Dura lex sed lex. Право на невесту (СИ)
— Сделаю, мне надо минут пятнадцать, — Старший тяжело вздохнул, отлично понимая, что Никонори затеял очередную аферу, отказаться от участия в которой он не сможет. — Буду ждать вас у черного входа. Или вы собираетесь выйти с помпой, оркестром и ковровой дорожкой?
— Выйдем мы с Марианной через окно в дамской комнате, — Ник посмотрел на настенные часы. — Но не через пятнадцать минут, а через десять, не будем ждать окончание танцевальной программы, нам официальное представление её, как Аль Киарано, не нужно. Похищать её буду я, она меня в лицо знает и истерить не будет. Предъявлю ей служебную бляху, она девочка умненькая и должна сразу все понять.
— А мне что в это время делать? — Марк настороженно посмотрел на герийских разведчиков. — Мне с Ником идти или Старшему помочь хаос на площади устроить?
— С организацией хаоса Старший и без тебя отлично справится, он умеет, — Никонори посмотрел вслед быстро удаляющемуся в сторону входных дверей секутору. — А ты через семь минут затеешь в зале драку. Причем, подраться должны «волки» Хон Гисса с ««сияющими»». Сможешь организовать? Думаю, для этого достаточно толкнуть «волка» на «сияющего», дальше они сами сцепятся. А ты в это время подстрахуешь наш с Марианной отход.
— Без проблем, Ник, — Марк расплылся в довольной улыбке. — Пойду к «волкам», скажу, что предлагаю поговорить о дальнейшей судьбе Мари. И проведу их вожака мимо «сияющего». А дать ему подсечку и «уронить» «волка» на «сияющего» — это уже дело техники. Такой гадости «волки» от нас не ожидают. А «сияющие» сами повод для драки ищут. Так что, я пошел, Ник! Удачи нам всем!
+*+*+*+*+
— Барон Дордик, а у вас больше нет ещё одной, запасной, Мари Аль Киарано? — Хилош откровенно издевался над начальником службы безопасности землевладения Синории. — Раз уж эту кто-то увел. А то мы и её опознаем, вы привели достаточно веские доводы в пользу улучшения нашей памяти, мы согласны!
— Хилош, заткнись, а? — Дордик приложил к наливающемуся синяку под левым глазом поданный агентом кусок льда, завернутый в носовой платок. — И молись Богам, что в момент похищения ты был рядом со мной. Потому что если бы я решил, что это твоя работа, то дальше я бы с тобой разговаривал в камере!
— А что сразу я? — доверенное лицо герцога Ридрика посмотрел на злющего барона самым невинным взглядом. — Вы же знаете, барон, у меня уже нет людей на такие операции. Так что это точно не мы. Я бы поставил на «сияющих», очень уж вовремя драка завязалась. Кстати, барон, а вы-то что в самый центр заварухи полезли? И без вас бы охранники справились.
— Хилош, еще пара реплик, и ночевать ты точно будешь в камере, — барон полоснул по орегасийцу ненавидящим взором. — Вместе с маркизом Яношем! В одной камере!
— А я здесь причем? — жалобно спросил маркиз у злого барона Дордика. — Я вообще молчу! Кстати, если опознавать уже некого, может, мы тогда домой поедем? Не хочу я больше на этой Мари жениться! Барон Дордик, мы же Вам больше не нужны? Так мы уезжаем?
— Уедете, когда я разрешу! — раздраженно ответил синорийский безопасник. — И ни минутой раньше! А сейчас возвращайтесь на свой постоялый двор. И не вздумайте пытаться сбежать, из города вас не выпустят. Я уже распорядился!
— А какие основания для нашего задержания? — Хилош сделал обиженное выражение лица. — Если мы задержаны, то предъявите обвинение. А если нет, то мы не видим больше поводов отвлекать Вас от важных дел своим присутствием. И имейте в виду, я буду вынужден поставить в известность о творимом Вами произволе своего непосредственного начальника — лорда-управителя Орегасии, герцога Ридрика. Думаю, что он сочтет это достаточным основанием и свяжется с герцогом Стинолом.
— Герцог Ридрик далеко, а я близко! — барон Дордик заорал прямо в лицо не ожидавшему такой экспрессии Хилошу. — И не зли меня! А то ты сейчас вместо своего постоялого двора поедешь даже не в тюрьму, а сразу на кладбище! А я потом отпишусь вашему герцогу, что ты вместе с его сыночком в Ривенти вообще не приезжали! А если и приезжали, то вас здесь никто не видел!
+*+*+*+*+
— Ромуан, мне показалось, или эту злосчастную Марианну из-под носа у синорийцев увел наш коллега Неприметный? — находящиеся в Ривенти с нерабочим визитом два агента внутренней разведки Герии разговаривали вполголоса, стоя недалеко от черного входа в городскую мэрию. — Очень уж силуэт на его похож. Да и по степени наглости такую операцию он вполне мог провернуть.
— Тебе не показалось, Астил, — агент по имени Ромуан задумчиво жевал сорванную у изгороди травинку. — Это был действительно любимчик Черного Герцога. А на козлах кареты сидел секутор из силовой поддержки полевых агентов. Некий Кидран, по кличке Старший. То есть Никонори здесь с рабочим визитом. Иначе ему бы силовиков не дали.
— И цель его визита — Марианна? — Астил недовольно поморщился. — Она настолько успела всех в Столице достать, что за ней послали Неприметного? И кого она ухитрилась обворовать настолько могущественного, что сам Черный Герцог решил вмешаться и отправил своего лучшего специалиста по нестандартным ситуациям? Или наша Марианка от воровства драгоценностей решила переключиться на кражи документов?
— Не думаю, что Неприметный здесь по душу пусть даже и талантливой воровки, — Ромуан выплюнул изжеванную травинку. — Если бы Черный Герцог отправил Никонори за Марианной, Неприметный бы, не мудрствуя лукаво, её бы арестовал прямо в доме барона Кисима. И не стал бы привлекать к себе внимание людей из службы безопасности землевладения Синории.
— Но, они бы ему могли Марианну и не отдать, — пожал плечами второй агент. — Ты же видишь, герцог Стинол нацелился на титул и наследство графов Аль Киарано. Причем, если титул ему может быть и не нужен, а вот наследство графов стоит того, чтобы за него побороться.
— Ну, не настолько, чтобы из-за него ссориться с Императором, — возразил коллеге Ромуан. — А если Император узнает, что герцог Стинол вместо настоящей Мари подсунул обществу кого-то еще, он может разозлиться. И очень сильно. А императорский гнев — это чревато. И для здоровья, и для положения в обществе.
— На кон поставлено драгоценностей на несколько миллионов золотых, — агент Астил широко улыбнулся. — Что составляет несколько годовых бюджетов всей Синории. Ради этого можно рискнуть.
— Но нашего нанимателя интересуют не драгоценности Ирэсы Хон Гисс, а её дочь, — Ромуан сорвал очередную травинку и засунул её в зубы. — А мы до сих её не нашли. А если её кроме нас и этих придурков из разных землевладений ищет еще и Неприметный, то мы, скорее всего, влипли. А если Неприметный еще раскопает, кто убил императорского гонца, то в Столицу нам лучше не возвращаться.
— Если Неприметный даже просто нас здесь увидит и сообщит Черному Герцогу об этом нашем увлекательном путешествии по своим делам в Синорию, то нам лучше и в Герии надолго не задерживаться, — Астил с досадой сплюнул на землю. — Наш начальник мнительный, что еще можно пережить, и мстительный, что мы уже точно не переживем. А ведь, казалось, такая простая подработка! Найти и устранить какую-то девчонку-цветочницу! Кто же знал, что за ней столько народу охотится?
— Тот, кто всем им об этом и сообщил, — Ромуан выплюнул не дожеванный стебелек. — И я уже не удивлюсь, если это был сам Черный Герцог. И цели у Черного Герцога с целями нашего нанимателя совершенно противоположные. Судя по всему, Герцога очень интересует, кто же подставил графа Киарано и его семью под плаху, а вот наш наниматель этого совершенно не хочет. И что будем делать?
— Отказаться от заказа мы уже не сможем, нас просто сдадут Черному Герцогу, — Ромуан вынул из кармана белоснежный носовой платок и аккуратно промокнул испачканные в траве губы. — И гонца нам никто и никогда не простит. Впрочем, нам не простят даже факта, что мы приняли заказ на девчонку, что по уставу нашей службы уже приравнивается к измене. Так что, нам ничего не остается, как искать настоящую Мари. И выполнить заказ. При этом не попавшись на глаза Никонори. Другого пути я не вижу.