Надежда великого леса (СИ)
— Фир прости, но у нас совсем мало времени, ты не мог бы сказать при всех?
— Нуа, — подруга подошла ко мне вплотную и говорила совсем шёпотом — прости меня. Но ты неправа. Нельзя убегать, не попрощавшись. Если ты, дуреха, все-таки собралась отказаться от Фира, так имей хотя бы силу, сказать ему это в лицо.
— Сея, что-то не так, — меня уже ощутимо трясло — дело не в чувствах. Пойми ты. Нам нужно было уходить.
Подруга нахмурилась, но мы не успели закончить.
— Я попробую настоять. Нуа, мне нужен всего разговор. Один разговор наедине. — даже голос его изменился. Откуда этот холод — Или я оказался настолько плох? Что ты даже не соизволишь со мной попрощаться.
— Фир, — я через боль сделала несколько шагов вперёд и остановилась — прости меня. Нам нужно уходить. Ты был так добр, гостеприимен. Я никогда этого не забуду.
— Но не достаточно, чтобы ты захотела остаться, — его глаза стали ещё темнее. Теперь они казались двумя бездонными колодцами.
— К сожалению, так. Просто мне нужно уходить. И…
— Конечно, метки ведь сильно горят? Требуют, чтобы ты перешла к поиску следующего символа? — Фир перебил меня и каждое его слово хлестало меня будто плеть.
— Метки? — я с ужасом вздохнула. И не я одна, сзади, кажется, ахнула Сея, по-моему, выругался Рик — какие метки? Я не понимаю, о чем ты.
— Да? — его лицо исказила гримаса карикатурного удивления, а потом он продолжил, поджав губы — Ты ведь оказалась, такая красивая, милая. Все могло бы быть так просто. Мы ведь можем быть вместе, Нуа.
— Фир, прости, если дала тебе ложную надежду. Но мы не можем быть вместе.
— Это мы ещё посмотрим, — он криво усмехнулся и его правая бровь изогнулась — возможно, нам просто стоит начать сначала? Например, с знакомства? Вижу тебя. Я Фиралон, но для тебя, моя малышка, по-прежнему, просто Фир.
— Слышу твое имя, Темный правитель, — на автомате выпалила я и зажала рот руками, с ужасом понимая — ты? Это ты, глава тёмных?
— Да, ну а что же ты не представляешься, Нуаэльванна? Я так давно хотел услышать твое имя, надежда великого леса.
Я попятилась назад. Из укрытий выходили служители, точнее тёмные. Луки, мечи. Как же теперь бежать? Кончено, здесь только Сея и Фир, я могу использовать силу. Но их слишком много. Я не уверена, что смогу справится. Совсем не уверена.
— Что ты хочешь? — мне нужно время, просто потянуть время.
— Моя малышка, совсем не понимаешь? Ты. — он плотоядно улыбнулся. А у меня побежали мурашки, от ужаса — Сначала я хотел твою силу, дитя пророчества. С ней, мы наконец откроем портал и отправим людей обратно в их загаженные миры, где им самое место. Но теперь. Я хочу тебя. Всю, полностью. Задумайся, Нуа, мы можем сделать это вместе. Мы должны. Наш народ скажет нам спасибо, мы станем освободителями.
— Нет никаких мы, — отрезала я — нет нашего народа. Кто ты такой, чтобы решать за всех? У эльфов давно семьи с людьми, мир. А вы все живете одной вам необходимой местью.
— Потрясающе! — рассмеялся темный — И это только два символа. Какой же ты станешь, когда завершишь инициацию? Сильной и бесстрашной воительницей?
— Надеюсь достаточно, чтобы остановить вас.
— Да? Ну зачем же ждать, ты можешь попробовать прямо сейчас. — он вскинул руки и вытянул их в стороны, ладонями вниз. Вокруг сразу же потянулись нити силы, крови-красные. А его глаза зажглись темным огнём — Хотя тебя, наверное, будут немного отвлекать эти жалкие существа, избавимся от них сразу? Или уже в конце поединка, — он кивнул в сторону Сеи и Рика.
Может я была глупой, неопытной, ранимой и чересчур застенчивой. Но я не была слабой. Никогда! Меня готовили с рождения. И я не просто так стала самым молодым друидом, начавшим инициацию. Я раскинула руки в стороны. И потянула деревья. Многие, почти все. Мне нужно каждое из них. Вокруг меня сверкнула зелёная паутина силы, а я сжала все нити в кулаки и заняла стойку. Боевую, как на занятиях по фехтованию. Думаю, Аэль, бы гордился мной.
— Только посмей. Меня ничто не отвлечет от того, чтобы поставить тебя на место.
— О, какой блеск глаз, какая грация. Ты только будоражишь меня сильнее. Значит это тебя тоже не отвлечёт? — он сделал пасс рукой и рядом с ним начал сплетаться кокон. Резко разорвав плетение, оттуда вывалился наемник.
Лишь годы тренировок позволили мне удержать силу. Мар. Мариам лежал связанный. Весь в крови и изодранной одежде. Меня сковал холод. Липкий страх спускался по позвоночнику, пока я не услышала вздох. Тяжелый, хриплый, но вздох. Живой! Святой лес, спасибо, он живой.
— Бегите, это тёмные, им нужна Нуа, — прохрипел наёмник, а Фир подошёл, поднял его за шкирку, встряхнул и оставил стоять на коленях.
— Они знают, отродье. И моя будущая жена, просто немного набивает себе цену, как и положено приличной девушке.
— Я же сказал, что ты умрешь прежде, чем даже попытаешься. Поганый темный, — последние слова наемника захлебнулись кровью от резкого удара в живот.
Сзади закричала Сея, и судя по суматохе Рик пытался удержать лучницу. Я отметила это лишь краем сознания. Сейчас весь мир сузился до одного мужчины. Побитого, но продолжающего выполнять своё задание. Я втянула его в это! Старейшины втянули его в это! Обманом, заманили на верную смерть. Это мой бой, моя дорога. Наемникам, менестрелю здесь не место. У них нет силы, которую они могут противопоставить темному. Зато она есть у меня.
— Если ты тронешь его…
— То что, моя Нуа, — рассмеялся он — что? Милая, нам с тобой предстоит серьезный разговор. Нельзя привязываться ко всякому мусору. Этим ты меня сильно разочаруешь.
— Мусор здесь только ты! — крикнула я. И рванула.
Битва подождёт. Мар. Мне нужен Мар. Нужно увести его и остальных. Никто не ожидал, моего стремительного рывка вперёд. Замешательство — твое единственное оружие. Любил повторять старый рыцарь. Обескураж противника, дезориентируй, твоя тактика должна быть стремительной и неожиданной. Это твой единственный шанс. Сейчас я была благодарна Аэлю. Потому что он был прав. Мне не выстоять в открытом поединке, тем более пока меня шантажируют друзьями. Значит пришло время уходить.
Я подскочила к Мару, резко разжала левый кулак, направив силу на темного. Из земли сразу же полезли корни, они бугрились, опутывая эльфа по ногам и рукам. Правой рукой я схватилась за плечи наемника, одновременно вызвав, корни и под нами. Они резко взорвали Землю, буквально отбросив нас с Маром назад. Мы оказались совсем рядом с друзьями и через секунду, Сея, Рик уже поднимали наемника за локти, а я вставала, концентрируясь на следующем шаге. Но не рассчитала. Силу Фира. Его окутало алое сияние и корни начали ссыхаться и осыпаться трухой.
— Неплохо, а мы с тобой значит сможем поиграть, моя малышка? Так даже интереснее, — быстро, он справился слишком быстро. Ко мне начала подбираться паника.
— Может, в следующей жизни, — бросила я.
Упала на землю и ударила открытыми ладонями, вокруг нас завертелись потоки силы. Они кружились зелёным сияющим вихрем, отрезающим нашу компанию от тёмных. Страшный ритуал, опасный и непредсказуемый, но это единственная возможность на спасение. Приказала лесу спрятать нас. Увести. Беда в том, что лес может увести нас куда угодно, начиная от безопасной поляны, заканчивая топью. Но сейчас даже болото казалось мне предпочтительнее. Вокруг нас уплотнились потоки, и вот уже почти не видно северного храма, тёмных и самого Фира.
— Нуа, ты будешь моей. Помни! — раздался угрожающий крик, перед тем как нас окончательно накрыло воронкой.
Когда вихрь растаял, я оглядела местность. Пролесок. Лиственный пролесок. Мы точно не в северном лесу и явно не в болоте. Этого пока было достаточно. Метнулась и начала осматривать наемника. Нас всех немного раскидало, на ногах удержалась только я. Хотя если вспомнить мой собственный первый перенос, то я потом ещё около часа не могла встать.
Наёмник лежал на спине, бледный, в кровоподтеках, с заплывшим лицом и засохшей кровью. Я прохожусь по всему его телу. И тут, и там синяки, порезы, словно ему пускали кровь. Сердце сжимается, но все переживания будут после. Сейчас, уверенным движением дорываю лохмотья, в которые превратилась рубашка. Кладу ладони ему на грудь и тяну силу. Это то, что я умею. Лечить, восстанавливать, вдыхать свет жизни. Умею и люблю. Порезы стали затягиваться, синяки уменьшаться, внутренние повреждения закрываться. Его дыхание становится более глубоким, ровным, а цвет кожи перестаёт отдавать синевой.