Dura lex sed lex. Право на невесту (СИ)
— Следующие — герийская внутренняя разведка, — продолжил заунывным тоном перечислять барон Дордик. — Тоже, судя по всему, две группы. Причем действуют автономно друг от друга. Причем с разными целями. Одни хотят Мари убить, вторые охраняют. Для ведомства Черного Герцога, вообще-то, ненормальное явление!
— Значит, кому-то удалось перекупить людей Черного Герцога, — Стинол довольно потер руки. — Это очень хорошо, что они работают друг против друга. Посмотрим на бой профессионалов. А потом я поиздеваюсь над Черным Герцогом всласть. На этом всё?
— Нет разумеется, еще доверенное лицо герцога, Нирра Аль Ришмата, вчера прибыл, — барон Дордик позволил себе насмешливую улыбку. — Этот пока не опасен. Попытается забрать Мари. Ходатайство об установлении опекунства они Императору уже подали, но ответа нет. Но у него есть один сильный козырь: тринадцать лет назад он открыл счет на имя Мари-Римы. На очень крупную сумму. Правда, сообщить ей об этом забыл. Поэтому движения по счету не было.
— Вложение на перспективу, — Стинол моментально просчитал в голове ситуацию. — Видимо, что-то знал о планах неведомого покровителя Мари на её будущее. Ничего при этом не терял, деньги к нему по любому вернутся. Хитер и умен, не стоит его сбрасывать со счетов. На этом всё?
— Еще остались «сияющие» леди Ван Хонн, — с облегчение вздохнул барон Дордик. — А вот с ними ситуация совершенно не понятная. Судя по всему, им нужна наша Марианна, а не Мари Аль Киарано. Поскольку они прибыли в Ривенти с олентийскими документами на Марианну Фор Гельшафт. Значит, готовились и ехали именно за Марианной. А ее к тому времени уже стащили у нас ребята из герийской разведки. А Мари у игерийцев утянули ринтийцы. Поэтому все перепуталось. «Сияющие» же почему-то ненавидят «волков» Хон Гисса. Поэтому, когда «волки» украли у игерийцев настоящую Мари, в погоню за ними отправилось, кроме игерийца и одного герийского разведчика, почти полное «крыло» «сияющих». А оставшиеся в Ривенти «сияющие», предположительно половина «крыла», сейчас охраняют Марианну. О чем договорились «сияющие» и те, у кого там сейчас Мари, у людей Черного Герцога или у игерийцев, я не знаю. Но у ринтийцев уйти к себе домой шансов нет, как я выяснил, граница с Ринтией перекрыта. Учения там идут императорских войск. Еще одно совпадение? Сначала все заинтересованные лица одновременно получают информацию о реабилитации графа Киарано и его семьи, а потом, когда все они собираются в одном месте, войска закрывают границу с Ринтией. Ваша Светлость, Вы уверены, что мы хотим продолжить операцию? Или лучше посмотрим на представление из ложи?
+*+*+*+*+
— Ночуем здесь, — Тринион поставил охнувшую от пронзившей затекшие мышцы боли девушку на землю. — Ниогр, что это за строение?
— Бывший загон для скота, — ответил из темноты невидимый ликвидатор. — Но чистый. Стены сохранились, крыша вроде тоже. Частично. Но звезд не видно, а дождя вроде не предвидится. Для ночевки сойдет, для обороны — нет. Три стены глухие, без окон. Подойдут со спины, заберутся на крышу… Дальше продолжать?
— Можно подумать, что мы вдвоем смогли бы четыре окна удержать, — весело ответил в ответ Тринион, помогая Мари сделать несколько первых шагов. — Тем более, что арбалетов у нас нет. Дрова или что-нибудь еще для костра есть?
— Нет, разумеется, — донесся откуда-то из глубины сарая голос Ниогра. — Сейчас попробую выломать рамы, они уже вряд ли кому-нибудь понадобятся. Но их мало будет. Но ничего, костерок разведем, посмотрим, что еще спалить можно. Крышу, например.
— Ты только весь сарай нам на голову сейчас не обрушь, — попросил Тринион, отпуская опёршуюся о стену девушку. — Разводи огонь, я пока лошадей расседлаю. Мари, удобства у нас сегодня за углом, ты уж извини. Иди вдоль стены и аккуратно наступай на землю, тут может быть полно разного мусора. Давай, если что — ори.
— Спасибо, я как-нибудь без ора обойдусь, — проворчала девушка, всматриваясь в еле видную в свете луны тропинку вдоль сарая. — И вообще, я же сказала, я не леди, поэтому сразу за углом пристроюсь!
— Ну, что там с костром, Ниогр? — Тринион сноровисто расседлал лошадей, стреножил копыта и отпустил лошадей пастись. — Там воды случайно нет? А то у нас шесть фляг, я с других лошадей снял, что нашел, но надо бы на утро умыться оставить.
— Воды здесь нет, зато я вижу кое-что, что можно пустить на дрова, — в середине сарая на глиняном полу разгорался небольшой костерок, сложенный из грубо разломанных остатков какой-то мебели. — И есть несколько охапок сена. Правда, прелого, но на переночевать нам хватит. Как понимаете, постельное белье нам тоже не оставили.
— Ничего, переживем, — грустно заметила вернувшаяся к сараю девушка. — Я в костюме для верховой езды, переночую как-нибудь. Я есть не хочу, можно я сразу спать лягу?
— Сейчас ляжешь, — Тринион внимательно осмотрел девушку с головы до ног и увиденным остался вполне удовлетворен. — Подожди, обустроимся, и я тебе сена натаскаю. Точно есть не хочешь? Правда, котелка у нас нет, поэтому воду для чая будем кипятить прямо во фляге. Садись пока, где место найдешь.
— Тринион, тут типа стола в углу, — Ниогр подошел к костру с очередной порцией отодранных от стены досок. — А поскольку нам стол не нужен, предлагаю его тоже пустить на дрова. Никто не возражает? Тогда я его ломаю!
— Мари, а что тебе еще говорили люди твоего деда? — Тринион сел рядом с девушкой прямо на усыпанный мусором пол и протянул флягу с водой. — Вы же вообще о чем-то разговаривали?
— Ну, совсем мало, в седле мне было не до этого, а когда встали на стоянку, почти не успели поговорить, — Мари с благодарностью взяла у ринтийца флягу и сделала несколько глотков. — Прибежал их дозорный и сказал, что нас догоняют «сияющие» и Неприметный. Причем я так и не поняла, кого они больше испугались, Никонори или «сияющих».
— А там без разницы кого бояться, они друг друга стоят, — Тринион криво ухмыльнулся. — Поверь, «волки» твоего деда по сравнению с ними — щенки беззубые. А все же, о чем с тобой разговаривали твои похитители?
— Да ничего интересного, — неохотно ответила девушка, не желавшая вспоминать разговоры с Дранко. — Дранко, это был их старший, все больше на Никонори ругался. Судя по всему, он его очень не любит. Не любил.
— Ну, Неприметного в Ринтии вообще мало кто любит, — задумчиво протянул Тринион, наблюдая за расправлявшимся в углу сарая со столом напарником. — Крови он много кому попортил, будучи герийским резидентом разведки в Ринтии. Да, и потом неоднократно отличался. Правда, если уж быть совсем честным, меня, например, не любят в Герии. Примерно за то же самое.
— Понятно, ваши мужские игрушки, — Мари подтянула колени к подбородку и обняла их руками, положив подбородок на них. — Мужчины играют, а женщины страдают. Ну вот, что вы все ко мне прицепились? — у нее на глазах выступили слезы. — Играли бы сами, никого не трогая! Я-то почему не могу спокойно жить? Потому что кто-то в детстве не наигрался?
— А жизнь вообще штука несправедливая, — мрачно ответил Тринион, лихорадочно соображая, как побыстрее поменять тему разговора. — Только поверь, ни я, ни Неприметный по своей воле к тебе бы не приставали. Пойми, для нас это работа. Просто работа. К которой нас с детства готовили. И мы больше ничего делать не умеем.
— А для «волков» моего деда это тоже просто работа? — Мари задумчиво смотрела на пляшущие язычки огня. — Они по его приказу меня могли бы убить?
— Да, — кратко ответил Тринион, уже клянущий себя за желание получить от девушки хоть какую-нибудь информацию. — И убить, и умереть. Это же личная гвардия герцога Хон Гисса. Преданная до самой смерти.
— А я им сказала, что когда они меня привезут к деду, то я попрошу его их всех казнить, — каким-то безжизненным голосом произнесла Мари, не отрывая взгляда от огня. — В обмен на моё подтверждение в посольстве Герии, что добровольно отказываюсь от всего своего имущества в пользу дедушки. Их бы казнили?
— Разумеется, за такой-то куш, — и тут до Триниона дошло, что именно сказала девушка. — Что ты хотела попросить дедушку, Мари? Чтобы он казнил две стаи? Мари, а знаешь, что самое страшное в общении с «волками»? Допустим, ты сказала это, чтобы их попугать. И ты в душе не верила, что Хон Гисс это бы сделал. А вот они знали и были уверены, что их действительно казнят. И вместо того, чтобы прикопать тебя в ближайшем овраге, они бы тебя действительно к нему отвезли. А потом положили головы на плаху. А Хон Гисс заставил бы тебя на эту казнь смотреть. И еще неизвестно, сколько ночей они бы тебе после этого снились. Так что, всегда будь осторожна со словами, девочка. Иногда они страшнее, чем оружие в руках опытного воина. Намного страшнее и намного опасней!