Я. Хочу. Тебя. (СИ)
Смеюсь. Он продохнуть нам не дает. На равных возиться вместе со мной с детьми. Даже указывает мне, в каком отваре лучше их купать!
– Бизнес подождет, – хмыкает. – А я могу пропустить золотое время. Должен же я им потом сказать « я тебе памперсы менял». А врать нехорошо!
– Ох! Ну как это? Боже! Он же только что спал!
Только успеваю всплеснуть руками.
Но Арман уже оказывается рядом с малышом. Отбирает у него нож для резки бумаги.
Как они умудряются? Оба такие непоседы! Стоит отвернуться, как они каким-то чудом выползают из кроватки! И могут оказаться где угодно!
– Я тебе говорил. Называть сына Романом плохая примета. Видишь сама. Уже к оружию тянется. Хоть у него там по дороге и машинки и мишка были!
Да.
Мы назвали сыновей Романом и Дамиром. В честь Волка и Романа, которые спасли нас тогда. Мужчины стали для них вроде крестных, хоть в их традиции такого понятия и нет.
И так забавно наблюдать, как они приезжают, разбирая каждый « своего» малыша!
К оружию. Да. Как это удивительно, что сын Армана тянется к оружию! Вот кто бы мог догадаться?!!! Конечно. Это имя так на него повлияло!
– Это твой характер, а имя здесь ни при чем, – обнимаю его сзади.
– Смотри, Рома. Меня слушай. Это не игрушка. Оружие вообше не игрушка. Серьезная вещь. Ты же мужчина. Ты должен понимать, что просто так ножи хватать нельзя. Ими надо уметь правильно пользоваться. Держать вот так. Но только после того, как я тебе все покажу и разрешу. Понял меня?
Он усадил Ромку прямо на стол перед собой.
Хмурит брови и так серьезно его поучает!
И надо же! Малыш так же серьезно его слушает! А у меня уже бы вертелся! Но нет. Сидит смирно. Смотрит в глаза отцу своими зелеными глазищами. Единственное, что близнецам досталось от меня. В остальном же они точная копия Армана!
И… Даже кивает!
– Вот и хорошо. Правильный ты у меня парень. А сейчас спать давай. И чтобы больше. Без разрешения. Нигде не лазил!
– Он тебя не понимает, – трусь губами о спину мужа, пока тот укладывает Ромку обратно в кроватку.
– Все он понимает. Это же наши дети, Ника. Им просто с тобой выгодно прикидываться. Хитрецы! Хотя… Почему хитрецы! Настоящие мужики растут! Знают, что с женщиной надо по-особенному себя вести. Ну и… Немножко обмануть… Иногда. Для дела.
– И часто ты меня обманываешь? Немножко?
Хмурю брови.
– Я? Я никогда. Как тебя обмануть? Ты же ведьма! Моя ведьма! Моя!
– Арман!
Вот теперь уже отбиваюсь обеими руками.
Точно же Дамир с Романом сейчас будут!
– Мне мало. Я хочу еще близнецов. Девочек хочу! Таких маленьких ведьмочек с одуренными глазами!
– А кто говорил, что я одна тебя с ума сведу? А тут сразу две девочки!
– Сводите. Сводите меня на хрен с ума. Я готов. Готов каждый день с ума сходить от счастья! Никккка! Я буду самым счастливым сумасшедшим с мире! Девочки, – он уже дергает меня на себя. – А потом опять пацаны. А потом… Потом можно двоих разных. Посмотрим, какими они получатся… А потом…
– Арман! Ты думаешь, я каждый год должна рожать двойню?
– Этого конечно, очень мало, Никкка! Но четверых тебе будет сложно выносить!
– Ты не-воз-мож-ный!
– Почему? Знаешь. Я никогда вообще не думал о детях. Но это просто охренеть, как сносит башню. Это же мы. Это наша с тобой любовь. Она оживает. Становится отдельным человеком. А в нем сплетаемся мы оба. И еще чуточка от него самого, такого особого. А я хочу. Хочу, чтоб нашей любви было как можно больше. Чтобы их, этих частичек слившихся нас был полон дом. Хочу смотреть, как они растут. Такие разные. Но в каждом из нас – мы. Мы с тобой, Никккка!
– Ох, Арман!
Обхватываю его плечи руками. Утыкаюсь прямо в огромную шею.
Беременность давно прошла, а я опять плачу. От каждый раз способен расстрогать меня и заставить реветь от счастья.
И я знаю. Наше счастье. Наша жизнь. Наша любовь. Все это будет длиться вечно.
И ее будет становиться все больше и больше. Всегда.
– Я согласна. Пусть теперь будут девочки, – шепчу в его горячую кожу.
– Пусть наша любовь заполнит собой весь дом. И всю нашу жизнь.