Разочарованные (СИ)

– Даже профессор Дамблдор этого не знает, – пожимает парень плечами. – Помнишь дневник Тома Реддла? – Гермиона кивает. – Вот это был крестраж.
– Тогда мы его уничтожили, – улыбается девушка.
– Но Волан-де-Морт воскрес! А это значит, что у него есть еще крестражи, понимаешь?
– Сколько? – глаза Гермионы широко распахнуты.
– Неизвестно, – понуро отвечает Гарри.
– Ох, Гарри, – Гермиона крепко обнимает друга.
– Дамблдор уничтожил еще один, кольцо какого-то Мракса.
– А это кто?
– Вроде бы как родственник Волан-де-Морта.
– С ума сойти, – Гермиона качает головой от обилия информации, которая свалилась на нее. – И вы с Дамблдором ищете остальные?
– Мы смотрим различные воспоминания о нем и пытаемся понять, сколько их еще может быть и где он мог бы их спрятать.
– Невероятно!
– А знаешь, что самое невероятное? – Гарри грустно смотрит в омут ее карих глаз. – Я тоже крестраж.
– Что? – Гермиона аж подпрыгнула от неожиданности. – Да быть не может! – она успокаивает больше себя, чем его. – Мы ведь были Отделе тайн, и ты сам слышал пророчество. Ты его убьешь, и все вздохнут спокойно.
– Именно, Гермиона. «Ни один из них не сможет жить спокойно, пока жив другой». Он должен убить меня, – вымученно улыбнулся Гарри.
– Нет, – качает головой девушка, отказываясь это принимать.
– Да.
– Он что, все это время растил тебя на убой? – гневно кричит Гермиона. Дамблдор так тебя оберегал, воспитывал, сейчас даже отдельно занимается с тобой! И это все, чтобы ты умер в итоге? – по щекам текут слезы. – Малфой прав, наш директор – интриган и старый дурак.
– Помнишь наш первый курс? – Гарри бережно берет лицо девушки в свои руки и стирает большими пальцами слезы с ее щек. – А помнишь великую партию в шахматы? – девушка кивает. – Тут тоже самое, чтобы победить, нужно пожертвовать пешкой.
– Но ты не пешка! – она кладет свои руки поверх его.
– Рон слишком глуп, а Джинни чересчур импульсивна. Поэтому, Гермиона, это будешь ты, – он внимательно смотрит на нее.
– Что я?
– Ты его убьешь.
– Я не могу! Я не умею! Я не знаю, как… – у нее начинается истерика. Осознание того, что Гарри не шутит накрыло ее с головой.
– Тише, – он прижимает ее к груди. – Ты самая сильная, ты самая умная из всех нас. Мы обязательно что-то придумаем. Гермиона, мы обязаны справиться.
– Конечно, – улыбается девушка сквозь слезы. – Нас ведь теперь двое.
– Не плачь, я так глупо себя чувствую и совершенно не понимаю, что мне нужно делать в таких ситуациях, – он еще крепче прижимает ее, слыша, как ее сердце отстукивает бешеный ритм.
– Мы ведь дети, Гарри. Почему именно мы?
– Ты бы хотела это пожелать кому-то другому? – Гермиона шепчет тихое “Нет”. – Ты умная, а я избранный, – глупо шутит он. – Мы справимся.
– Как ты живешь с этим?
– Кроме вас, мне некого терять, а вы всегда у меня на виду, – улыбается друг.
– Ты поэтому отдалился от Джинни?
– Да, – немного поразмыслив, ответил Гарри. – За ней начнется охота, как на меня, если узнают, что я ее люблю. Я хочу уберечь ее, и единственный выход – делать ей больно, чтобы она отступилась от меня.
– Только не наша Джинни! – смеется Гермиона. – Она, как танк, Гарри. Она не передумает, – но Поттер лишь пожал плечами.
Друзья сами не заметили, что проговорили до глубокой ночи. Уже было начало четвертого, когда они опомнились.
– Ты без мантии? Давай я тебя тогда провожу, я ведь староста, – предлагает Гермиона.
– Я не маленький, Гермиона, я не заблужусь, – улыбается Гарри.
Гермиона смотрит на друга уже совершенно другими глазами. Она смотрит на мальчишку, а видит взрослого мужчину с огромным грузом на плечах, который медленно, но верно, тянет его на дно.
– Гарри, – зовет она друга. – Оставайся здесь. Еще Рону придется объяснять, где ты был и что делал.
– Не думаю, что это уместно.
– А ты и не думай, просто оставайся. Если хочешь, я трансформирую что-то в еще одну кровать у себя в комнате или ты можешь спать тут, – указывает она на диван.
Пять минут уговоров, и Гарри согласился. Он уснул прежде, чем Гермиона принесла ему подушку – парень просто лег, подложив руки под голову. Гермиона заботливо положила его голову на подушку и накрыла пледом. Девушка присела рядом, размышляя о том, как сильно они изменились. В этой же позе она и уснула, сидя в ногах у Гарри.
 
Утром портрет приоткрылся, пропуская Драко Малфоя внутрь. Парень зашел и осмотрелся по сторонам – все теперь казалось чужим. Взгляд наткнулся на фигуру, что спала на диване.
– Что, Нотт выгнал тебя на диван, грязнокровка? – спросил он, от чего девушка вздрогнула.
– Что ты тут делаешь? – сонно спрашивает она.
– Живу.
– Ты вернулся?
– Не то чтобы я сам в восторге, но как видишь, – пожимает плечами Драко.
– Малфой, – зовет она его. Он выглядел таким потерянным, что Гермиону разрывало желание его хоть как-то поддержать, сказать, что он не один. – Я тебе соболезную, – тихо сказала она, опуская глаза.
– Я тронут, – кривит он губы.
– Но я же искренне… – с жаром говорит девушка.
– Грейнджер, просто завали свой рот и не …
– Да пошел ты, Малфой, – не выдерживает Гермиона и встает. Она хочет подняться к себе, но Малфой преградил ей дорогу. – Пропусти, – требует девушка.
– А то что, а? – нахально улыбается он.
– А то я тебе руки переломаю, хорек! – кричит Гарри, стоя наверху лестницы.
– О! – он удивляется, увидев Гарри. – Неожиданно, Грейнджер. А Нотт в курсе?
– Заткнись, – шипит девушка.
Портрет снова скрипит, пропуская Забини и Нотта.
– Малфой! – в один голос восклицают слизеринцы.
– А ты не так плоха, как я думал, – тихо говорит он, чтобы его слышала только гриффиндорка. Смысл его слов дошел сразу, и рука уже поднялась, чтобы залипить ему пощечину, но парень уже поднимался наверх.
– Вы посмотрите, какой индюк! – снова возмущался Рон за завтраком.
– Ты о чем? – не понял Гарри.
– Малфой, – пояснил Рон. – Бесит.
– Тогда не индюк, а павлин, – поправляет Гермиона. Увидев непонятный взгляд мальчишек, она пояснила, – ну его отец разводит павлинов, так что не индюк, а павлин. Разводил, – поправила она себя.
– Какая разница, все равно куриная задница, – отмахнулся Рон. – Вы просто посмотрите, какой он выпендрежник, – рыжий никак не мог успокоиться. – А вы замечали, что мы все, как идиоты, ходим в школьной форме, когда этот павлин ходит в костюмах? Всегда, между прочим.
– Но ведь ему так идет, – решила побесить братца Джинни. – Он теперь полностью в черном, такой сексуальный.
– Я же ем, Джинн, – Рон даже заткнул уши.
– Он теперь самый богатый человек в Британии. Я слышала, что он завидный жених, и многие мамаши уже пишут ему письма, предлагая своих дочерей. Говорят, даже опытные вдовушки хотят попытать шанс.
– Джинни! – взревел Рон.
– Да я поняла, просто он чертовски красив, признай, и закроем тему, – предлагает Джинни компромисс. – Иначе я тебе перескажу влажные фантазии девушек.
– Кажется, я забыл кое-что в спальне. Встретимся на уроке, – бросил Гарри и поспешил убраться из-за стола, предварительно бросив вопросительный взгляд на Гермиону.
– Что это с ним? – удивилась Джинни.
– Не знаю, – отмахнулся Рон.
– Ты живешь с ним в одной комнате и не знаешь? – поинтересовалась Джинни.
– Лучше спроси ту, с которой он спит по ночам, – зло бросил Рон, кивнув на Гермиону. – Я тоже забыл кое-что в спальне, – и Рон ушел.
– Скажи мне, – просит Джинни, – что Рон сейчас мне соврал, и Гарри не провел с тобой ночь.
– Это не совсем так, Джинн, – мягко говорит Гермиона.
– То есть Гарри не был у тебя?
 
– Был, но…
– А я думала, что мы друзья, Грейнджер, – Джинни впервые назвала ее по фамилии, и это так сильно задело. – Наверное, это потому, что у тебя мало подруг, и ты не знаешь, что нельзя спать с мальчиками, которые им нравятся.