Вольная (СИ)
А потом с легкостью сменял тему.
— Я об этом еще думаю, — не разочаровал Рашед и снова перекатился на спину, уставившись на балдахин. От движения ворот синего шелкового кафтана раскрылся, и стала видна тонкая белая рубашка; в полумраке спальни смуглая кожа на контрасте с дорогой тканью казалась еще темнее. Мне вдруг не к месту захотелось поднести ладонь к его груди и сравнить оттенок кожи, и я поспешила спрятать руки за спину — подальше от искушения. — Проблема в том, что перепроверять свитки за Нисалем-агой некому. Я могу просмотреть десяток-другой, но мне когда-то нужно справляться и со своими обязанностями, и спать вдобавок было бы неплохо… хотя бы время от времени. А тебе нужно посещать уроки в гареме, — припечатал он, прежде чем я открыла рот, и повернул голову ко мне. — Очень, очень нужно.
Я послушно сделала вид, что смутилась, и он, недоверчиво хмыкнув, снова отвернулся.
— Руа ничего не смыслит в магии, — с прискорбием продолжил тайфа, — Малих нужен возле Нисаля… да и что делать потом, если вдруг выяснится, что твой раб прав? Все маги в моем дворце подчиняются Нисалю, вся защита держится на нем, и у него вдобавок даже преемника нет! — он устало прикрыл глаза и провел по лицу ладонью. — А еще нужно исхитриться послать кого-то в гильдию и запросить несколько дополнительных образцов заклинаний того мага, чье плетение оказалось похоже на «черное забвение». Но как, если всеми связями с гильдией занимается тоже Нисаль?!
— Ну, вообще-то…
— Уроки, — слабым голосом напомнил тайфа из-под собственной ладони. — Очень много уроков. Пока не усвоишь, что нельзя вклиниваться в речь господина и повелителя, когда он размышляет о важных вопросах.
— А мог бы размышлять о женской красоте, — все-таки вклинилась я.
Тайфа раздвинул пальцы и покосился на меня промеж них, так и не убрав руку с лица.
— О твоей, например?
— О моей, — охотно подтвердила я и наглядно прогнула спину. Взгляд тайфы сполз куда-то в район выреза платья, став каким-то сосредоточенным и бессмысленным одновременно, и я поспешила продолжить: — Или о красоте Руа-тайфы. — Его взгляд вернулся к моему лицу и стал настолько скептическим, что я невольно усмехнулась. — Или о красоте ваших наложниц. В гильдии есть особая лавка, где торгуют свитками для женского здоровья. Отчего бы господину и повелителю не позволить красавицам из своего гарема побаловать себя?
Вот теперь его наконец-то проняло. Тайфа даже сел, уставившись на меня с такой растерянностью, что я на мгновение ощутила острую и совершенно неуместную жалость.
За важными вопросами и великими проблемами было слишком легко забыть о вещах приземленных. А они, как правило, здорово помогали. Мне ли не знать?
— Разумеется, мне понадобится служанка, которая никак не связана с Нисалем-агой, и письмо от имени тайфы, потому как сама я не имею права голоса в гильдии, — переборов несвоевременный всплеск чувств, напомнила я. — И нужно, чтобы Руа-тайфа отвлекла чем-нибудь наложниц, или как-нибудь иначе заставить их молчать о моей отлучке…
Рашед сморгнул и вернул себе нормальное выражение лица.
— Ты гений, — признал он и улыбнулся так, что в груди у меня стало тепло-тепло. И не только в груди. — Спасибо. Но выезд двора я как-нибудь организую и без помощи фальшивой наложницы.
— Почему это фальшивой? — возмутилась я и показательно поерзала. — Вот же она я, на ложе!
Тайфа внимательно изучил смятое покрывало подо мной и, сурово поджав губы, от души огрел меня подушкой. Я с хохотом прикрылась руками и поспешно отползла на край кровати (что, нужно признать, заняло некоторое время).
— Значит, я пойду, передам Руа-тайфе? — нарочито бодро уточнила я. — Пока господин и повелитель решает важные вопросы.
Рашед смерил меня взглядом и удрученно покачал головой.
— Иди, — отмахнулся он, — может, хоть Руа вправит тебе мозги.
Я припомнила, что сестра тайфы с утра была не в настроении, но предположила, что как раз свитки-то и могли бы исправить дело, и легкомысленно рассмеялась:
— Признайте, мой господин, тогда вам будет и в половину не так весело, как сейчас!
Мой господин основательно обдумал это предположение и все-таки запустил в меня здоровенной думкой с кисточками.
Но спорить не стал.
Глава 11.1. Такие дни
Рой колодец, закапывай его, но слугу без дела не оставляй!
— арабская пословица
Женская половина оказалась тише полуденной пустыни.
Служанки и рабыни с первого этажа сбились в тесную стайку в дальнем углу и на известие о готовящемся выезде отреагировали только диковатыми взглядами. Наложницы не показались из своих комнат — только плотные занавеси, заменяющие им двери, колыхнулись, выдавая, что за ними все же кто-то есть. Третий этаж казался вымершим, и в покои Руа-тайфы я поскреблась с нескрываемой опаской, уже потихоньку догадываясь, что причина ее дурного настроения может крыться вовсе не в женских недомоганиях.
У служанки, открывшей дверь, заметно подрагивали руки.
— Кто там еще? — недовольно осведомилась Руа-тайфа, не показываясь на глаза.
Служанка жалобно заломила брови домиком и тихо-тихо отозвалась:
— Любимая наложница вашего брата, долгих лет счастья ему под этими небесами и всеми грядущими, моя госпожа!
— Отошли ее прочь, — велела Руа-тайфа с нескрываемым раздражением.
Признаться, я уже была готова испариться из коридора и безо всяких дополнительных указаний, но желание выбраться из четырех стен, помноженное на стремление поскорее разобраться с досадной ситуацией с моим рабским статусом, заставило остаться на месте.
— Я здесь по велению нашего господина и повелителя, Руа-тайфа, — вкрадчиво сообщила я, не решившись, впрочем, переступить через порог без приглашения. — Рашед-тайфа был так милостив, что позволил женщинам своего двора посетить гильдию магов, чтобы выбрать себе новые свитки для красоты и здоровья.
— А следовало бы для ума, — проворчала Руа-тайфа и отмахнулась от служанки: — Ступай, принеси нам шербет. Да холодный, а не как в прошлый раз!
Служанка выпорхнула из покоев госпожи с таким нескрываемым облегчением, что я невольно заподозрила: шербета мы дождемся еще очень нескоро. Но Руа-тайфа, кажется, именно на это и рассчитывала.
— Садись, — с нотками прежнего раздражения в голосе приказала она, кивнув на расшитый ковер у дастархана. Шербет на нем уже стоял, и кувшин покрывал тонкий слой полупрозрачной испарины. — Насколько я знаю моего дорогого брата, о том, чтобы отправить всех жительниц гарема за покупками, он и в страшном сне не мечтал. Что вы задумали?
Кажется, служанку напугали дурным настроением госпожи нарочно, чтобы можно было поговорить без свидетелей. Я в очередной раз умилилась сходству в поведении брата и сестры и честно выложила весь расклад: и про лавку при гильдии, и про необходимые образцы заклинаний. Но Руа-тайфа отчего-то не прониклась важностью миссии.
— И мой дорогой брат приказал тебе собрать всех за покупками именно сегодня? — скептически уточнила она.
Я с недоумением пожала плечами. Дату Рашед не оговаривал, но я уже как-то привыкла к мысли, что все его приказы и решения надлежало приводить в исполнение немедля — что происходило в обратном случае, было весьма наглядно продемонстрировано на примере стражей в мастерской Нисаля-аги.
— А когда? — я растерянно развела руками. — С каждым днем поток контрабанды все шире, а вероятность отыскать незаконных рабов и вернуть их к родным — все ниже. Что такого особенно в сегодняшнем дне, что выезд непременно нужно отложить?..
Руа-тайфа резко качнула головой, словно желая вытряхнуть мои слова из собственного сознания, и даже тяжелые изумрудные серьги зазвенели с явным недовольством. Однако озвучить его сестра тайфы не успела: в покои робко прошмыгнула служанка с подносом, которую никто не ждал так рано. Следом за ней заглянула взволнованная Лин, чьим присутствием, вероятно, и объяснялась столь несвоевременная расторопность прислуги.