Подвалы твоего сердца (СИ)

— Мне не нужны подарки, — спешно оборвала его речь Гермиона, поворачиваясь к юноше. — Это не совсем… удобно.
— Разговаривай об этом непосредственно с ней, — будто бы безразлично пожал плечами Драко. — Мама все равно не успокоится. Ты бы знала, сколько я уже успел наслушаться о твоей храбрости, отзывчивости, человеколюбии и многом, многом прочем, пока находился здесь!
Гермиона неуверенно улыбнулась, снова отворачиваясь к зеркалу. Малфой приближался к ней со спины, и от этого внутри все сладко щемило и переворачивалось.
— Я еще не высказал тебе ни одной благодарности, — тихо начал Драко, и Гермиона поймала его взгляд в зеркале. Ей не хотелось отводить глаза и прятаться от такого пристального внимания, потому что волшебница была уверена: происходит нечто важное.— И вряд ли смогу это сделать как следует. Но знай, что я действительно… — юноша осторожно положил руку на плечо гриффиндорки и медленно повернул её к себе. — Очень благодарен. Вряд ли этот подарок слишком восхитит твой богатый внутренний мир, но миссис Малфой настояла на том, чтобы это оказалось в твоих руках.
Гермиона неуверенно посмотрела на черную бархатную коробочку размером с ладонь. Плотно сжав губы, она, не беря её в руки, откинула крышку и замерла. Внутри покоились массивные серьги с полупрозрачными камнями в оправе из белого золота. Они притягивали взгляд и манили прикоснуться к ним. Поддавшись желанию, Гермиона провела пальцами по изящным изгибам металла и тонко граненым камням, а потом отдернула руку.
— Это слишком для меня. Сам подумай: я даже не смогу их носить, потому что мне банально некуда, — волшебница передернула плечами, с надеждой поднимая взгляд на Драко.
— Если бы ты до сих пор встречалась с Уизли, я бы обязательно сказал, что ты могла бы их продать, когда в вашей семье наступят голодные времена, — не удержался от колкости Малфой и оскалился, искренне довольный своим комментарием.
— Мог бы и промолчать, — без особого рвения отмахнулась Гермиона, отступая от Драко на несколько шагов. Что ни говори, её настроение слегка упало.
— Ладно! Только не обижайся, — примирительно продолжил он. — Давай сделаем так, — Малфой переложил коробку в руки девушки. — Ты наденешь их на сегодняшний прием, чтобы моя мать успокоилась, а потом мы что-нибудь придумаем.
— В прошлый раз миссис Малфой тоже сказала, что это просто подарок, — Гермиона показательно подняла руку с кольцом и усмехнулась.
— Обещаю, в этот раз никакой магической подставы! — Драко поднял руки в обезоруженном жесте. — Ну, почти.
— Почти?
— Сейчас увидишь, — Драко легко подхватил серьгу.
— Я бы предпочла узнать об этом прежде, чем увидеть.
— Замолчи, Грейнджер, — беззлобно прошептал Малфой и легким движением убрал выбившуюся прядь волос за ухо девушки. Гермиона подумала, что он мог и не просить её заткнуться, потому что в следующую секунду язык волшебницы окаменел самостоятельно. Мягкие и осторожные движения поразили мочку её левого уха, а потом девушка почувствовала, как холодный металл прикасается к её коже. Скользящим движением пальцев обозначив линию плеч Грейнджер, Драко приступил к облачению в украшение другое ухо. — Вот и все. Прекрасно, — закончив, юноша пронаблюдал за тем, как полупрозрачные камни меняют цвет на темно-бордовый, в тон платью. С еще большим удовольствием он отметил восхищение в глазах девушки. Они стояли совсем близко напротив огромного массивного зеркала и смотрели на картину, которая перед ними развернулась. Никто не осмеливался это озвучить, но и Драко, и Гермиона подумали о том, что вместе они смотрятся восхитительно. Волшебница слегка склонила голову, запечатлев длинные цепкие пальцы, застывшие на её плече.
— Грейнджер, — хрипло выдохнул он ей в шею, слегка склонившись.
— Что? — почти бессвязно пролепетала она, искренне переживая за то, что Драко сможет увидеть мурашки на её руках.
— Вырез на спине весьма… — костяшки прохладных пальцев заскользили сверху вниз по позвоночнику и остановились только на пояснице. — Неплох.
 
Гермиона вздрогнула, тут же почувствовав слабость в коленях. Ей хотелось немедленно за что-то ухватиться, потому что она понимала: еще немного, и она упадет. Словно прочитав её мысли, Драко тут же обхватил талию волшебницы руками и порывисто прижал к себе.
— Что же ты творишь, ведьма? — отчаянно прошептал он, лбом уткнувшись в изящный изгиб её шеи. Драко поражался, как Грейнджер — эта святая невинность — могла сводить с ума. Он, конечно, тоже не был слишком опытен, но, черт возьми, не могла же проклятая скромница заставлять его покрываться мурашками от одного своего протяжного выдоха!
— Нам нужно идти, — с блаженством прикрывая глаза, почти простонала Гермиона, на самом деле желая откровенно наплевать на весь прием и остаться здесь навечно. Она вряд ли понимала, почему с такой легкостью отзывается на ласки слизеринца, однако уже так привыкла сваливать все на чары, что даже перестала удивляться.
— Ты права, — Драко, наконец взвесив все возможности вечера, отпустил девушку и выпрямился, с удовольствием разглядев румянец на её щеках. — Идем, — он подал ей локоть, и, когда Гермиона зацепилась за него ослабевшей ладонью, двинулся к дверям.
Большой торжественный зал встретил их ярким ослепительным светом. Гермиона зажмурилась, потому что её глаза слишком привыкли к уютному мраку остальных комнат Мэнора. Легкие наполнились душным воздухом с примесью сотни духов. Зал, очевидно, был переполнен. Девушка ничего не видела, но по затихшему гаму поняла, что все смотрят на них. Все-таки стоило появиться по отдельности.
— Добрый вечер, — поздоровался с кем-то Драко, увлекая её дальше. Тишина наконец-то прервалась, и девушка слегка приоткрыла глаза. Все оказалось не так плохо, как ожидалось. Почти все присутствующие (черт возьми, почему их было так много?) вскоре вовлеклись в беседы друг с другом. Звон бокалов раздавался то справа, то слева, и Гермиона перестала пытаться ухватить взглядом знакомые лица, потому что в глазах уже пестрило от разнообразия красок.
— Гермиона! — веселый женский голос полетел ей навстречу, и волшебница довольно скоро обнаружила направляющуюся к ним миссис Малфой. Если раньше гриффиндорка думала, что выглядит прекрасно, то теперь она была в полнейшем сомнении. Нарцисса могла затмить любое юное создание в этом зале своей зрелой красотой и невероятным шармом. Платье из изумрудного бархата с отделкой из черного кружева идеально облегало фигуру, расходясь пышными волнами от колен и стелясь вслед за легкой походкой женщины. Шею хозяйки Мэнора украшало ожерелье из изумрудов, а мудреную прическу — большое черное перо. — Тебе понравился подарок? Вижу, он подошел к твоему сегодняшнему наряду.
— Как будто бы он мог не подойти, — хмыкнул Малфой и получил укоризненный взгляд матери.
— Я уже говорила… Драко, — Гермиона переминулась с ноги на ногу, закусив губу. — Что эти серьги…
— Мисс Грейнджер очень понравились украшения, — тут же пресек её объяснения Малфой, заметив на лице матери зарождающееся расстройство.
— Правда? Это просто чудесно! — Нарцисса хлопнула в ладони, но черные шелковые перчатки приглушили звук. — Тогда я скажу всем, что мы можем начинать. Сначала выступит Министр магии, а потом ты. Будь поближе к тому месту в зале, — женщина махнула рукой к небольшому возвышению около высокого окна, а потом стремительно исчезла в толпе.
— Волнуешься? — Драко встал напротив неё.
— Немного.
— Да ладно? Гермиона Грейнджер не подготовилась?
— Не говори глупостей. Я всегда готова, — фыркнула волшебница, с удивлением замечая, как волнение отступает. Драко смотрел на нее с легкой улыбкой на губах. Он специально раззадорил её.
 
— В таком случае, с нетерпением жду. Только поменьше соплей про Войну, умоляю! — хмыкнул Малфой, отступая назад. — Встретимся позже.
— Я буду говорить про настоящее. Внимательно слушай меня, — пристально взглянув вслед удаляющемуся юноше, произнесла гриффиндорка.
— Непременно, — улыбнулся Драко, а потом исчез, скрывшись в толпе.