Падающий цветок (СИ)

Ахмед напрягается всем телом, в его глазах застывает грусть.
- А ты ведь лишила меня возможности взять его на руки в день его рождения, взять за руку, когда он пошёл.
+++
Джанна.
Я рассматривала свое обручальное кольцо с огромным зелёным алмазом и россыпью бриллиантами. Оно стоило целое состояние, за его стоимость можно было купить целый город со всеми его жителями. Алмаз был очень редким, таким было всего два. Одно было у Амира, а другое у Ахмеда.
Сколько еще времени я буду носить это кольцо? Может быть даже последний день.
Ахмед причинил мне слишком много боли и унижения. Даже сейчас он обустроил свой дворец для неё и её сына.
Стискиваю руку в кулак.
- Думаешь, я после всего этого захочу остаться с Ахмедом? – усмехаюсь, рассматривая потрёпанного Зейда. – У меня больше не осталось к нему нежных чувств. Когда тебя топчат из года в год, ты перестаёшь чувствовать. Все, что я хочу – сделать ему больно, а её я хочу убить.
- Она должна остаться в живых. - с нажимом говорит Зейд, постукивая пальцами по столу.
Раздраженно качаю головой. Что в этой сучке такого, что все мужчины приклеиваются к ней и не могут оторваться? Она сводит их с ума. Зейд туда же.
Мне без разницы жива ли она, главное, чтобы она была подальше от меня и моей семьи. Если Зейд заберёт её и увезёт подальше, то мне безразлична будет ее дальнейшая судьба. Но вот мальчик… он реальная угроза. Он меняет ее статус. Он наследник.
- Я не могу позволить, чтобы ее сын стал наследником Эмирата. - поправляю платье, потому что от волнения становится душно.
- Мальчик может погибнуть. – ровно говорит Зейд, безразлично пожимая плечами. – Я и сам не очень хочу, чтобы его лицо постоянно напоминала ей Ахмеда. У нас будут новые дети.
- Вот так просто. – поражаюсь я. – Растил и теперь сможешь списать со счетов?
- Это как делать выбор между жизнью и отрубленной конечностью. Без руки больно, но жизнь продолжится. – Зейд говорит хладнокровно, и я понимаю, что никогда не знала его. Прикладываю к лицу стакан со льдом, чтобы собраться с мыслями.
- Нужно поговорить с Эмиром. Он должен знать, что наложница моего мужа жива, и более того, что у него есть внук.
- Что если Эмир передумает, и решит оставить ее?
- Не передумает, он терпеть не может Русскую. И внука этого он никогда не полюбит. – уверенно говорю я, вытирая лицо. – Нужно торопиться, Зейд. Время не нашей стороне.
Поправляю волосы и оглядываю фигуру мужчины. Могу ли я ему доверять?
Он опасен и им движет желание мести, впрочем, как и мной, но Зейд напоминает безумца.
+++
У меня сводило все тело от болезненных спазмов. Страх разъедал меня изнутри. В голове крутилось столько сюжетов. Что произойдёт с нами?
Мы подъезжали ко дворцу. Совсем скоро я увижу всех тех, кого так ненавижу.
Пришлось закрыть глаза и досчитать до десяти, чтобы угомонить сердце, вытанцовывающего чечетку в груди. Внутри меня все переворачивались.
Тёплая ладонь Ахмеда накрыла мои руки, аккуратно сложенные на коленях. Мужчина сжал их, придавая мне сил, его взгляд был очень ласковым и тёплым. Мужчина хотел поддержать меня.
- Все будет хорошо. – уверенно сказал он. – Никто не посмеет Вас тронуть. Я не позволю.
Мне хочется ему верить. Хочется быть уверенной в том, что он сдержит свое слово и не позволит никому, даже свой семье, нас тронуть.
Машина заехала во двор дворца, паркуясь у центрального входа. Меня словно парализовало, я не могла себя заставить выйти из машины.
У входа показалась женская фигура в длинном красном платье, бросая вызов судьбе и всем присутствующим. Джанна была неотразима в нем, ее волосы были высоко уложены в женственную прическу. Девушка стояла с высоко поднятой головой и томной улыбкой. Настоящая первая леди: неотразимая и блистательная.
Меня это угнетало. На ее фоне я чувствовала грязной замарашкой.
- Ахмед. – пропела она медовым голосом. – Я успела соскучиться по тебе. Какие дела отвлекли от сватовства моей сестры?
Я не слышала голоса Аль-Мактума и не видела его лица. От её счастливого голоса кишки связываются в тугой узел. Кажется, что меня вот-вот стошнит себе под ноги.
 
Она не могла нас видеть, не позволяла тонировка стёкол.
Мустафа нерешительно вертел головой по сторонам
Ахмед подошёл к машине с моей стороны, открывая дверцу и протягивая мне руку. Не хотя её принимаю, делая шаг под обжигающее солнце. Ноги продолжают дрожать от напряжения. Меня удерживает Аль-Мактум, он цепко обнимает меня за талию.
Я была одета в длинную юбку в цветочек и майку с глубоким вырезом на спине, обнажающую татуировку. Ахмед попросил одеться так, чтобы каждому за километр было ее видно. И я выполнила его просьбу, как будто у меня был выбор.
Он удерживал меня на ногах и помог обойти вокруг машины. Я сделала глубокий вздох и подняла глаза, встречаясь взглядом с Джанной, стоящей на лестнице. Девушка смотрела на меня с нескрываемой ненавистью, маска доброжелательности сползла в сторону и теперь было видно, как мышцы лица дергаются от напряжения.
- Какие у меня были дела? – спрашивает мягко Аль-Мактум её, хищно склонив голову набок. – Я забирал сына домой.
Я вижу, как она сглатывает, по глазам понимаю – девушка не удивлена. Она знала о существовании Мустафы.
Ахмед открывает дверцу и помогает выбраться сыну, тот не подозревая о происходящем, прыгает на месте от счастья. Аль-Мактум подхватывает его на руки, прижимая к себе. Сейчас втроём мы напоминаем счастливую семью, прибывшую домой. Наши фигуры словно сливаются в одно целое.
- Амин, распорядись, пожалуйста, чтобы вещи Виктории перенесли в мою комнату. – протягивает Ахмед. У меня в глазах начинает темнеть. Чего он добивается? – Мустафа будет жить в смежной комнате. Организуй.
Мужчина кивает и торопливо скрывается, торопясь выполнить распоряжение своего господина.
Ахмед ведёт нас внутрь. Он следует неторопливо, удерживает меня и продолжает удерживать Мустафу.
- А мы пойдём к Шархану? – спрашивает сын, обхватив маленькими ручками сильную шею Эмира.
- Обязательно. – говорит Ахмед и целует его в нос. Мальчик морщится и смущенно улыбается.
- Что за… - громыхающий голос заполоняет весь дворец. В конце коридора показывается фигура Эмира, отца Ахмеда. Он опирался на палочку, но фигура сохранила статность. Зелёные глаза опасно сверкали в полумраке. – Этот дом не притон!
Из его груди вырывается свистящее шипение.
- Познакомься, Мустафа, Магомед Аль-Мактум – Великий Эмир и мой отец, твой Дедушка. – Ахмед специально говорит громко, чтобы все слышали. И я чувствую, как весь огромный и старинный замок затихает. Все перестают дышать. Сын тоже замолкает и с интересом смотрит на Великого Эмира, который определенно не испытывает тёплых чувств к своему внуку.
 
 
Глава 20. Братья 
У меня по спине пробегает холодок. Великий Эмир уничтожает меня взглядом, вздергивая подбородок. Из его груди вырывается каркающий звук.
- Зайди ко мне. – выплевывает он Ахмеду и скрывается в недрах замка, не желая устраивать разборки на виду у всех слуг. Но по одной его реакции становится понятно, что он не рад ни мне, ни своему внуку. И сделает все, чтобы мы исчезли бесследно.
Способен ли вообще на любовь этот страшный человек? Даже ледяной айсберг теплее его.
Ахмед никак не меняется в лице, только сильнее сжимает мою талию.
Он приводит нас в свою комнату. Я нерешительно захожу в нее и обвожу взглядом, вспоминая как приехала сюда впервые. Моё сердце тогда еще было пропитано пустыми надеждами и слепой влюбленностью.
 
В комнате практически ничего не изменилось, тут все пахло Аль-Мактумом. Не было ни намека на присутствие тут Джанны. Возможно они жили вместе в другой комнате.
- Не очень тёплый приём. – говорю я, чтобы заполнить тишину. – Другой, правда, я и не ожидала.
- Великий Эмир всегда любил только одного сына, было бы смешно, если бы сейчас что-то изменилось. – Ахмед говорит это со страшным безразличием, и я понимаю, что распри с отцом уже никак не трогают его сердце. Боль сменилась пустотой за столько лет. Мне захотелось обнять его. Поддержать. – Но сейчас здесь самое безопасное место для Вас на этой планете.