Все друзья делают это (СИ)

— Никита! — я даже шоколадку снова оставила в покое и пощелкала пальцами перед лицом мужчины. — Какие картины?! Я никуда с тобой не поеду! Я поняла, куда ты клонишь! Хочешь, чтобы я сыграла роль твоей девушки?! Но это глупо! Я, конечно, твоих родителей видела всего пару раз, но они-то знают, что мы с тобой дружим! Мы не можем с тобой встречаться! Это же неестественно!
— Спорное утверждение, — отмел он мой довод. — К тому же мы не будем делать вид, что встречаемся. Мы сделаем вид, что ты еще думаешь, присматриваешься ко мне.
— Ага, а за двенадцать лет я тебя не рассмотрела!
— Ну да, — усмехнулся он. — Бывает и так. Но вместо того, чтобы обидеться, я благородно даю тебе еще один шанс.
Внимательно посмотрела на Никиту и поняла, что, несмотря на усмешку, он говорит на полном серьезе. Он действительно хочет, чтобы я поехала вместе с ним в домик его родителей и чтобы сделала вид дурочки, которая за столько лет не поняла, как относится к мужчине, ближе которого нет.
— Нет, — сделала слабую попытку отбиться от этой непривлекательной роли.
— Вспомни, что ты — мой друг, — надавил он на слабую точку и сгладил неприятность этого факта соблазнительными бонусами: — Отметим юбилей нашего знакомства в историческом месте. Ты ведь после смерти бабушки там не была? Погуляем, подышим свежим воздухом, а то так и пролежишь две недели в квартире. Грибы пойдем собирать. И вообще, кто если не я, поможет тебе во всем разобраться?
— Весь пафос сбил! — рассмеявшись, я схватила подушку и бросила ее в Никиту.
Тот ее поймал, вернул на место и лег на нее вместо меня. Закинув руки за голову, он мечтательно улыбнулся и пробормотал:
— Хорошо, что у меня есть ты. Уверен: мы с тобой отобьемся, а вот мой братец…
— Фи… — нервно сглотнув, я все же смогла справиться с эмоциями и продолжить: — Филипп что, тоже там будет?
— Угу. Как раз возвращается в уик-энд. И даже понятия не имеет о засаде. Придется ему за двоих отбиваться. У него же нет такой надежной девушки, как ты.
— Но… я.
Никита открыл глаза и очень серьезно взглянул на меня.
— Что, Ань?
— Да так… — я постаралась улыбнуться, чтобы он не заметил моей растерянности, а потом, дабы не выдать себя даже взглядом, легла на одну подушку с Никитой. — Ты прав. У него действительно меня нет.
Я тихонечко вздохнула, не в силах справиться с накатившей печалью. Филипп приезжает… Ничего не слышала о нем почти два года, и вдруг…
Как я смогу делать вид, что присматриваюсь к Никите, если люблю его старшего брата?!
— Никит… — прошептала испуганно я.
— Я буду рядом, — он выпрямил руку так, чтобы мне было удобней лежать, и ободряюще приобнял за плечи. — Я тебе помогу во всем разобраться. Пора уж…
Кажется, он бормотал что-то еще, но на каком-то незнакомом для меня языке. Или я просто уснула, и мне это приснилось. Не знаю. Но в любом случае, перед такой нервной поездкой выспаться не помешает.
А я поеду.
Я теперь точно поеду.
  
Глава № 2
 
Сложив в небольшой чемоданчик вещи первой необходимости, я накормила себя и лучшего друга завтраком на скорую руку и порадовала Веселкину, что на целые выходные квартира в ее полном распоряжении.
— Ура! — все еще сонная, она соскочила с кровати и бросилась обнимать Никиту. — Не зря я вставала ни свет ни заря! Не зря я в тебя поверила! А вы точно только на пару дней? Может, погостите подольше? Все-таки родители — это святое.
— Да, — поддакнул Никита.
— Я тоже буду скучать по тебе, — отлепив девушку от друга, укоризненно взглянула на соседку, но у нее снова слипались глаза, и моего взгляда она не увидела.
А вот слова приняла всерьез: мол, да, конечно, я буду по ней скучать. Сама же она грустить точно не станет. И я даже представлять не хочу, что увидит квартира за эти два дня. Главное, что этого не увижу я, а к моему возвращению все будет убрано.
— Ты уверена, что здесь все, что нужно? — усомнился друг, посмотрев в дверях на мой чемоданчик. Взял его в руки, недоверчиво встряхнул, и еще раз. — Почему он такой легкий? Здесь что, одни шоколадки?
 
— Никита, я еду в гости, а не переезжаю. Здесь все, что нужно на пару дней. А обеспечение шоколадом я бесцеремонно перекладываю на твои плечи. Если бы я знала заранее о нашей поездке, я бы запаслась, а так…
— Угу, — недоверчиво хмыкнул мужчина и выставил меня за двери. — Если бы ты знала заранее, ты бы сто раз себя накрутила, придумала массу весомых причин для отказа или даже сбежала куда-нибудь. Так что, согласись, я удачно придумал застать тебя врасплох.
Зная хорошую память Никиты, я соглашаться не стала, а то возьмет себе за правило всегда просто ставить меня перед фактом! Хотя на самом деле он ловко прочувствовал: иногда со мной надо поступать именно так. И вообще, он прав: пора во всем разобраться.
Пора. Тем более что больше такой возможности точно не будет…
Субботний день, да еще конец августа — черный BMW Никиты уверенно рассекал крылья. С улыбкой вспомнила, что раньше, с пересадкой на общественном транспорте, эта же дорога занимала у нас с родителями почти два часа, а потом еще минут двадцать надо было идти по тропинке. Сейчас же мы уже через полчаса въезжали в поселок. Два пункта охраны, почти один за другим, предъявление пропуска Никитой, запись моей фамилии в книге гостей…
Когда проехали дальше, я замерла в ожидании, когда же покажется маленькое озерцо, в котором никакой рыбы лет сто не водилось, но было так приятно болтать ногами. Машина замедлилась, окно с моей стороны опустилось, и я невольно задержала дыхание, увидев настоящее прозрачное озеро, двух рыбаков и крупный улов в их безразмерных ведрах.
— Никит… — выдохнула потрясенно.
Он не ответил.
А машина медленно поехала дальше, показывая, как изменилась деревня за то время, пока меня не было. Сейчас о прошлом напоминали лишь высокие деревья, да и то раньше в этом лесу можно было легко заблудиться, а теперь виднелись ухоженные дорожки, лавочки и беседки для отдыха. И дорога… Разве такая была здесь дорога?
После дождей бывало так грязь размоет, что к колодцу во двор выходить не хотелось, а ныне колеса авто как по зеркалу едут. Да и асфальт чистый, не удивлюсь, если его моют, как за границей. Жители деревни о таком и не слышали даже, а хозяева новых домов, которых почти не видно за высокими дорогими заборами со всей атрибутикой охраны, могут себе и не такое позволить.
Семь лет назад, когда мы продавали бабушки дом, здесь не было такой показушной роскоши. Ну, выкупали старые постройки, затевали на их месте новые, но не чувствовалась такого размаха. Я недавно в интернете наткнулась на фотографии этого поселка, но долго не рассматривала. Зачем? Бабушки уже нет. Дома ее наверняка уже тоже нет. И потом, картинки показались безликими, а сейчас я смотрела и вспоминала, что на месте этого желтого чудовища с башенками раньше был хилый домик деда Василия. У него всегда так приятно пахло сушеными грибами, и когда ни придешь — на столе поджидали грибная юшка и краюха черного хлеба. И было так вкусно, что мы с Никитой, даже будучи сытыми, никогда угощения не отказывались.
И только теперь мелькнула мысль: а дед Василий, может, не так сильно любил грибы и черных хлеб. Может, у него просто на другую еду денег не хватало, а мы…
Следующие дома ничего не говорили мне о новых владельцах, а вот земля, на которой они находились, рассказывала. Здесь жила баба Матрена. Здесь дядя Лука. Здесь когда-то давно веселая молодая семья обосновалась, и они ждали пополнения. Наверное, тоже переехали — их домик был хоть и современным, но куда проще того, который выглядывал из-за забора. Жаль. Почему-то жаль…
 
А вот там, в конце деревни, у кромки самого леса, жила моя бабушка.
Очень сильно хотелось взглянуть, как там сейчас, но машина замедлилась у белого двухэтажного коттеджа, виднеющегося через ажурную высокую изгородь, и я узнала дом родителей Никиты. Когда-то он был меньше на целый этаж, да и вширь так не раздавался, но смотрелся красиво, не вычурно. Светловолосая женщина, что вышла на лестницу и приветливо махнула рукой, подтвердила мои мысли: да, мы приехали. И нас уже ждут.