Чулан под лестницей (СИ)
На платформе ходил, ожидал Лавгудов и думал о ситуации в Хогвартсе. ВРИО остался ВРИО, и в кресле директора. Политиканы не договорились, что в общем–то было ожидаемо. Я даже похмыкал, вспомнив популярную поговорку о «временном». Слагхорн, судя по моим ощущениям, встретит нас за преподавательским столом, конкретной информации у меня не было — Брюхоног скрытничал, но уж больно довольно он щерился и многозначительно закатывал глаза. Ну, а остальные всё те же, всё там же, единственный момент — Снейп, хотя есть у меня предположение о нем, причем достойное: страдать он явно получит повод, если не причину. Локхарта, как понятно, никто не приглашал преподавать — я искренне не понимал и в каноне, ну вот как не учащий, реально не учащий, преподаватель может продолжать не учить в школе–пансионе. Ну даже если он конченый дебил, а яркость Марса не позволяет сменить преподавателя, то сунуть в него конспект прошлых преподавателей, пусть читает вслух, под страхом многолетнего расстрела. Правда, был интересный, и не очень понятный мне момент — часть заклинаний, придуманных Гилдероем, работала. Они были почти точно свежепридуманны, охватывали широчайший спектр применений, не вполне точно описывались в книгах по действию, но работали, причем часть взял на вооружение Аврорат. Похмыкав о законспирированном грандмастере рун, пошел здороваться с Лавгудами.
Разместился с мелкой в вагоне Рейвенкло и стал напряженно проверять все ли нормально. Наконец поезд тронулся, я успокоенно выдохнул, откинулся на спинку… и слегка, немного взволновался от писка «ой, забыла!». Восстанавливая незначительно нарушенное душевное равновесие (всего–то — за окном потемнело, по земле пошли трещины, плюнули магмой — пустяки, дело житейское), я думал, что в целом, все нормально и ожидаемо, совы на второй день притаскивают первокурсникам груды забытых вещей ежегодно, я, вообще–то, захватил часть расходников в тройном размере, да и не только их, но вот блин, почему не в Хоге, а в этом чертовом склероз–экспрессе?
Обретя необходимую внутреннюю гармонию, ровным голосом осведомился:
— Скажи мне пожалуйста, что ты забыла?
— Перья, Гарри, тот набор красивых перьев. Собралась еще вечером, даже взяла сливы–цеппелины, возьми, — протянула мне продукт мелкая, — а вот перья оставила на столе.
— Ничего страшного, Луна, у меня есть лишний набор, а тот не пропадет и ещё пригодится.
Грызя свежепрезентованный овощ, выкладывал из «пояса боевого зельевара» зажигательные, замораживающие и прочие атакующие зелья (ну разве что чуть–чуть оставил), заполняя кармашки успокаивающим, снотворным и «набором скорой помощи». И сам глотнул. Что–то рано я стал седативы пить, на моей памяти, это прерогатива студентов в экзаменационную пору.
Впрочем, дальнейшая поездка была головоломной, но занимательной. А через час подтянулась и обосновалась в нашем купе «наша компания» — Падма, Дороти и Оливер. Правда возник любопытный момент, после размещения сокурсников напротив нас с мелкой, Оливер, отобразив челом некоторые сомнения (что для его, воистинну эпического похкерфейса, было сродни сильному волнению), мимикой и жестами, той самой, некнижной невербальщиной, в которой мне помогал наряду с другим Слагги — обозначил вопрос. Собственно, Оливер интересовался статусом моей спутницы относительно меня, а его удивление было вполне оправданно — оба мы единственные наследники Рода, но при открытой двери, мои движения были интерпретированы как «защита и опека». Первая возникающая мысль — договор о вхождении в Род, но представление спутницы и наш статус в Родах рубили предположение на корню. Для амурных отношений — излишне молоды, причем оба. Рода — общеизвестно, не дружеские и не союзнические. Ну, а подружиться — с точки зрения Оливера, вне рода, с не сверстницей и еще и вне Хога, я не мог. Вот и проняло бедолагу, и сам ворон, любящий познавать, и родовые дрессировки: все кричало о невозможности увиденного. Внутренне похихикав о порванном шаблоне, отпальцевал: «подопечная, оберегаемая, не невеста и не любовница», в ответ увидел предложение помощи, на что ответил «по желанию и по обстоятельствам». Легко кивнув, Оливер незаметно шепнул девчонкам несколько фраз, очевидно, объясняя кто такие Лавгуды, так как изумление, вызванное некоторыми словами мелкой, сменилось на понимание и некоторый интерес.
Я же, параллельно ведя беседу, задумался, что Оливер, при не слишком частом общении, стал мне как минимум хорошим приятелем, причем, судя по поведению, и сам так искренне считает. В принципе, десяток раз помогал ему, да и он разъяснил мне некоторые тонкости, совместные тренировки были разве что еще пару раз. Ну, в целом, и сам он мне изрядно симпатичен, когда–то его манера поведения и реакции на окружающее, как тип, были для меня эталоном, сам стремился быть спокойным, отстраненным и немногословным. Вышло из меня что вышло, но, как прозорливо говорил добрый дедушка: «в Хогвартсе вы найдете немало новых друзей».
Путешествие, тем временем, продолжалось, некоторое напряжение, вызванное «мозгошмыгами» мелкой, пропало, более того, я заметил как Дороти, закатив глаза, загибает пальцы — очевидно, догадалась, что мозгошмыги они не просто мозгошмыги. Ну да, они такие, сам от них закипаю головой. А в остальном девчонки просто беседовали, изредка дополняемые нашими с Оливером репликами.
Так и доехали до Хогвартса, спокойно, в беседах и без накладок (и принятое успокоительное абсолютно не при чем, я и так эталон спокойствия). Наговорившиеся девчонки допросили нас насчет лета, Оливер, в свойственной ему манере, упомянул поездку в Дувр и «занятия внутри рода», я поступил аналогично, разве что помахал окольцованной лапкой (главенство было общеизвестно, а вот условия его получения — нет, точнее только узкому кругу лиц), выслушал приличествующие случаю поздравления, и даже, с полминуты, посмотрел на школоту, как на то, кем они и были.
По приезде первокурсников встречала зеленоватая, перекошенная, мучимая физиономия — наш, всеми любимый, никем не понятый Мыш. Видимо, выполнял, конечно же ВРИО, обязанности Хранителя Ключей. Доброму дедушке уменьшать поголовье подконтрольных и контролирующих обстановку лиц в школе не с руки, так что Общее Благо сказало «надо», верный многостаночник ответил «есть!». Вообще сладок миг мести, я, в целом, игнорировал Снейпа, но черт возьми, к экзаменам он додолбал и меня, вопрос даже не в баллах. Этот засранец дошел до мелкого и «незаметного» (если б не внетелесье) саботажа при варке.
Преподавательский стол оправдал мои ожидания, Брюхоног был, и даже легко подмигнул, поймав взгляд. Единственный нюанс — Снейп остался истинным многостаночником, по совместительству заняв должность помощника и ассистента зельевара для курса «продвинутого зельеварения». Не удержав свой благородный и всепрощающий дух, я сделал ему ручкой, ненавязчиво продемонстрировав колечко подмастера. Заметил, оценил, спал с лица. Да я просто паладин, Света и Добра, практически.
Тем временем началось распределение, насколько я помню — вполне канонное. Из интересного: седьмая попала под опеку братьев. Криви, вот, кстати, опять прощелкал, вспоминал этого персонажа, думал о том, как бы его избавить от привычки слепить Героя (хотя, презентованные Слагги, модные очечки, скорее всего меня оберегут) — последовал вслед за ней. Ну, а мелкая, закономерно, к нам. Ну и шапка у неё на голове заметно съежилась, и излишне быстро, на мой взгляд, прокричала «РЕЙВЕНКЛО». Теперь хоть кто–то, пусть даже антикварный трикотаж, знает об уготовленых мне муках и страданиях — пусть посочувствует что ли.
Пока шел к башне, поглядывал на софакультетников и думал о каноне. Женской старостой закономерно стала Пенелопа Клируотер, подпольная кличка «Пенни», Хиллиард в старостах, да и в школе, последний год. Кто ему на смену не знаю, но разберемся. А вот через два, а точнее три, года старостами станут Падма и Магический Жид. Последний вполне себе таков, Род Голдстейнов был из исповедующих, причем открыто и напоказ, свою религиозность, что, в принципе, считалось не вполне приличным (да и разумным) в среде магов. В тридцатых годах семейство по своим, никому неизвестным причинам, мигрировало в маг Британию, и по сей день специализируется на артефакторике и зачарованиях ювелирки (последнее приравнивается к недешевой, но бижутерии, красиво, но недолговечно). В общем, с сыном Избранного Народа я не общался, а вот вариант самому занять место старосты пора начинать обдумывать. При изрядно напряжных обязанностях, бытие старосты приносит ряд бонусов социального толка. Бонусов в общении, не только, хотя и этого немало, с соучениками, как во время исполнения, так и в будущем. В общем, складывалось, что обломаю я Магического с местом, если выйдет — самому бонусы не помешают.