Аромат Жасмина (СИ)
Был деликатный момент, о чём не решился спрашивать... в тридцать пять лет не иметь ребёнка...
И Жасмин сама подняла волнующую для неё тему, признавшись: «я соврала тебе, никак не предохраняюсь… бесплодна – и эта мука ни с чем несравнима…» – выходит, своей фразой – об отсутствие презервативов, «ударил» по больному...
Поэтому фонд так важен. Помогая детям, старается не думать о том, что никогда не станет матерью.
На логичный вопрос: «а как же альтернативные способы, усыновление на крайний случай?», она ответила категорично: «врачи не оставили ни полпроцента на возможность забеременеть естественным путём, а если бы вдруг произошло чудо, то выносить плод физически не смогла бы, у меня нарушение репродуктивной функции, не поддающееся лечению – пустая я; доктора предложили нам единственный вариант – суррогатное материнство, использовать донорские яйцеклетки, оплодотворённые семенем мужа».
Но на это Хасанов не согласился, не желая воспитывать ребёнка от другой женщины, несмотря на фактическое отцовство. Жасмин ещё хотела взять малыша-отказника из приюта, о чём он даже слушать не стал. После чего заявил жене: быть родителями – вообще не вписывается в его планы, посоветовал ей смириться и больше не заикаться о детях, тем более – чужих, с неизвестной генетикой и наследственностью, такие ему вовсе не нужны. В итоге – лишил последнего шанса.
«Столько же испытаний выпало на долю этой хрупкой женщины…» – ну ладно, бывает, несчастлива в браке – это одна история, но за какие грехи наказана в остальном? А она из тех, кому необходимо реализоваться в материнстве.
М-да… Не знаю, как бы я поступил в похожей ситуации… И что делать с данной информацией? – время покажет.
Сейчас не готов рассуждать глубже. Не сталкивался ни с чем подобным, моя жизнь не столь насыщена событиями – всё прозрачно, просто и понятно, как по расписанию.
Да и рассказывать толком нечего: родился и вырос в семье потомственных врачей, учился в обычной школе, окончил медицинский институт и, как отец, собирался стать хирургом, хотя позже планы изменились – решил податься в бизнес, получил дополнительное образование в сфере «управления и менеджмента», теперь развиваю собственную сеть стоматологических клиник. И то, что имею, достигнуто упорным трудом. Резюмируя, можно подвести черту: тридцать лет, не женат, детей нет, свободен от прочих обязательств, занимаюсь спортом, вредные привычки отсутствуют, успешен, целеустремлён, а полученное воспитание, позволяет мне смело считать себя настоящим мужчиной. Не любил никого раньше – вот, пожалуй, и всё.
«Не любил…» – посмотрев на спящую Жасмин, обнажённую и прекрасную, внезапно посетила мысль: а ведь я уже влюбился – стремительно, неизбежно и бесповоротно.
Сложности не пугают. Наоборот, это наполняет особой силой.
– М-м… Богдан, – тихо пробормотала она и зашевелилась, когда поцеловал в приоткрытые губы. Манит и соблазняет собой. С удовольствием продолжил бы, но я и так излишне утомил её за несколько дней, проведённых вместе…
Укрыв пледом мою маленькую женщину, встал с кровати и направился в кухню – выпить воды.
Мне пока не спится. Думаю о завтрашнем дне, нужно встретиться с Хасановым…. Каким будет результат разговора? – не представляю. Одно знаю точно: жену он больше не увидит.
И тут я обратил внимание на странное подозрительное движение за окном… А приглядевшись, в свете луны заметил промелькнувшую возле дома тень…
13
Жасмин
Проснулась я от громкого шума – что-то с грохотом упало…
Резко села, прислушиваясь к звукам… Но ничего из того, что потревожило мой сон, не повторилось: какие-то подозрительные шорохи (или тихие шаги) есть – доносятся с веранды, а судя по тому, как по полу дует сквозняк, можно сделать однозначный вывод – входная дверь открыта настежь.
– Богдан… – позвала его. – Ты где?
Если это он вышел во двор, подышать свежим воздухом, например, то нет повода для волнений, а вот если мужу каким-то образом удалось выяснить моё местонахождение, то… Тогда представить последствия несложно – прибьёт сразу, расправится и разбираться не станет, кто и в чём виноват…
Закралась ещё одна неприятная тревожная мысль: вдруг Богдан захотел, молча, уехать? Собрался сбежать, пока я спала… После подробного рассказа обо всём случившемся в моей жизни, не удивилась бы такому исходу, ведь чужие проблемы никому не нужны – и он не обязан их решать, связываясь со мной, женщиной с кучей трудностей… Может, поспешил со стремлением помочь, желая взвалить на свои плечи ответственность за наше общее будущее? Я же всё понимаю… и не навязываюсь… кроме себя самой, предложить ему и дать нечего…
«Хотя… Нет, не поступит так, не бросит» – насколько успела узнать Богдана, он не из тех людей, кто уйдёт, не попрощавшись, без элементарных объяснений, пусть даже крайне болезненных для меня. Опять же, пообещал не оставлять, заботиться… Да и всё, о чём я говорила, его не смутило, не отпугнуло и не оттолкнуло. Наоборот, пытаясь успокоить, сказал: «всё будет хорошо, теперь я буду рядом».
Значит, нет причин сомневаться! Если уж доверилась, надо идти до конца, только вперёд, не оборачиваясь назад в прошлое, а главное – не ждать подвоха или очередного удара судьбы, иначе никогда не обрету желанное счастье.
Надев халатик, я пошла – посмотреть, что же там происходит… Возможно, зря накручиваю себя мрачными мыслями и придумала то, чего нет, поддаваясь беспочвенной панике, основанной исключительно на моём страхе – застать здесь Марата.
И приблизившись к выходу из дома, испытала животный сковывающий ужас, а по спине пробежал холодок…
«О, боже…» – мой мужчина лежит без сознания, прямо на пороге…
Оцепенение, охватившее меня на секунды, сразу исчезло. Я бросилась к нему. Рухнула на колени и принялась быстро ощупывать. Проверила пульс и дыхание – есть. Крови не заметила, но, разглядывая внимательно, наткнулась на довольно большую припухлость в области затылка – результат падения с высоты собственного роста.
Что случилось? Внезапно плохо стало?
– Богдан! – обняв его лицо ладонями, похлопала по щекам, надеясь, что очнётся – никак не реагирует…
Тут скрипнула дверь, и прозвучал знакомый голос:
– Асс-ся… – заикаясь, произнёс.
Подняв голову кверху, увидела Гришу. Нависает гигантской глыбой, дышит тяжело и пыхтит, как разъярённый хищник. В руках держит топор…
Это мой сосед, огромный детина, двадцати пяти лет, умственно отсталый. Он со своим дедом живёт неподалеку. Когда возвращаюсь в город, всегда оставляю им ключи – приглядеть за домом, а приезжая, соответственно – забираю.
– Зачем ты это сделал?!! – я закричала.
Впрочем, добиваться от него внятных ответов бесполезно, толком разговаривать не умеет: либо рваными фразами изъясняется, либо по слогам – от эмоционального состояния зависит. Если волнуется – вообще ничего вымолвить не может.
Сейчас же выглядит решительным и уверенным.
– Ты-ы, – показал на меня пальцем, – боль-ше… он… нет… – пнул Богдана по ноге со всей силы.
– Не трогай! – закрыла собой своего мужчину, защищая и не позволяя нанести ему новый удар.
А именно это собирался сделать Гриша: лихо замахнулся топором, но тут же откинул тот в сторону.
Я испуганно вздрогнула. С места не сдвинулась – наверное, моё поведение повлияло на парня, причинить мне вред точно не хотел – по глазам вижу, и как будто даже сожалеет о своём поступке.
Смотрю на него, задаваясь вопросами: для чего пришёл – убивать?
Он сжал руки в кулаки до хруста костяшек пальцев и прошипел сквозь зубы, с нескрываемой злостью:
– Сво-бо-да…
Вот и догадайся, что имеет в виду? Но выяснять это не хочу и не буду. Нужно срочно помочь Богдану! – вот, кто по-настоящему волнует.
«Кажется, в аптечке был нашатырь» – единственное, о чём успела подумать.
Встала на ноги...