Невеста по вызову: тропами откровений (СИ)

Кусты закончились и мы вышли на луг. Я подняла голову - как раз своевременно, чтобы заметить небольшую толпу, состоящую из русалов и чертей. Последние почтительно сгрудились у молодого дубка и старательно сохраняли нейтралитет в то время, как в стане русалов уже наблюдалась волнение. Я с интересом изучила острые вилы, вздымавшиеся над толпой и вопросительно посмотрела на Майлса.
— Расходимся! - будто не заметил моего взгляда он, - ситуация под контролем!
— Дык а если побежит? - осведомился крупный русал - кажется, тот, который читал книгу на лугу.
— Не побежит, - фыркнул архимаг, - бегалка сломалась.
Кусты за нашими спинами вновь затрещали, являя нам фиолетового знакомого. Толпа вновь, как по заказу, ощетинилась острыми предметами. Рейгран поморщился и оглянулся. Медведь, шествующий по пятам, засветился сильнее, а затем просто растворился в воздухе. Толпа разочарованно вздохнула.
— Ничего, - правильно понял настроения архимаг, - я вам завтра такого же сделаю. Только красного!
Больше на слова он не разменивался и мы покинули гостеприимную полянку даже быстрее, чем стоило. Констатировав, что Майлс теперь идет по какой-то тропинке, я не стала уточнять, куда мы следуем: у меня появилась проблема поважнее. Меня начало трясти. Дрожь из кончиков пальцев перекинулась на конечности и спустя пару минут я уже даже стучала зубами. У меня не было этому объяснений и поэтому, когда меня опустили на брошенную на землю куртку, вопросительно уставилась на архимага.
Но тот не спешил ничего объяснять. Опустился рядом, взял мои ладони в свои и нежно согрел их дыханием. И это помогло - я всхлипнула, чувствуя, как внутри разжимается тугая пружина напряжения, и разрыдалась.
Плакала я долго - с чувством, толком, взрывая мир вокруг своими руладами. Майлс не мешал - сидя рядом, он позволял мне выпустить все скопившиеся эмоции на волю. Я и выпускала - вначале сидя на куртке, а затем перебравшись к нему на колени и обильно орошая соленой влагой черный шелк его рубашки. И даже не поняла, когда на смену рыданием… пришло любопытство.
— А почему… кра-асного? - уточнила, утирая лицо руками.
— А где ты видела красного медведя? - нежно уточнили у меня.
— Там же, где и фиолетового, - всхлипнула напоследок я, - в гробу и в белых тапочках.
На этот раз Майлс задумался.
— Могу и тапочки, - выдал он пару мгновений спустя, - я уже изучал одежду.
Я фыркнула. Тема разговора оказалась неожиданной - но, признаться, меньше всего мне сейчас хотелось говорить о деле.
— Ты как? - архимаг дотронулся до моей щеки, - сильно испугалась?
— Не то, чтобы… - начала я и все-таки подняла на него взгляд, - не ожидала просто.
Рейгран поджал губы:
— Я не думал, что такое возможно, - тихо, будто признаваясь в чем-то, сообщил он, - и уезжал в полной уверенности, что здесь ты в безопасности. Прости меня.
Но я покачала головой:
— Это ты меня прости. Я забыла тебе кое-что сказать.
Мой короткий сбивчивый рассказ был выслушан очень внимательно. И, стоило мне закончить, как Майлс поднял голову и задумался. Я не мешала мужчине, внимательно наблюдая за переливами эмоций у него на лице.
— Да, дела, - наконец выдавил он, переводя на меня взгляд, - выходит, все не так просто, как я предполагал.
— А что такое? - тут же заинтересовалась я.
Но мое любопытство так и осталось неудовлетворенным - архимаг прижал меня к себе и нежно поцеловал в макушку.
— Я обязательно тебе расскажу, - пообещал он, - но чуть позже, когда со всем разберусь.
Глава 17. Последние признания
Нейя хлопотала у печи, заставляя меня следить за ней. Двигалась женщина споро, но помогать ей не разрешила:
— Нет уж, - заявила она в ответ на мои вялые порывы, - отдыхай лучше. Итак досталось тебе.
Спорить я не стала - и от пряника с глазурью отказываться тоже.
Майлс уехал почти сразу после того, как сдал меня на попечение наяде. Даже на обед оставаться не стал. Переоделся в одну из своих белоснежных рубашек, поцеловал меня в нос и, не успела я поинтересоваться о причинах его отлучки, вывел Инферно со двора.
 
Через окно я смотрела, как, остановившись у низкого плетня, Майлс разговаривает в Лоеном. Русал важно кивал и в чем-то горячо уверял архимага. Судя по всему, результат диалога мужчину устроил - бросив короткий взгляд на окно (я, не удержавшись, сделала ручкой), он взлетел в седло и был таков. А я, приняв душ и сменив грязное платье на рубашку и штаны спустилась вниз, где и попала в теплые объятия Нейи.
— Пирожки с картошкой любишь? - посмотрела на меня наяда. От голубых глаз в стороны разбегались смешливые морщинки и я тоже не удержалась от улыбки:
— Очень.
Сейчас, наблюдая, как хозяйка замешивает тесто, я чувствовала себя в своей тарелке. За окном, точно воспрянув от недолгого сна вовсю пели птицы. Вкусно пахло мясной похлебкой, а пряник радовал огромным количеством начинки. И мне уж точно не хотелось поднимать наболевшую тему… но, видимо, придется.
— А что с Роймусом? - осторожно поинтересовалась я, оставляя на прянике очередной отпечаток зубов.
Судя по паре реплик, которыми Рейгран обменялся с наядой перед отъездом я сделала вывод, что наяда в курсе. И так оно и было.
— А что с ним? - передернула плечами Нейя, - в погребе заперли. Там и сидит.
От неожиданной информацией я поперхнулась и долго откашливалась.
— Нет, ну а куда его? - добила наяда, когда я вновь вернулась в этот грешный мир, - разве что окорока там развешаны… но я предупредила: тронешь - убью!
— И так на всех харчах готовых сидит, - раздалось от сеней и, обернувшись, я увидела Лоена, - почитай, лучше чем я устроился.
Я кивнула, вспоминая еще об одном пострадавшем на болотах. Но оборотень пошел на поправку в тот же день: рана затянулась в считанные минуты и, как сообщил Майлс, через два часа мой серый знакомый удрал обратно в кусты в самом добром здравии.
— Кстати, о харчах, - засуетилась наяда, уже наливая в большую глиняную миску наваристые щи, - пойду покормлю. А то помрет ещё - скажут, от голода.
— Как он себя чувствует? - тут же подалась вперед я, памятуя о недомогании мага при виде ожившего плода фантазии Рейграна.
— А что с ним станется? - усмехнулась Нейя и тут же поспешила меня успокоить, - Осмотрела я его, Райеночка, не волнуйся. Укрепляющего отвара дала. А в остальном пусть лекари в Валигуре уже разбираются. Но мой вердикт прост: здоров он, как собака сутулая.
Это короткое объяснение меня устроило. Проследив, как наяда дополняет щи увесистым ломтем хлеба и выходит в сени, я откинулась обратно на плетеную спинку кресла. Лоен присел на лавку и, утерев пот со лба, добродушно уставился на меня.
— Ему бы дубиной промеж рогов, а мама все возится, - поделился сокровенным он, - всех любит, даже вражин всяких. Что поделать - такой уж человек...
Я улыбнулась, вспоминая бесконечную доброту наяды.
— Даже меня приютила, - продолжил тем временем русал, - мои родители-то погибли, я совсем мелким был. А она усыновила, вырастила… вот, живем.
Откровение было… сильным. Открыв рот, я уставилась на лесничего во все глаза, но тот лишь развел руками:
— Ну да, так и было. И теперь вот внуков просит - а где я возьму ей этих внуков-то?
— Со временем все будет, - успокоила я русала, глядя, как открывается дверь сеней.
Эл топтался на пороге кухни, старательно не глядя на лесничего. Тот отвечал ему тем же, отвернувшись и любуясь на кладку печи. И эта сложившаяся ситуация меня очень не радовала.
 
— С чем пожаловал? - уточнила я, стараясь, чтобы мой голос звучал как можно приветливей.
— Поговорить бы, - отмер архимаг и спустя миг добавил, - не здесь. На улице.
— Я с вами! - тут же повернулся к нам Лоен, а я мысленно застонала: только этого еще не хватало!
— Ну уж нет, - покачала головой, - я сама с Элькаром поговорю.