Манелиос: Рождённый Мёртвым (СИ)
Но это всё не важно. Кто такая эта Филомена? И почему эта девушка вдруг назвала и своё имя и имя матери? Это должно что-то значить? Её мама — важная фигура? Политик? Миллиардер? Глава культа? Зачем мне дополнительная информация? Или она уверена, что я должен знать эту женщину?
— Хорошо, дочь Филомены, скажи, где мы находимся? — я решил не показывать свой страх и полное отсутствие понимания того, что происходит.
Мой отец говорил: “В любой непонятной ситуации делай вид, будто бы у тебя всё под контролем”. Он многому меня научил, в том числе и как не поддаваться панике в условиях сильного стресса. Благодаря его наставлениям, мне всегда удавалось выйти сухим из воды, даже когда казалось, что берега и вовсе не существует. Сейчас, конечно, обстоятельства ещё хуже, но это не повод паниковать. Как минимум можно попробовать подыграть похитительнице, а заодно и получить исчерпывающую информацию о происходящем. Не просто же так она назвала меня господином. Может, даже удастся выжить?
— На краю земель Рэствальда. Здесь ваше тело хранилось последние четыреста двадцать три года, — без какой-либо иронии в голосе произнесла моя единственная собеседница.
— Долго я спал, — постарался отшутиться я. — Зачем разбудила?
— А, — она запнулась, явно не ожидая от меня такого вопроса. Похоже, сбил я ей всю заготовленную речь. Жаль, что слишком темно тут. Сложно разглядеть эмоции на её лице. — Так, мать завещала мне найти украденное у вас Сердце Жизни. И я нашла его, — её взгляд соскользнул с моего лица, опустившись чуть ниже.
Пытаясь разобраться, куда она смотрит, я тоже опустил глаза вниз и понял, что у меня на шее висит какая-то цепочка. Если бы не девушка, я бы её и не заметил. Слегка потянув, я выудил из-под балахона что-то похожее на медальон. В центре металлического кругляша красовался крупный драгоценный камень зеленоватого оттенка. Я в этой сфере не особо специализируюсь и никаких других зелёных камней, кроме малахита, не знаю. Но этот как-то не очень-то и похож. Я точно помню, что малахит не фосфоресцирует. А этот прямо светится изнутри. Мои бледные руки даже окрасились в зелёный. Может, там светодиод внутри? Размером “артефакт” не маленький, туда вполне и батарейка влезет и другая электронная начинка. Что уж говорить, когда сейчас часы иногда делают умнее некоторых людей.
Полюбовались, а теперь к делу. Если я уж собрался подыгрывать, то останавливаться пока рано. Вот как выйду отсюда, так и посмотрим. А пока нужно больше информации.
— А где сама Филомена? — решил пока насчёт артефакта ничего не говорить, а узнать чуть больше про единственного упомянутого человека за пределами этих стен.
— Господин, — девушка наклонила голову, — она умерла.
— Что её убило? — уточнил я, так как почувствовал лёгкую недосказанность в словах.
— Старость. Простите, — она склонилась ещё сильнее, будто бы в произошедшем есть её вина.
— Старая карга забирает лучших, — философски произнёс я. — За что ты извиняешься?
— Я клянусь вам, что она сделала всё, что было возможно, чтобы найти Сердце Жизни. Пожалуйста! — девушка повысила голос. — Не возвращайте её! Она хорошо послужила и заслуженно ушла на покой! — моя похитительница резко упала на одно колено. — Я, Рафаэлла, клянусь служить вам, господин Манелиос, до конца своих дней.
— Лишь до смерти? — спросил я, оценив монолог девушки. Она боится, что я воскрешу её мать? Нужно на этом сыграть и посмотреть на реакцию. — А потом, что?
— Пожалуйста, господин! Примите мою клятву такой, какая она есть. Госпожа Никталина, Правительница Ночи, ждёт меня в Ночном Лесу вместе с моей матерью после смерти. Не забирайте у меня возможность повидаться с мамой…, — всё это она продолжала говорить, стоя на одном колене. И скажу я, мне ей даже поаплодировать захотелось. Не знаю, о чём именно идёт речь, но эта сцена вышла очень реалистично. Наверняка долго репетировала. Эмоции, дрожь в голосе. В каждое слово она прямо душу вкладывала. Я бы так хорошо сыграть точно не смог.
— И что же ты хочешь получить взамен своей клятве? — пусть это всё и игра, но принимать чужую клятву, не уточнив собственных обязательств, я не собираюсь.
— Как я могу с вас что-то требовать?! — она подняла голову, посмотрев на меня удивлёнными и немного испуганными глазами. В это же время я ответил ей серьёзным взглядом, стараясь показать, что не приемлю такого варианта. — Примите мою клятву такой, какая она есть и я приму это в качестве вашего щедрого дара.
— Почему ты хочешь служить мне, Рафаэлла? — не сдавался я. Ощущение, что я не вижу всей картины, никак не пропадало.
— Вы спасли мою мать и весь мой род. Но к сожалению, Филомена не смогла в полной мере выплатить наш долг вам. Поэтому я здесь, преклоняю голову перед вами, — в этот момент она отвела взгляд, уставившись в пол, — в надежде, что вы простите мою мать и позволите мне вернуть долг вместо неё.
— Ты пришла сюда по собственной воле?
— Да, господин. Старейшины не имеют никакого отношения к моему желанию служить вам.
— Значит, Филомена передала тебе информацию о Сердце Жизни, — задумчиво произнёс я. — Сколько у тебя ушло времени на его поиски?
— Тридцать лет, господин, — я ещё раз, но уже более внимательно, осмотрел её лицо. Ага, тридцать лет. Да ей на вид не больше двадцати пяти!
— А теперь скажи мне Рафаэлла, зачем ты потратила целых тридцать лет своей жизни? Разве оно того стоило? Вместо того чтобы тратить время на это, ты бы могла забыть про меня и жить так, как тебе хотелось. Если бы я не воскрес, то и тебе бы не пришлось сейчас унижаться и просить не воскрешать твою мать. Я уже спрашивал и спрошу ещё раз. Зачем ты меня разбудила от вечного сна? — похоже, что хорошая игра девушки передалась и мне! Никогда бы не подумал, что смогу так ловко импровизировать на сцене. Может, надо было вместо управления в театральный пойти?
— Я бы не посмела оставить долг не закрытым! — она вновь начала говорить громче, отчего её голос эхом разнёсся по пустой комнате. — Наш род всегда славился своей честью. Ещё ни одно слово не было нарушено с тех пор, как праотец Евпарион встретил госпожу Никталину и зародил наш славный род. Пусть Ночь станет мне свидетелем, я не вру.
Какими интересными словами оперирует эта актриса. Уже второй раз упомянула какую-то Никталину, которая то ли богиня, то ли прародительница её рода, то ли и то и другое, вместе взятое. В её словах проскакивал некий “Ночной Лес”, который, похоже, является местом, аналогичным нашему Раю. Теперь вот поклялась “Ночью”. Что за сказку она там выдумала?
— Хорошо, Рафаэлла. Я услышал достаточно. Повтори ещё раз свою клятву, — в целом я не увидел никакого подвоха оттого, что приму её клятву. Никаких обещаний с моей стороны не требуется. А значит, я ей ничего не буду должен. А то ведь она могла потребовать за это какую-то услугу. Ну, или мою жизнь. Я всё ещё плохо понимаю, что происходит, и как я тут оказался. Поэтому и этот спектакль, в котором я невольно принял участие, является лишь прелюдией к тому, что произойдёт дальше. Как бы найти в себе силы, чтобы вытерпеть всё это и не сорваться. С каждой минутой эмоции удерживать удаётся всё сложнее.
— Как прикажете, господин, — покорно произнесла она и вновь озвучила уже слышанную мной фразу: — Я, Рафаэлла, клянусь служить вам, господин Манелиос, до конца своих дней.
— Я, Манелиос, — играть, так играть с полной отдачей, — принимаю твою клятву. Верно служи мне, Рафаэлла, и долг перед твоим родом будет закрыт вместе с твоим последним вздохом.
Глава 2
В момент принятия клятвы я заметил, или скорее даже почувствовал, как что-то вырвалось из девушки и на огромной скорости впечаталось мне в грудь, туда, где висел этот странный светящийся “артефакт”. При этом камень на нём слегка вспыхнул, а затем вернулся к своему стандартному состоянию.
“Интересные спецэффекты”, — подумалось мне.
Возможно, что моя похитительница воспользовалась пультом, чтобы вызвать эту “магическую” вспышку. Как же всё реалистично-то! Моя оценка — пять с плюсом! Сколько я не старался, а за время нашей беседы мне так и не удалось найти ничего, что говорило бы мне о том, что это всё постановка. Единственное, что вроде бы не очень сходится, так это трупы в углу комнаты. Крови там натекло немало. Да и на полу её следы отчётливо заметны. Тут явно хотели показать, что этих людей сначала убили, а уже потом свалили в кучку. Но где запах? Может, у меня просто нос забит? Я вообще слабо что им ощущаю сейчас. Да и тело до сих пор немного ватное. Удивительно, что мозги нормально работают.