Адамас. Чёрное сердце (СИ)

Наконец отмерев, я развернулась и направилась в свою комнату. И последовав совету Адамаса, сразу же легла спать. Причём пописать мне пришлось всё же в ночной горшок…
*****
Как же меня выводила из себя эта острячка… Хоть раз бы она промолчала и не вставила свои две копейки! Раздраженный словами этой девки, я завалился на койку в другом доме, продолжая думать о ней.
Сегодняшняя ситуация в посёлке конечно меня позабавила, но и заставила понервничать. Я заметил ее сразу, когда она прогуливалась у палаток торговцев. Высокая, статная, аккуратная девушка с глазами цвета неба, любопытно рассматривала всё вокруг себя. Я хотел сразу же подойти к ней, чтобы увести назад в дом, зная, что находиться среди мужчин этого посёлка одной, ей небезопасно. Так как женщин в Теаморе не хватало.
Последняя и самая жестокая война с нечестью была долгой и тяжелой. Но самый большой урон населению нанесла болезнь, которую сотворили некроманты, черпая силу у тьмы. Она настигала только женщин, когда в течение пары дней они умирали в муках, из-за того что их детородные органы расплавлялись. Это было сделано для того, чтобы прервать род Теморов. Ведь если нет женщин, то нет и детей, которых воспитают защитниками миров. Конечно наши целители создали лекарство, но было уже поздно. Множество женщин умерло. Пусть уже прошло почти 200 лет и уцелевшие женщины родили новых и новых девочек. В далеких землях как эта, женщин не хватало. Поэтому на Теаморе существовало правило, гласившее почитать и оберегать женщин. Но если у неё нет семьи, то взять её может любой. Дабы кровь мешалась, а новые дети рождались. Исключением были мы, войны, элита — Теморы, которые выросли на крови демонов, которую смешивали с молоком. Дабы придать нам силы, пусть и тёмной, но для того что бы мы могли устоять перед мраком и защитить миры. Так было из поколения в поколение, многие века. И наша привилегия заключалась в том, что мы могли пожелать любую, так как ребёнок родившийся от Темора, будет очень селён уже при рождение.
В моём роду, каждого первенца мальчика, отдавали в замок, где он будучи уже рожденным от война крови, испивал ещё измененного молока, приобретая огромную силу. Таким был я. И такими были три моих верных друга, родители которых, из поколения в поколение, также отдавали своих детей в замок, для того что бы они возглавляли войнов. И их предводителем был я, как когда-то мой отец, и отец моего отца.
Женщины же мечтали оказаться в наших постелях, чтобы почувствовать мощь и страсть мужчин, живущих только войной. Но находились и те, кто не желал этого, понимая, что есть возможность попрощаться со своим ребенком, если она понесёт и родится мальчик. Хоть это и было честью, но не каждая мать готова спокойно пойти на такую жертву. Войнами становились не многие мужчины, но всё же большая часть. Ибо смысл нашего существования, это сдерживание зла. В свои 28 лет, я ещё не имел детей, так как не кто из девушек, побывавших в моей постели, не вызвала у меня желание обзавестись ими. Время у меня еще есть! Ребёнок будет в любом случае, вопрос лишь в том от желанной ли женщины или просто из-за долга.
… Поэтому я и позволил тем двум жалким подобиям мужчины, преследовать Амалию, прекрасно понимая, что за мысли в их голове. Я должен был проучить её, дать понять, что она сейчас не в своём мире, где совсем другие законы. Здесь правит и выживает сильнейший, спокойно беря то, что хочет. А женщина, самое бесценное и в тоже время самое беззащитное существо на этой земле. Особенно она…
И я наблюдал из-за дома, как они приближаются всё ближе и ближе к ней, желая добраться до такой желанной плоти девушки. Она старалась держаться молодцом и я ждал того момент, когда она скажет, кому принадлежит. Потому что никак иначе, ей не удастся избавиться от этих мужчин. И я видел, как забегали её глаза, когда она поняла, что нужно сказать. Не желая поддаваться мне даже сейчас, она мялась, но все же произнесла эти слова…
— И кто-же нас найдёт, а?
— Адамас, войн — Темор.
Я довольно улыбнулся краем губ, понимая, что мой урок усвоен. Но тут же напрягся, увидев, как до двух движимых похотью мужчин, её слова не дошли в нужном контексте. Когда один из них, потянул к ней свою грязную руку… Конечно же я бы не дал её в обиду при любом раскладе. Но сейчас я был зол и возмущён тем, что до этих болванов ничего не дошло… Ну пришлось объяснить по-другому!
 
Последующий наш разговор вышел тоже не особо красочным, хотя один момент был приятен… Когда мой палец коснулся её нежных, мягких губ, я услышал и почувствовал, как её сердце забилось иначе. Трепыхнулось… а глаза на секунду стали томными.
Девочка ещё сама не понимает, что она хочет моих прикосновений, хочет меня. Краснея и пыхтя на мои жесты и колкие слова, но замирая на секунду когда я рядом.
Меня это привлекало в ней… такая хрупкая, но в тоже время сильная духом. Стойко переносит все трудности, с которыми она столкнулась. И меня ставило в тупик непонимание самого себя, впервые в жизни. Когда я желал взять её силой, подминая под себя и указывая ей на своё место. И в тоже время, желая видеть её улыбку и согласие на всё то, что кружится в моей голове, при мысли о ней.
Я перевернулся на живот, желая избавиться от мыслей о девчонке. Я становлюсь не сконцентрирован, в голову лезут различные мысли, связанные с ней. Это делает меня слабым! А я не могу себе этого позволить. Надо бы поскорее трахнуть её, да успокоиться! Я давно не был с женщиной, местных трогать совершенно не хотелось. Прикидываться скромненькими девушками с опущенными глазками в пол они конечно могли, но то, как они раздвигают ноги не перед одним мужчиной, в этом поселение я наслышан. А трахать кого-то после этого сброда недомужчин, на окраине земель, мне не хотелось.
Я всё-таки смог очистить свой разум и заснуть. Завтра начинается длинная дорога до столицы. А исходя из последних событий, она обещает быть непростой.
… Утро добрым не бывает! Особенно когда в твою комнату врываются в попыхах две девушки. И это были Тамина и Ксения. Они не зашли и даже не постучали перед тем как войти, они ворвались…
— Амалия, вы еще спите? Ну разве можно? За вами уже послали, ждут внизу через несколько минут. — тараторила Тамина, пока Ксения резко раздвинула шторы и лучи утрешнего солнца, ударили мне прямо в глаза.
— Куда? Зачем? — жмурясь и не понимая спросонья о чём речь, спросила я начиная потягиваться.
— Как же вы не помните? В Теамору с войнами ведь едите. — уставившись на меня шокированным взглядом, проговорила девушка.
И услышав её слова, я тут же подскочила как ужаленная, понимая, что чуть не проспала поездку. В другой ситуации я бы послала всё нафиг и осталась бы здесь, желая показать смачный «фак» обстоятельствам. Но сейчас всё было против меня, и если я хочу жить, то мне нужно двигаться с войнами… с Адамасом. Возможно в их ней столице найдутся те, кто отправит меня домой, они ведь говорили про каких-то стражей разломов. Я должна разузнать и попробовать уговорить мне помочь.
— Поторопитесь, Адамас не любит ждать. — сказала Ксения.
Всё то ты про него знаешь, подумала я фыркнув.
— Не моя вина что я проспала. У вас нет будильников, как я должна была проснуться в нужное время? А никто не соизволил разбудить пораньше, раз уж такая важность. — Металась я по комнате, быстро умываясь и выбирая одежду, в которой мне поехать. Потому что по просьбе Аларика, мне предоставили целый дорожный сундук. Который я обнаружила вчера, когда вернулась.
На моё возмущение девушки ничего не ответили. Лишь подпрыгнув, когда с низу раздался голос какого-то мужчина, который прокричал, что я должна немедленно спускаться.
 
Я выбрала из сундука тёмные кожаные штаны, которые отлично сели на меня. И белую, ну точнее сероватую блузку, свободного покроя. Которую надела через голову и заправила в штаны. Захватив какую-то накидку и чёрные полусапожки на сплошной подошве. Волосы завязала в высокий хвост. Мне было привычно и комфортно в такой одежде. Единственное смущало то, что бюстгальтеров здесь не носили. И дабы не трясти своей грудью верхом на лошади, я утянула ее обвязав материей.