Я. Хочу. Тебя. (СИ)
Ты будто тонешь в этих разноцветных вспышках. А они складываются в огромные цветы. В разнообразнейшие фигуры. Закрывают собой все небо над нашими головами!
Пока не складываются в мое лицо. С нереально огромными глазами.
« Люблю тебя, Ника!» - вспыхивает надпись.
И еще долго держится в небе, даже когда угасает последний огонек.
– Арман… Ты… Такой…
Чееерт!
Я превращаюсь в самую настоящую плаксу! Но он расстрогал меня до самого нутра! Я даже и не ожидала!
– Какой? Мммммм?
Его руки нагло тянутся к моей груди , и….
И тут я понимаю!
– О, Боже! Ты… ты голый!
Мамочки! Это ж сколько мы так стоим на балконе?
– И что тут такого? Я твой муж. Законный, между прочим! Я имею право быть со своей женщиной голым!
Вот же!
А я только подумала, что он где-то очень в глубине души романтик!
Вот в этом весь Арман! С ним постоянно, как на американских горках!
– У нас, на секундочку, медовый месяц, Никкккка! А в медовый месяц вообще святотатство одежду надевать! Ты мне лучше вот что скажи, – его глаза темнеют. Лицо снова превращается в камень.
– На хрена она тебе была нужна? Та твоя свобода? Если любишь? Мне вот свобода ни хрена не нужна! Я чувствовал, что почти подыхаю, когда тебя нет рядом! Если бы не вопрос с родным братом, хрен бы вообще куда-то поезал! Все время. Каждую секудну! Только о тебе и думал! А ты? С чем ты там разбираться у себя внутри так хотела? А?
– Я…
Черт!
Как же вдруг становится холодно!
Я сжимаюсь в его руках прямо в ледяной комок! В камушек!
Вот оно. Самое неприятное! Что он ответит?
Но и откладывать нельзя! Не хочу окунуться с головой в счастье, а потом разбиться об острые скалы реальности! Так что лучше все сказать сейчас!
– Я хотела дать тебе время. Чтобы ты все решил.
– А я что? Не решил? С херов тогда тебя в свой дом привел? Или ты думаешь, я сюда случайных девок вожу? Да ни одной из них не было здесь! Никогда!
– Ну…
Запинаюсь. Отвожу глаза. Такое так просто не скажешь!
– Никкккка!
– У вас же там традиции… И… Договорные браки! Я, получается, тебе не подхожу. По статусу. Тебе правильно надо жениться. А я…
– Чего? Это еще что за хрень?
Гремит. Кажется, раскаты грома пронзают воздух. Грозой пахнет однозначно.
– Это что? Я тебе похож на того, за кого решают, на ком ему жениться???
– Ну… Просто тебе это невыгодно, и… И я не хочу быть второй женой! У вас же такие порядки! Даже самой любимой! Все равно!
– Вот же дурочка!
Хохочет, а после вгрызается мне в губы.
– Ты одна, Никккккка. Ты единственная! Навсегда!
– И ты не передумаешь? И второй жены у тебя не будет?
– Не будет. Клянусь тебе, Никкка! Никогда не будет! Как я могу передумать? Или на другую залезть? Да мне одна мысль о таком противна! Ты же здесь. Под кожей. Ты так глубоко внутри! А там может быть только одна! И…
– И что?
Замираю.
– И то, Никкккка, что не понимаю. На хрена я повелся на эти твои задушевные разговоры. Рот тебе надо сразу поцелуем затыкать. Как только ты спросить что-то хочешь! Чтоб сразу все глупости из мозгов вышибить! Как ты могла? Такого накрутить? Напридумывать? И на хрена уходить было нужно? Спросить? Сразу? Не могла?
– Ну…
Развожу руками.
– Я сделала такие выводы, и…
– О, Боги! Женщины! Кто только вас вообще придумал?!!!
– Я твое наказание, не забыл?
Уже смеюсь. Расслабляюсь в крепких руках. И ночь снова становится такой теплой!
– А ты мое, похоже. Правда, не помню, чтобы я так где-то нагрешила.
– Чего? С чего бы это я вдруг тебе наказание?
– Арман! Тебе что? Никогда не говорили? У тебя же просто невыносимый характер!
– Так. Я понял. Я всегда знал. Женщин распускать нельзя! Значит так. Никккккка! Хочешь учиться, ладно. Работать так сильно хочешь, хрен с ним. Куплю тебе клинику. И работай. Лучших врачей туда найму. Но! Каждый год ты рожаешь по ребенку! Вот где женское дело! И когда не занимаешься любимым мужем, то занимаешься детьми! Чтоб времени у тебя не было! Всякие глупости придумывать! А то я точно с этим всем свихнусь на хрен!
– Детьми?
Черт!
Ну почему? Опять на глаза наворачиваются слезы.
– Ты хочешь детей? Правда?
– Охренеть. Конечно. Хочу. И много! На хрена мне иначе такой дом огромный, а?
– А что по-твоему значит заниматься мужем?
Лукаво прикусываю губу.
– А пойдем. Я тебе покажу.
Прижимает к себе еще крепче. Так, что я очень отчетливо чувствую. Как упирается в меня его неугомонный член!
– Ты что? Ты опять? Ты вообще когда-нибудь не хочешь?
– Тебя. Тебя я всегда хочу, Никккка! И, кстати. Теперь это твоя прямая обязанность! А если время останется, то да. Работай. В свободное время!
– Арман, Ты серьезно? Правда хочешь детей?
Он уже успевает швырнуть меня на кровать. Нависая своим вечно голодным телом.
– Ну конечно. Что за вопросы? Каждый мужчина хочет потомство!
– Просто… Понимаешь… Мне кажется… Что я … Уже…
– Что?
О, Боже! Как он на меня сейчас смотрит!
Один взгляд. А мне кажется, что меня подняли в самые небеса!
– Точно? Точно, малыш? Ты проверялась?
Обхватывает мой живот. Гладит. Так трепетно и бережно…
– Нет пока. Но у меня задержка. Может, от нервов…
– Не может! Я что? Я нервы делаю или семя в тебя пускаю! Ну конечно, ты беременна, раз задержка! Маленькая моя! Почему не сказала? Блядь! Я же тебя… Так… Я же мог там что-то повредить!
Целует мой живот. Так нежно. Как никогда еще не прикасался.
А у меня опять в глазах слезы. О, Боже! Он таки будет замечательным отцом! Самым лучшим на свете!
– Ну, ты же все время рычишь. Когда тебе сказать?
– Я рычу? Я? Малыш! Ты слышишь, какие глупости твоя мама говорит? Как будто я когда-нибудь рычал?
Он говорит с моим животом! И гладит! Так бережно гладит!
– Все. Завтра же едем в клинику! А сейчас спать. Тебе сон здоровый нужен.
– Но…
– Тсссс…. Спи. Не буди малыша. Может, он тоже там давно уснул! Спи моя маленькая. Я и так тебя сегодня замучил. Сорвался! Спи…
И я чувствую, что сам он не спит.
Всю ночь так и гладит мой живот.
И обнимает совсем не так, как раньше. Нежно. Бережно. Будто поломать боится.
И сама спать не могу. Ловлю каждую минуту этого счастья!
А я еще боялась сказать Арману про беременность!
Он самый лучший! Самый лучший в мире мужчина! И станет самым лучшим в мире отцом! И до сих пор так трудно поверить, что на свете бывают вот такие, как Арман!
– Люблю тебя, – шепчу, зарываясь лицом в его плечо.
– И я тебя, маленькая. Вас обоих. Больше жизни!
ЭПИЛОГ
Я замираю. Не дышу.
Слушаю, как бьется сердце нашего малыша.
Я привыкла уже к тому, что во мне растет новая жизнь.
Привыкла гладить живот и разговаривать с нашим малышкой.
Даже к тому, что мы станем родителями, хотя это осознать было так непросто! Это же такая отвественность! И все произошло так быстро!
Но вот это ни с чем не сравнимо!
Слышать, как бьется внутри его маленькое сердечко!
– Арман!
Поднимаю на него счастливые глаза.
Он напряжен на максимум.
И мне кажется, или в его черных глазах сверкает что-то вроде капельки?
Любимый еще крепче сжимает мою руку.
И улыбается так счастливо. Что и мое сердце начинает биться быстрее.
– Ой! Кажется, что-то не так! Почему вдруг так быстро? Такие странные удары?