Олег Верстовский — охотник за призраками (СИ)

Я помог встать премьеру, но он высокомерно отстранив меня, проследовал в коридор, даже не поинтересовавшись судьбой охранников. Я спустился в партер. Конечно, парни были мертвы, и помочь им никто бы не смог. Вернувшись в павильон, узнал, что съёмка сорвана. Мельгунов скрылся, в тот вечер я больше его не видел. Банкет тоже не состоялся, или его решили провести без меня. На следующее утро я позвонил Кастильскому, чтобы договориться о встрече. К моему удивлению, колдун согласился незамедлительно принять меня. Правда, разговор с ним оставил тяжёлое впечатление. Кастильский не запугивал меня, лишь предупреждал.
Я открыл коробочку — на тёмно-синей бархатной подушечке лежал кулон в виде удлинённой капли молочного цвета, внутри которого пробегали искорки. Конечно, я могу подарить Милане этот амулет, но будет ли она носить его? Если расскажу, что Мельгунов заключил сделку с дьяволом, и хочет её убить, она посчитает меня сумасшедшим. Или решит, что я разыгрываю её. Может быть, Северцев был убит из-за то, что оказался свидетелем явления посланника Тьмы? Или дьявольской силой или Мельгуновым, который таким образом хотел расплатиться с Хозяином?
Господи, и о чем я только думаю?! Абсурд! Какие могут быть посланцы Ада?! Все это представление наверняка инсценировано. Кто-то решил попугать Мельгунова. Но как бы мне не аукнулось участие в этом адском шоу. Когда я решил вернуться в павильон, наткнулся на Ладу Данилюк, костюмера. Увидев меня в испачканном извёсткой и порванном фраке, она нервно воскликнула: «Вы подрались с Мельгуновым?» Ещё не хватало, чтобы зазнавшийся индюк обвинил меня в попытке убийства. Или свалит на меня смерть своих охранников. От этого говнюка можно ожидать всего.
Пиликанье мобильника вырвало из воспоминаний. Звонил Лифшиц.
— Олег, вечером будет праздничный ужин. За вами приедет машина, — официальным тоном сообщил он.
— А где будет? Я бы мог сам доехать.
— Ужин состоится на яхте. Добраться туда вы сами не сможете.
— А одеваться как?
— Как хотите, в рамках вашего вкуса.
Показалось, что Лифшиц сказал последнюю фразу, пытаясь задеть. Считает, у меня хреновый вкус? Урод, сам одевается, как бомж — старые джинсы и растянутая футболка. Но я решил прикупить одежды, доехал до центра городка на трамвае и уже издалека увидел большой трёхэтажный магазин с вывеской: «Гипермаркет». На втором этаже располагался салон мужской одежды, я решил побродить между вешалок, подобрать что-нибудь поприличней. Я непритязателен в одежде, моя работа обычно связана с простыми людьми, одеваться в дорогой костюм, значит, вызывать у них неприязнь, а тогда ничего не добьёшься в расследовании истории об очередном вампире или призраке. Впрочем, иногда судьба сталкивала с сильными мира сего. Брошенная любовница решила отомстить богатому, влиятельному бизнесмену, наняла проходимцев, которые устраивали шоу в особняке хозяина — кровавые надписи на зеркалах, стуки и танцы по ночам. Я быстро вычислил, кто занимался чертовщиной, и все закончилось для брошенной девушки очень печально. Поэтому я стараюсь избегать общения с людьми, скорыми на расправу.
Я осматривал очередной костюм, когда услышал знакомый голос. Осторожно выглянул, и обнаружил Мельгунова, одетого слишком вычурно для посещения магазина — в малиновую куртку с набивным рисунком и белую, кружевную рубашку. На этот раз его сопровождала особа женского пола: худенькая темноволосая девушка, плоская, с торчащими ключицами, явно намного моложе его. Они выбирали шарфики. Я постарался как можно незаметнее подойти ближе к парочке. Мельгунов сильно вытянул правую руку вперёд, чтобы пощупать очередную тряпку — на его запястье красовались большие, круглые часы на браслете из светлого металла с золотистыми вставками. Странно, почему он носит часы на правой руке, я не заметил, чтобы он был левшой. Но потом я понял, в чем дело. На запястье левой руки у него были другие часы, тоже огромные, испещрённые символами. Может быть, я здорово приложился башкой вчера, и мне все привиделось? Принял за кандалы — доказательство сделки с Тьмой, дорогие хронометры?
 
— Молодой человек, ищете что-то конкретное? — услышал я совершенно неуместный голос продавщицы.
— Да, костюм для светской вечеринки, — промямлил я, как можно тише.
Но Мельгунов поднял голову, метнул злой взгляд. Сжав девушке руку, быстро вывел её на улицу, где поджидали два охранника в солнцезащитных очках, и массивный Cadillac Escalade с затенёнными стёклами. Почему Мельгунов так напугался? Боится расспросов? Значит, я действительно видел посланника Тьмы вчера? Я представил, что придётся ещё долго общаться с «лучшим российским актёром современности», как льстиво называли Мельгунова наши СМИ, и поёжился. Кастильский сказал, что мне тоже угрожает опасность. Конечно, я не представляю интереса, ибо никаких особых способностей у меня не имеется, но я — свидетель общения мегазвезды с Силами зла.
— Для какого мероприятия? — от размышлений меня отвлекла продавщица.
— День рождения актрисы. Я снимаюсь вместе с ней, в маленькой роли. У Дмитрия Верхоланцева.
Она незаметно вздохнула и задала другой вопрос:
— Какой дресс-код указан в вашем приглашении?
Я непонимающе уставился на неё, но тут же нашёлся.
— Это было устно.
— Хорошо, я вам предложу кое-что.
Быстро оглядев меня, она прошлась по рядам, вытащила костюм:
— Тёмный костюм из тонкой шерсти самого модного сейчас покроя от Roberto Cavalli и чёрная рубашка из блестящего шелка с французскими манжетами. Это подойдёт для любого мероприятия. Примерьте.
Я недоверчиво пощупал материал и как можно незаметнее взглянул на ценник, стараясь не показать виду, что цифра почти в штуку баксов произвела на меня неизгладимое впечатление. Взял вешалку с костюмом, аккуратно сложенную рубашку и вошёл в примерочную.
— Ну что же, сидит хорошо, — сказала продавщица, увидев меня у зеркала. — Только манжеты надо завернуть вот так, и застегнуть запонками.
— А галстук какой? — поинтересовался я.
— К такому костюму галстук не нужен. Расстегнете верхнюю пуговицу.
Я представил, что буду выглядеть на вечеринке, как последний лох и мне захотелось позвонить Милане и отказаться. Но тут же понял, она решит, что я струсил.
— Хорошо, выпишите.
В крайнем случае, буду ходить так на работу. Хотя в нашем маленьком журнальчике никакого дресс-кода отродясь не было, ходили в том, на что могли наскрести денег.
Я вернулся домой, и засел за изучение материалов из папки, которую дала Милана. Я так увлёкся, что с трудом расслышал пиликанье будильника. Принял душ, надел купленный костюм, который погладила Екатерина.
Отражение в зеркале мне понравилось, я почувствовал себя уверенней. Услышал призывный звук клаксона за окном — на этот раз за мной прислали Ауди чёрного цвета.
Ехал я в гордом одиночестве. Но чем ближе мы подъезжали к заливу, тем страшнее становилось — я так далёк от бомонда, светских развлечений. Совершенно не представлял, как вести себя с высокопоставленными гостями, чтобы не опозориться. Машина остановилась на берегу. Увидев тот самый катер, который чуть не убил Милану, я поёжился. В центре залива на волнах покачивалась просвещённая трёхпалубная яхта.
Когда поднялся на борт, ко мне сразу подбежал человек, одетый в фиолетовый смокинг с бархатными лацканами, жёлтый в крапинку галстук-бабочку, из кармана виднелся нагрудный платок кричащего малинового цвета.
— Молодой человек, как вас зовут? — быстро осведомился он, держа перед собой раскрытую кожаную папку.
— Олег Верстовский.
 
Он быстро пробежался глазами по списку и удивлённо взглянул на меня.
— У вас есть приглашение?
— Меня устно пригласили, — ответил я, ощущая, как судорогой сводит ноги.
Ещё не хватало, чтобы меня вышвырнули с этого мероприятия, как последнего бродягу.
— Олег! — я услышал голос, заставивший сердце забиться сильнее.
Я увидел Милану, одетую в блестящее шёлковое платье карминово-красного цвета, собранное изящными складками на груди и ниспадающее волнами до самого пола. Легкой походкой она почти бежала ко мне, цокая каблучками по деревянному покрытию, и радостно улыбалась.