Dura lex sed lex. Право на невесту (СИ)
— А кого это волнует? — мэр Ривенти дрожащей рукой налил себе бокал вина и выпил его одним глотком. — Сейчас начнется поиск крайних. И крайним, скорее всего, окажусь я. Ну, и ты, Гликер заодно. Барону легко говорить «найти». А доставить-то почему в его особняк?
— А потому что у барона средний сын еще неженатый, — охотно пояснил городской судья. — А тут такие перспективы подняться на следующую ступеньку! Войти в графскую семью. Мда, уж, не было печали, так угораздило же Императора помиловать покойного графа. Гликер, а ты что такой смурной? Ну, выгонят тебя на пенсию, будешь цветочки выращивать. Между прочим, куда девчонка могла деться?
— Видите ли, господин судья, идея о женитьбе сына на Мари Аль Киарано посетила голову не только нашего уважаемого барона Кисима, — господин Гликер безнадежно махнул рукой. — А и еще кучу разнообразного народа. Которые прибыли в наш спокойный городок либо сами, либо прислали своих представителей. В связи с чем у нас уже семь трупов из разных групп сватов. И что-то мне подсказывает, что этим их количество не ограничится.
— Очень интересно, — судья весьма неаристократично присвистнул от удивления. — Кого уже убили и кто у нас остался среди женихов? Как я понимаю, не местные?
— Императорский гонец, четыре торторейца и два ринтийца из соревнования за руку Мари уже выбыли, — мрачно доложил глава дознавателей города. — И смирненько лежат на леднике в городском морге. Из оставшихся среди претендентов были замечены орегасийцы, представители внутренней разведки Герии и еще, грых знает, кто. Вот последние Мари и похитили. И где она сейчас, никто не знает. Мои информаторы среди криминальных кругов тоже!
— А ринтийцы-то что здесь забыли? — судья непритворно изумился. — Им все равно графство никто не отдаст. Торторейцы — это понятно, насколько я помню, графство Киарано находится как раз в землевладении Торторея. Внутренняя разведка… эти, скорее всего, просто приглядывают за девушкой. Орегасийцы… как-то узнали о помиловании и решили сорвать куш. Грых знает кто — из той же оперы. А нам-то теперь что делать? Гликер, ищи девчонку и выпихивай её из города! Куда хочешь и к кому хочешь! Нам такие потрясения в городе не нужны! Хотя ребята из службы безопасности Синории нас обязательно посетят. Кисим, сволочь, сегодня же послание лорду-управителю отправит. Будет свою задницу прикрывать. И хорошо, если прибудут только безопасники. А то ведь наш Милорд со злости и полноценный аудит может городу устроить! Со всеми вытекающими из этого последствиями.
Часть девятая
— Ну, и где вас носило? — Мари гневным взглядом окинула входящих в дом мужчин. — Ужин остыл! И вообще, я волновалась! Вы же обещали… Вернуться быстро! А сейчас уже далеко за полночь! И скоро светать уже начнет!
— Быстро — понятие относительное, — Рик улыбнулся бескровными губами. — Иди к себе, пожалуйста. Мы … попозже придем, — и старший агент службы безопасности Игерии начал сползать по стене, — Мари, иди к себе. Всё потом. Мы же вернулись.
— Мари, ставь воду греть, — Марк бесцеремонно поднял потерявшего сознание друга под мышки и потащил безжизненное тело в сторону кухни. — Ты крови боишься? А шить умеешь? Сейчас штопать этого героя будем. Рик, не отрубайся, тебя еще раздеть надо! А ты тяжелый!
— А что с ним? — девушка побледнела, и чтобы не упасть прислонилась спиной к стене. — Я крови не боюсь. И шить умею. Что надо зашить?
— Его надо зашить, — Марк сгрузил Рика на стол в кухне, предварительно скинув локтем стоящие на нем тарелки. — В двух местах. Левое предплечье и правое бедро. Начнешь с правого бедра, есть подозрение, что крупный сосуд зацепили. Ну, что встала? Раздевай его!
— Как раздевать? — бледная, как смерть, Мари пошатнулась и оперлась руками о спинку стула. — Я не умею! И что значить ЕГО штопать?
— По пунктам объясняю, раздевать догола, — Марк раздраженно посмотрел на девушку. — Раздеть, наверное, не получится, срезай одежду. На тебе мой кинжал. Режь прямо по ткани, эти лохмотья уже не понадобятся. Но сначала поставь греть воду! И ему надо раны будет зашить. Принеси из нашей с ним комнаты сумку, там должна быть аптечка. И что ты замерла? Хочешь дождаться, когда он кровью истечет?
— Аааа… какую сумку? — девушка с ужасом смотрела на пропитанную кровью одежду лежащего на столе мужчины. — А я не умею шить людей…
— Сумку — любую из наших, седельных, снятых с лошадей, они должны где-то под кроватью валяться, — рявкнул на бедную девушку Марк. — А шить будешь ты! — и Марк показал правую руку с опухшими от удара пальцами. — Извини, но я сейчас даже себя бы зашивать не рискнул. Так что, где сумки?
— Сейчас принесу, — пискнула девушка и бросилась в коридор. — А как аптечка выглядит? Я сейчас всё сделаю! Только найду эту вашу аптечку…
— Только в обморок не упади, — проворчал себе под нос Марк, распарывая штанину на лежащем на столе друге. — Так, ичто там у нас… А хорошо тебя зацепили, Рик… И обезболивающего нет. Если только при попытке очнуться в лоб тебе со всей дури отвесить… Чтобы опять отключился.
— Вот, я нашла! — Мари уже ощутимо трясло от страха и переживаний. — Это аптечка? А где тут обезболивающее? — она трясущимися руками распаковывала пакет с гравировкой змеи, цедящей яд в чашу и достала завернутую в ткань траву. — Вот это?
— Это — для трупов, чтобы не воняли, — Марк откинул под стол протянутый девушкой пакет с травой. — Мари, соберись. Сейчас Рика надо зашить, иначе он кровью истечет. Я шить не могу, видишь, у меня с пальчиками проблема, не двигаются почти. Сильно меня по руке приложили. По правой. А она у меня рабочая. Так что, вся его надежда на тебя. Вытащишь его с того света, он будет тебе обязан.
— А если не вытащу? — бедняжка сквозь слезы пыталась продеть вымоченную в крепком алкоголе нить из жилы в ушко иголки. — Что тогда будет?
— Я заберу его труп и свалю обратно в Игерию, отчитаться перед его братиком о проваленной операции, — Марк намеренно не стал щадить девушку. — А тебя оставлю здесь. Ты же у нас теперь завидная невеста. А, да, Рик же тебе не рассказал. Тебе жениха найдут. А он… Ну, похороню где-нибудь по дороге, он же вонять будет так, что лошади от нас шарахаться будут.
— Пошел ты…! — девушка сделала несколько глубоких вздохов, пытаясь успокоиться. — Как и где шить? И хватит надо мной издеваться. Мне и без тебя хреноватенько. Не люблю кровь.
— Стягивай рассеченные ткани, — Марк повернулся к лежащему без сознания другу. — Хотя нет, я сейчас сам их стяну. А ты должна будешь их края сшить. Этой иголкой. И не вздумай падать в обморок, мне еще тебя не хватало для полного счастья в чувство приводить. Тебя точно откачивать не буду!
— И еще раз, пошел ты, — Мари зажмурилась, мысленно приводя себя в порядок. — Себя потом откачивай. Что делать надо?
— Шей, прямо по ране, — Марк откинул волосы с глаз. — Нет, на мизинец от края раны. И не стесняйся, на Рике таких украшений уже полный комплект. И не трясись, у него хороший болевой порог. Мари, если мы сейчас его не зашьем, он до утра не дотянет!
— Уже дотянул, — машинально ответила девушка, протыкая живую плоть иголкой. — Рассвет уже наступил. Что дальше делать? Всё, бедро я ему заштопала. Никогда не думала, что придется зашивать живых людей.
— Теперь его предплечье, — агент переместил руки на следующую рану Энрико. — Делаешь то же самое. Я сдвигаю края раны, ты шьешь.
— Уже зашила, — Мари в изнеможении осела на пол. — Но он же «спасибо» не скажет? Ну, и грых с ним! Я сделала все, что могла. Кто его так приложил?
— А вот это я сейчас и выясню, — Марк поднял Энрико на руки. — Мари, я оставлю его в твоей комнате? Присмотришь за ним? У нас тут пленник в коридоре валяется, который на Рика напал. У меня есть к нему вопросы. Надо бы поспрашивать… Но тебе это точно видеть не надо. Так, его к тебе или ты к нему? Мне все равно, куда эту полуживую тушку относить.
+*+*+*+*+
— Неприметный, пропал Младший, — старший секутор был обескуражен. — Он встал на след. Довел объект до Слободки и исчез. В районе лавки с одеждой.