустах! Она кинулась к своему наблюдательному посту, и как раз вовремя: двое бандитов бежали через лощину на подмогу своим сообщникам. Виола, почти не целясь, выстрелила в одного из них. Стрела ударилась о щит и отскочила, а разбойник даже не замедлил ход. Проклятье!
Виола схватила вторую стрелу, положила на тетиву. Задержав дыхание, она прицелилась в ноги. Над головой просвистело: в кустах остался еще один лучник. Плевать! Виола разжала пальцы. Бандит охнул и осел на землю: стрела попала ему в колено.
Второй тем временем добрался до камней, но, увидев, что Рагнар и Бьорн расправились с его сообщниками, кинулся обратно. Виола судорожно попыталась нацелить стрелу, но в следующую секунду Бьорн метнул ему в спину топор. Оружие с уханьем кувыркнулось в воздухе и вонзилось разбойнику между лопаток. Тот полетел на землю, а подоспевший Рагнар одним взмахом топора отрубил ему голову.
Тело забилось в конвульсиях, орошая траву алыми брызгами. Зрелище было отвратным, и Виола с трудом сдержала приступ тошноты.
Повернувшись к бандиту с простреленным коленом, она увидела, что тот торопливо отползает в заросли.
— Не уйдешь, сволочь! — Она натянула тетиву и пустила стрелу вслед беглецу. Та попала ему в плечо. Разбойник дернулся, и пополз еще быстрее, но тут подоспел Бьорн и могучим росчерком топора оборвал его жизнь.
— Осторожней, там еще один! — крикнула Виола, заметив, как шелохнулись ветки. Она стрельнула наугад, но так и не поняла, попала или нет. В следующий момент Рагнар и Бьорн бросились в кусты и выволокли оттуда упирающегося разбойника.
Обшарив заросли и убедившись, что в живых больше никого не осталось, Бьорн и Рагнар притащили бандита к валунам и швырнули его на землю. На вид было трудно определить его возраст: клочковатая борода и похожие на паклю волосы закрывали окровавленное лицо. Из бедра торчала стрела: видимо, именно его Рагнар и ранил в самом начале боя, и поэтому он остался в кустах, прикрывать подельников.
Рагнар связал ему руки за спиной, а Бьорн отвесил сапогом хорошую зуботычину.
— Пойду приведу коней, а ты потолкуй с нашим новым приятелем, — сказал Рагнар и отправился за лошадьми.
Виола решила пока не слезать с груды камней, а еще немного понаблюдать за окрестностями. Сверху было хорошо видно, как Бьорн допрашивает пленника.
— Имя? — потребовал он.
— Нюк, — буркнул бандит.
— Банда?
— Черные Щиты.
Черные Щиты? Знакомое название… Уж не о них ли говорила Матильда, когда рассказывала о нападении на Рюккен? Кажется, так и есть: Бьорн сдавлено ругнулся сквозь зубы.
— Мы ведь прогнали вашу гребаную шайку три года назад, — процедил он. — Так какого рожна вы вернулись?
— Не знаю. Так Кнут приказал.
— Что еще за Кнут?
— Наш атаман.
— Где он?
— Дык, вы его порешили. Вон его башка валяется.
— Кто вас нанял?
— Не знаю.
Резкий удар ногой отшвырнул бандита назад.
— Не ври, псина! — рявкнул Бьорн. — Отвечай!
— Клянусь богами, я не знаю, господин, — забормотал тот, с трудом поднимаясь на колени.
Его спутанная борода окрасилась кровью. На какой-то миг Виоле даже стало его жаль, но она тут же отогнала это чувство. Ублюдок сам виноват, а значит, поделом!
Бьорн опять замахнулся.
— Не надо! — пролепетал бандит, испуганно отшатнувшись. — Я и правда ничего не знаю. Атаман сказал, что сегодня мы должны засесть тут на дороге.
— Почему именно сегодня? Почему именно здесь?
— Не знаю! Клянусь! Я всего лишь делал, что мне велели.
Бьорн покрутил головой, разминая шею, несколько раз сжал и разжал кулаки.
— Хорошо, — наконец сказал он, вплотную приблизившись к пленнику. — Тогда ответь мне еще на пару вопросов.
 
— П-постараюсь.
— Скажешь правду — и я тебя отпущу…
— Спасибо, господин!
— Но если соврешь… — Бьорн выдержал многозначительную паузу. — Видишь девку, там, на камнях?
«Он имеет в виду меня? — удивилась Виола.
— Д-да, — разбойник опасливо покосился на нее.
— Так вот, она — ведьма, и сразу почует, что ты брешешь. И тогда я прибью твои кишки к этому дереву и заставлю тебя бегать вокруг него. Понял?
— Д-да, господин, — пробормотал бандит.
— Хорошо.
Бьорн опустился на корточки и пристально взглянул в лицо пленника. Тот вжал голову в плечи.
— Три года назад твоя банда напала на Рюккен. — Бьорн говорил спокойно, но Виола подсознательно уловила в его голосе звенящее напряжение натянутой струны. — Что ты знаешь об этом нападении?
Она заметила, как бандит украдкой взглянул на нее, и злобно оскалилась, растопырив пальцы. Разбойник шумно сглотнул и сбивчиво затараторил:
— Ну, это… Кнут тогда сказал, что почти все мужики в поход ушли, а тех, что остались вроде как свой человек в лес выманит.
— Кто этот человек?
— Не знаю, господин, клянусь!
— Что было дальше?
— Особо поживиться не удалось: ихние мужики из лесу некстати нагрянули. Пришлось делать ноги.
— Многих успели убить?
— Да нет, почти никого. Так, мальца одного пришибли, да бабу брюхатую снасильничали, обычное дело.
У Виолы перехватило дыхание. Неужели он говорит о…
— Какую бабу? — вкрадчиво поинтересовался Бьорн.
— Ну дык, нам Кнут показал один дом, дескать, там должна быть хорошая добыча. Ну, мы туда вломились, а там баба на сносях и сопляк малолетний. Ну, мелкого мы, как водится, на копье бросили, а бабу по кругу пустили.
— И ты тоже в этом участвовал? — ровным голосом спросил Бьорн.
— Ну… э-э-э…
Мощный удар кулаком швырнул бандита на землю.
— Говори, мразь!!! — взревел Бьорн.
Пленник с трудом сел и закашлялся, выплевывая выбитые зубы.
— Ну дык… все ее… не я ж один, — промычал он.
Бьорн медленно набрал воздуха в грудь, затем с шумом выдохнул.
— Хорошо, — наконец сказал он. — Ты ответил на все мои вопросы.
— И вы меня отпустите, господин? — с надеждой спросил разбойник.
— Нет, — сказал Бьорн, доставая из-за пояса кинжал.
— Но вы же обещали!
— Я соврал.
Бандит суматошно задергался, пытаясь отползти, но Бьорн схватил его за шиворот и резко поставил на ноги.
— Ч-что вы собираетесь делать? Пощадите, господин! Я ни в чем не виноват!
В следующий момент Бьорн шмякнул его спиной о сосну, после чего стянул с себя ремень и привязал им пленника к стволу.
— Не надо! Прошу! Во имя Ньоруна! — лепетал бандит, но его мольбы не были услышаны.
Бьорн разрезал на нем пояс и сдернул штаны до колен. Вялый член белел в волосах как жирная личинка на черной земле. Не успела Виола и глазом моргнуть, как Бьорн оттянул отросток рукой и резким движением ножа отхватил его, словно кусок колбасы.
— А-а-а-ы-ы-ы!!! — Душераздирающий крик гулким эхом прокатился по окрестностям. С дерева с пронзительным карканьем сорвалась стая ворон.
Виола оцепенела от ужаса.
В следующий момент вопль сменился клокотанием: Бьорн засунул отрезанный член бандиту в рот, а затем полоснул его лезвием по горлу.
Пока разбойник дергался в конвульсиях, разбрызгивая под собой кровь, Бьорн вытер кинжал о траву и, заткнув его за пояс, повернулся к Виоле. Его лицо было смертельно бледным, даже глаза, казалось, побелели, как колотый лед.
У нее сжалось сердце.
— Прости, что тебе довелось на это смотреть, — глухо сказал он. — Но я не мог поступить иначе.
 
— Понимаю… Этот ублюдок говорил… — она судорожно сглотнула, — о твоей жене и сыне?
— Да, — коротко выдохнул Бьорн.
— Тогда он получил по заслугам.