Зависимый (СИ)

Около получаса мы пытаемся разобраться в поломке. Фейт активно предлагает свою помощь, но я не разрешаю, боясь, что она испачкается. А вот её это видимо нисколько не волнует. Наконец двигатель старенькой камаро заводится и это звук напоминает урчание довольной кошки. Наша троица издаёт победный клич. Фейт запрыгивает на меня и всё же пачкает свой белый свитер. Но она так рада, что не замечает этого.
— Спасибо вам, — Мэйсон пожимает мне руку и целует Фейт в щёку. А когда Фейт удаляется в дамскую комнату, он провожает девушку взглядом и с серьёзным выражением лица смотрит на меня. — Если ты не заинтересован в ней, то я охотно ей займусь.
Моя рука взлетает быстрее, чем до меня доходит смысл его слов. Я отвешиваю ему подзатыльник, на что он начинает громко хохотать.
— Вот так-то лучше. Теперь я вижу, что она тебе очень нравится. Так что не испорти всё. Такие девушки как она большая редкость.
— И давно ты стал экспертом по девушкам?
— Всегда, — отвечает он с довольной усмешкой на губах.
Возвращается Фейт, и объявляют о начатии гонки. Все тут же устремляются к своим машинам и начинают медленно выкатываться к стартовой черте.
— Я хочу поехать с тобой, — говорит Фейт.
— Это не по правилам, — отвечаю я, на что она хмурится.
— Так значит ты и правда пай-мальчик? Никогда не нарушаешь правил? — она хитро ухмыляется, подходит ко мне вплотную и обнимает меня, сцепив руки за моей спиной. В её глазах горит дьявольский огонь. И я не могу ей отказать. Поэтому тяну её к своей машине, стараясь не обращать внимания на её довольную улыбку.
— Пристегнись и приготовься. На такой скорости ты ещё не ездила, — говорю я, выезжая на арену. Трибуны взрываются громкими криками и аплодисментами. Из динамиков доносится голос ведущего. Он объявляет участников,  каждое имя сопровождается визгами девушек.
— Я всегда знала, что ты любимец девушек, но не думала, что настолько, — говорит Фейт, когда называют моё имя и визг становится невыносимым.
— Они влюблены в мой образ, а не в меня, — отвечаю я, а в следующий момент начинается обратный отсчёт, — готова?
— Если бы я была не готова, меня бы здесь не было, — отвечает она с дерзкой усмешкой. И всё же когда я вжимаю педаль газа в пол, она не удерживается от крика. Автомобиль срывается с места, словно красная ракета. На большой скорости мой автомобиль превращается в размытое красное пятно. Я легко маневрирую, объезжая другие машины. Резко выворачиваю руль на поворотах, слегка задевая задними колёсами зелёный газон. Мотор приятно рычит, и вибрация проходит по салону. Фейт громко кричит, когда автомобиль заносит, и это лишь больше подгоняет меня. Я смеюсь, глядя на реакцию Фейт. Она широко смотрит на дорогу, которая проносится мимо. Я никогда не ездил на гонках с пассажирами. Всегда были только я и дорога. Но теперь, проехав с Фейт, я не думаю, что смогу снова сесть без неё.
Мы выезжаем на финиш третьими. Я бью по тормозам, и машина с визгом останавливается, оставив за собой облако пыли. Фейт прерывисто дышит, словно она не в машине ехала, а бежала за ней всю дорогу. А потом она начинает хохотать.
— Ты в порядке? — спрашиваю я.
— В порядке? — она поворачивается ко мне, вытирая глаза от слёз. — Конечно, я в порядке. Даже больше. Это было так круто. Теперь я понимаю, почему все так носятся вокруг этих гонок.
Она вдруг двигается ко мне и садится на меня сверху. Её горящие глаза встречаются с моими. Я чувствую адреналин, который бурлит в ней. Знаю, каково это, когда энергия бурлит в венах. Притягиваю её лицо и вонзаюсь жадным поцелуем в её губы. Она тихо урчит, словно какой-то хищный зверёк.
Нас прерывает стук по стеклу. Рядом с Фейт я быстро забываю о существовании внешнего мира. Когда мы с ней вдвоём, для меня больше ничего не существует. Вот и сейчас я напрочь забыл, что мы находимся на переполненном стадионе. Поэтому я беру Фейт за руку, и мы выходим из машины. Нас тут же окутывает множество голосов, свист, звонкий смех и забористые ругательства. А потом нас подхватывает поток людей, и мы уже не можем сопротивляться ему.
 
После гонки все участники остаются на вечеринку. Пиво льётся рекой, как и сальные шуточки парней. Кроме Фейт тут ещё парочка девушек. Фейт с ними не общается, она сидит на моих коленях и хохочет над очередным рассказом Мэйсона. Я чувствую себя счастливым человеком. Это настоящее чувство. Впервые за много месяцев мою грудь не сдавливают путы беспокойства. Боль, которую я ощущал и к которой привык, отступила, оставив на своём месте безграничную радость.
Я держу Фейт за руку, не отрывая от неё взгляда. Она широко улыбается. Её серые глаза искрятся весельем. Буйные кудри то и дело падают на лицо в очередном приступе смеха, и она откидывает их назад.
— Ты чего такой загадочный? — спрашивает она, заметив мой взгляд.
— Просто задумался, — говорю я, пропуская упругую кудряшку сквозь пальцы.
— О чём?
— Боюсь, что если я тебе скажу, ты сбежишь.
— От этого мне лишь ещё больше хочется узнать твои мысли, — она улыбается.
— Я думаю, что начинаю влюбляться в тебя, Фейт, — говорю я, и вижу, как смысл сказанного постепенно доходит до неё. Улыбка сползает с её лица. Она встаёт с моих колен и медленно идёт к выходу. Но постепенно она ускоряет шаг и начинает бежать. Я встаю и бегу за ней. Парни озадачено смотрят нам в след.
— Фейт! — кричу я, выбегая в ночную мглу. Вокруг тишина, но прислушавшись, я улавливаю звук её удаляющихся шагов. Бегу туда и вскоре нахожу её возле своей машины. Она сидит на земле, привалившись к переднему колесу. Тихо подхожу к ней, боясь спугнуть, и медленно сажусь рядом. Она молчит, лишь наше шумное дыхание нарушает покой.
— Прости, я не должен был этого говорить, — говорю я тихо. Она молчит, и тогда я продолжаю, — Просто однажды я уже опоздал с признанием, и упустил свой шанс. Но я не подумал, что ты не готова это услышать.
— Я…
Она поворачивается ко мне, и я вижу слёзы в её глазах. Она отворачивается и снова начинает теребить замок куртки. Я стал замечать, что когда она нервничает, ей обязательно нужно что-то крутить в руках.
— Тебе не нужно ничего говорить. Но ты спросила, о чём я думаю, и я тебе ответил. Я не жду ничего взамен. Мне будет достаточно того, что после моих слов ты не исчезнешь из моей жизни. Ты нужна мне, Фейт.
— Я сама виновата. Если бы не я, нас бы тут не было. Но я думала, что это будет весело. Просто и без заморочек. Но постепенно я стала втягиваться. С тобой же нельзя иначе. В тебя либо ныряешь с головой, либо никак. Середины не существует. Но я узнала это слишком поздно.
— Я никогда не хотел причинить тебе боль, Фейт, — тянусь к её руке и осторожно сжимаю её пальцы. Она смотрит на меня с лёгкой улыбкой на губах.
— Ты этого и не сделал, — отвечает она тихо.
— Но кто-то тебя обидел, в прошлом.
— Да, — просто отвечает она, снова отворачиваясь и глядя куда-то вдаль. — Его звали Алан Ньюман. Десять лет назад он уничтожил меня физически и морально. Разделил мою жизнь на "до" и "после".
Глава 12 
— Это была моя первая любовь. Казалось, что он единственный парень во всём мире. Я готова была на всё ради него. Мы вместе учились в балетной школе. Танцевали в дуэте. Тогда у меня было две страсти: Алан Ньюман и балет. А после не осталось ничего, — Фейт замолкает, шумно сглатывает комок в горле и продолжает смотреть куда угодно, только не на меня.
— Что случилось потом? — спрашиваю я тихо, но Фейт не спешит с ответом.
 
— Мы пошли на вечеринку к его друзьям. Я тогда не очень любила ходить по таким местам. Но Алан меня упросил, и мы пошли. Ну ты понимаешь, что там была за вечеринка? Когда тебе шестнадцать, а родители оставили дом в твоём распоряжении, это никогда не заканчивается тихими посиделками. Поэтому, как только мы туда приехали, все стали пить и много. Алкоголь лился рекой, и всё это немного напоминало какой-то сумасшедший дом. Музыка отдавалась вибрацией где-то во внутренностях. В доме пахло потом, алкоголем и чем-то кислым. Помню, как какую-то девушку стошнило прямо на мягкий белый диванчик. Пол местами был залит пивом, отчего обувь постоянно прилипала к нему. Мне там совсем не понравилось, поэтому я нашла Адама и попросила его отвезти меня домой. Он пытался меня отговорить, но у него не вышло. Я не знала, сколько он выпил, но выглядел он нормально. Так что я без страха села в машину. Я потом долго себя винила в своей беспечности. Хотя я тогда многих винила.