Попутчица (СИ)
Конечно, у нас было довольно странное путешествие, в котором я неожиданно для себя понял, что молчание рядом сидящего человека не тяготит. Что есть люди, которые не лезут в твою личную жизнь, а еще, что самое главное в моем случает, не отвлекают от дороги.
Мы даже когда ночевали вместе в одном номере, да что так говорить, в одной кровати, я не испытывал дискомфорт. Вообще! Все мои девушки любили цепляться за меня во сне, как это делают героини фильмов, думая, что так спать удобнее. А меня раздражало, когда кто-то пытается закинуть ноги или руки на мою территорию.
Сеня спала тихо, во сне не разговаривала, хотя в первую совместную ночевку вскочила со слезами на глазах. Она даже переживания переносила внутри себя, не показывая истинных чувств, что бушуют в душе.
Вообще, вся эта поездка, которая для меня вышла спонтанной, оказалось чем-то необычным. Я никогда еще не чувствовал себя так хорошо, никогда еще мне не хотелось… бороться. Да, я неожиданно понял, что собранных мною записей, документов и видеоархивов может быть вполне достаточно для того, чтобы побороться с семьей. Да и на минуточку, с моими связями это будет сделать довольно просто, особенно, если готовиться к неизбежному. Так я даже вместе с Есенией посетил один прием, где не только взял новую работу, но и показал девушку нужным людям. Если вдруг что-то пойдет не по плану, они мне помогут, возможно, даже успеют спрятать Есю до того, как Виктор подкопается поближе. А он копал, ох как копал!
Уж не знаю, кто первым слил в сеть фотографии со свадьбы, но это было фиаско. Если поначалу брат пытался хоть как-то урегулировать этот вопрос, то потом его сил просто стало недостаточно. Я всегда говорил, что с партнерами нужно дружить, а врагов уважать, откуда может прийти удар, никогда не знаешь. В случае с Виктором — удар пришелся со всех сторон. Он же, как человек широкой души, пригласил на свадьбу всех, не подумав о последствиях. Зато я, каждый день, читая новости, улыбался, а иногда и смеялся от души.
По его имени прошлись вдоль и поперек все, кому не лень. Столько комментариев я никогда не видел! Конечно, всем заткнуть рот Витя не мог, поэтому свои силы перенаправил на поиски жены. И вот тут стоило быть начеку, потому что человек в гневе мог быть страшен.
О себе хочу сказать только то, что был счастлив. Мой дом, наконец-то, наполнился чем-то уютным, появилось желание возвращаться пораньше с работы не для того, чтобы отдохнуть, а потому что меня там ждали. Еся вообще шикарно вписалась в мою холостятскую берлогу, никто до этого в ней не приживался, словно дом сам был против хозяйки. А тут у нее все складно выходило: ключи в дверном замке не застревали, выключатели не ломались, лампочки не взрывались, даже кухня отнеслась благосклонно к появлению женщины.
И я, по всей видимости, расслабился, забыл, что опасность может подстерегать нас за любым углом. Я просто прочувствовал на себе, что значит счастливая, и не побоюсь этого слова, семейная жизнь. Но пока в штампе Есении стоит печать с другим именем, я не мог претендовать на что-то другое. Хотя было дикое желание исправить имя Виктор на Владислав. Но еще было сомнение, что после первого неудачного опыта, девушка вообще заречется от каких-либо серьезных отношений, выбирая гражданский брак без обязательств. Я готов ждать, когда женское сердце оттает.
Однако брат нарушил наше умиротворение ранним утром. Я мог его понять, ведь девушку найти так и не удалось. Ну еще бы, я для этого делал все возможное и невозможное. Правда вспомнил он обо мне слишком рано, думал помотает его жизнь еще с неделю, а нет, видимо настолько прижало, что забыл и о всех своих слова, и о гордости.
Если уж честно, то этого звонка я ждал, но когда на экране мобильного телефона появились одиннадцать цифр, не справился с эмоциями. Я даже видел, какими испуганными глазами на меня смотрит Еся, но телефон уже был выброшен на другой конец комнаты, а сам я взвинчен до крайней отметки. Нужно было собраться, нужно всем своим видом показать, что звонку удивлен, но то, что происходит в жизни семьи Раевских для меня не секрет. Да и какой она может быть тайной, если почти всех скелетов достали из шкафов и выставили на всеобщее обозрение.
Попросив Есению спать дальше, я натянул штаны и помчался вниз. Только после того, как сделал большой глоток воды и натянул футболку, словно она выступала бронежилетом от всех слов и действий брата, принял вызов, поворачиваясь лицом к окну и смотря на горы, которые всегда меня успокаивали.
— Неужто решили вспомнить, — проговорил, прижавшись лбом к холодному стеклу, — сколько лет, сколько зим!
— Не паясничай, — ответил Виктор уставшим и вымотанным голосом. О, у кого-то действительно все плохо, нет, я бы даже предположил, что ужасно, и с радостью бы позлорадствовал, да не такой человек по натуре, — мне нужна твоя помощь.
Я рассмеялся, но получилось как-то тяжело. М-да, он так произнес слово «твоя», будто знал, что Есения у меня и помочь вернуть девушку могу только я. Хотя, нас многие видели вместе, думаю, если сильно постараться, то можно узнать все.
— Я паясничаю? — переспросил. — Ну, извини, брат, не я тебе звоню, а ты мне. А главное, повод-то какой интересный! Тебе неожиданно нужна моя помощь!
Виктор тяжело вздохнул, но свой требовательный тон, которым любил общаться со всеми, сменил.
— Знаешь ли, у меня в жизни полная *рень началась…
— Да я в курсе, что творится в твоей жизни! — не стал его мучить, — весь интернет пестрит заголовками о том, что у тебя сбежала невеста. Ай-яй, изменник!
— Так было нужно! — почти прокричал он в трубку. — Помоги найти ее, помоги мне! Мы тебя в наш бизнес запишем, хочешь? Мы тебе часть отдадим, будешь получать доход, не приезжая домой. Это отличная оплата!
— Вить, — устало произнес я. — Ты хочешь, чтобы я нашел твою жену? И вы предлагаете взамен львиную долю в нашем семейном бизнесе? Какое заманчивое предложение, — мне вдруг неожиданно стало не хватать воздуха, я буквально задыхался в своем большом доме. — А какой процент, если не секрет?
— Тридцать процентов от прибыли! Сорок! Бери сорок! Только найти Снежу!
Скрипнув зубами, я отрицательно покачал головой, вот только…
— У меня к тебе есть встречное предложении, — сел на плетеное кресло, совсем не замечая холода, — приезжай по адресу, который тебе пришлю, там договоримся.
— Она у тебя, да? Значит, это правда? — он снова перешел на крик, уже больше не контролируя ни себя, ни свои слова, но обращать внимания и обижаться на них пустое дело.
— Слухов очень много, Вить, ты всем веришь? Приезжай, нам есть о чем поговорить.
Сразу же кладу трубку и быстро отправляю сообщение. В свой город приглашать его не буду, не хочу, чтобы он знал, где я и чем живу. Не настолько мы близки, чтоб звать на чашку кофе и вечерние разговоры по душам, зато я точно знал, что мы встретимся на нейтральной территории, где меня подстрахуют, где помогут. Естественно, чтобы все организовать, нужно время, поэтому указываю день, когда мы встретимся. И это будет завтрашний вечер, я успею сделать все! Не думаю, что братец приедет один, не такой он человек, слишком любит перестраховываться, значит и мне нужно.
— Ромка, — позвонил своему должнику и старому знакомому, — началось.
Мы договорились, где пересечемся, но до этого момента мне необходимо взять копии нарытых мной документов, плюс еще добраться к вечеру до места встречи.
Когда поднимался в комнату, то на душе было неспокойно. Есения спала, а я тревожить ее не хотелось. Эх, мне бы поцеловать ее, погладить по волосам, да времени нет совсем. Оно сейчас вообще может против меня сыграть. Поэтому хватаю вещи, которые будут нужны на эти дни, бегу вниз, где переодеваюсь, опять собираю походную сумку, которая так удачно лежит в коридоре и мчусь на улицу. Есении позвоню ближе к вечеру и все объясню, точнее, скажу только о том, что буду дома не скоро, совру про дела, ведь разговор, который обязан между нами состояться, должен быть не телефонным.