Прощание славянки (СИ)
— Нет, я не могу ждать — меня сейчас разорвет. Вот послушай, что пишет ваша литературная grand dame: — и Катя начала декламировать: — «Мелани, дорогая! — воскликнул он, протягивая к ней руки. — Как хорошо, что мы полюбили друг друга именно сейчас, поднявшись на новую ступень эволюции. Только теперь мы, наконец, научились ценить женщину за красоту ее внутреннего мира. Если бы мы встретились двадцать лет назад, в пору нашей юности, я мог бы ошибочно мерить твою привлекательность правильностью черт, стройностью фигуры, блеском и густотой твоих волос…» Сильно, правда? Но дальше еще хлеще, вот… — и Катя сунула Лиде книжку, ткнув пальцем в заветное место.
— «Но как бы мы ни ценили духовное общение, — начала читать Лида, — мы все же живые существа из плоти и крови. Так не будем же пренебрегать этим! Я давно мечтаю познать с тобой все чувственные тайны…» Что за дерьмо?
— Это я должна у тебя спросить — ты же это купила.
— Мне сказали, это дамский роман, в смысле — любовный. Времени не было вникать.
Лида брезгливо повертела в руках книжку в мягкой обложке, задержав взгляд на романтическом названии «Любовь под северной звездой».
— А скажи, — улыбка Катерины стала еще ехиднее, — ты когда-нибудь с этими… Ну, того?
— А? — машинально переспросила Лида, побледнела и метнулась в ванную. Некоторое время оттуда доносились пренеприятнейшие звуки. Но даже когда она вернулась в комнату, Катя не унималась:
— Тут написано, что красоту женщины нельзя мерить блеском и густотой волос. Ты поэтому бреешь голову? Хочешь, чтобы и тебя ценили исключительно за красоту внутреннего мира, или это у вас мода такая?
Язвительные вопросы Катерины заставили Лиду задуматься. Действительно… О своих соседях и сослуживцах она знала очень мало, и общение с существами было для нее тягостно. Единственным исключением был Бен, впрочем, о нем ей тоже почти ничего не было известно. Лишившись лиц, существа утратили значительную часть своей индивидуальности, и будь у них хоть богатейший внутренний мир, Лидия видела в них лишь неуклюжие коконы.
— Если ты заметила, здесь вообще не в моде носить голову, — огрызнулась она. — Долго рассказывать… Как-нибудь потом. Кстати, советую тебе сделать то же самое. Существа для нас все на одно лицо, так? Может, и мы для них тоже? Но твою крашеную шевелюру только слепой не приметит. И еще: носи только мою одежду, так безопаснее.
Катя еле заметно улыбнулась — на какие только чудеса не способен русский язык! Но, в целом, ход мыслей Лидии был верен.
— Ну, ладно, комплекция у нас вроде похожая. Ты рассчитываешь, что, если какие-нибудь непредвиденные обстоятельства заставят меня покинуть квартирку, и я попадусь им на глаза, существа примут меня за тебя?
— Точно не знаю, но подстраховаться никогда не вредно. Если мои предположения верны, мы не спалимся, пока они не увидят нас обеих одновременно. Что до этого… Завтра же верну эту макулатуру в магазин.
— Нет, — твердо возразила Катерина, разглаживая помятую обложку. — Если мне суждено выбраться на свет Божий и вернуться домой, этот сувенир я заберу с собой на память.
Ну что сказать, от заточения в четырех стенах характер Катерины, и без того не ангельский, безнадежно испортился. А у кого бы не испортился?! Лидия рассудила, что самое лучшее решение — пораньше лечь спать, сославшись на неизбежность завтрашнего раннего подъема.
*****
Лида лежала на кровати лицом к стене и тщетно пыталась заснуть. Ее душило раздражение и осознание собственной никчемности и униженности, и вместо того, чтобы попытаться успокоиться, расслабиться и погрузиться в сон, она распалялась все больше и больше. Сейчас было даже странно вспоминать ту наивную радость, которую она ощутила при появлении в ее жизни Екатерины Жуковой. Она рассчитывала, что теперь у нее будет подруга… Как бы не так! Разве что подруга по несчастью… Это было ужасно нечестно.
К удивлению и досаде Лидии, Катерина, разоткровенничавшись с ней всего лишь раз, больше не горела желанием делиться подробностями жизни на Юге и частенько отделывалась фразами типа: «Что раньше было, то давно уж отжило» или: «Там, по любому, лучше, чем здесь». Рассказывать о своей семье Катерина отказалась категорически. Иногда она откровенно подтрунивала над Лидией: «Поехали со мной — лучше один раз увидеть, чем сто раз услышать!»
— У тебя остались родственники среди людей? — спросила как-то Катерина.
— Где-то были… На Юге. Но я не знаю ни точных адресов, ни полных имен-отчеств.
— Да, не густо.
— Мне их не найти, — констатировала Лидия.
Что и говорить, теперь Лида не знала покоя. До этого лета все в ее жизни было ясно и определенно: работа, карьера, переезды из одной казенной квартиры в другую, и так много-много лет. Потом однажды все кончится и ее поглотит темнота. Не слишком радужная перспектива, но, по крайней мере, не предполагающая муки выбора.
Теперь все стало иначе. Осознание того, что всего-то в тысяче километров отсюда бурлят жизнью города людей, неизбежно порождало вопросы:
«Может быть, как-нибудь можно?..»
«А вдруг получится?..»
«Если бы я как-то смогла добраться?..»
Для Катерины Жуковой вопрос так не стоял. Она была намерена вернуться домой, и точка!
*****
Когда Лида разработала и попыталась обсудить с Катей план побега из Метрополии, то волей-неволей вынуждена была признать, что в ее плане многовато белых пятен. Она предлагала дождаться прихода в порт Города очередного грузового судна и попытаться на него проникнуть. Тут возникала первая загвоздка: что за судно, под каким флагом ходит, куда направится после разгрузки… Лида просмотрела все бумаги, до которых удалось добраться — все тщетно. Информация о грузах на месте, а информация о судах кем-то тщательно подчищена.
Да и что значит — пробраться? Для начала нужно будет попасть в порт, но кто из водителей согласится взять нелегальных пассажиров? Ясно, что попасть туда сподручнее всего в процессе отправки пустых контейнеров, но что будет, если не получится вовремя из контейнера выбраться, так, чтобы и не рано, и не слишком поздно?
Ситуация напоминала компьютерную стратегию, в которую Лида играла в детстве: там еще белые пятна, а здесь уже кипит сражение… Но она надеялась, что в процессе реализации плана белых пятен будет становиться все меньше.
А вот Екатерина Жукова не знала ни сомнений, ни колебаний. По ее мнению выходило, что нужно просто идти на юг восточным берегом реки, и они непременно выйдут к «своим». По правде говоря, в ее плане белых пятен было явно не меньше, но Катерина просто отказывалась их признавать. Усвоенное с детства: «Хочу! Надо! Дай!» заменяло ей тактику и стратегию вместе взятые.
Вместе с тем, вопрос стоял не столько как действовать, сколько — когда действовать. И вот тут-то Лида надеялась Катерину перехитрить, ибо считала план пешего похода на юг чистым самоубийством. Дело в том, что в такое путешествие нужно было бы отправиться не позднее конца августа, ведь в сентябре в этих краях уже ложится снег. Они пойдут на юг, а зима будет следовать за ними, и нет никакого сомнения, что надолго им от нее не оторваться.
Таким образом, оставалось протянуть еще немножко, еще чуточку, и можно будет поставить Катерину перед фактом, что время упущено, и новый выбор состоит в том, пробираться ли поздней осенью на грузовой корабль или отложить отъезд на целый год. Посмотрим, посмотрим, что она тогда выберет.
*****
Вот такая сложилась ситуация: и гостью незваную никуда не денешь, и сама никуда не денешься.
— Эй, Лида… — прошелестел тихий шепот Катерины. — Ты ведь не спишь, да? Я слышу это по твоему дыханию.
Квартирка Лидии была такой маленькой, что к ней вполне бы подошло название «каморка», из мебели был лишь необходимый минимум: ни дивана, ни тахты в квартирке не было. Сегодня была очередь Катерины спать на полу.
— Ну? — недовольно откликнулась Лидия, предчувствуя, что от ночного разговора не отвертеться.
— Это неразумно, — уже не в первый раз ворчала Катя. — Тебе все равно вставать в половине четвертого, а я могла бы проспать на кровати до самого утра.