Лучший из худших-2 (СИ)

Основной специализацией этого воина с экзотической восточной внешностью были разведвылазки и сопровождение экспедиций учёных, так что постепенно я понял, к чему меня готовят и, в общем-то, в какой-то степени был рад. Опасно, конечно, но, блин, до чего ж здорово!
И от него же я впервые услышал о том, что внутри периметра оказывается есть и другие люди, совсем не связанные с армией или наукой. Называли их почему-то ушкуйниками, хотя никаких ассоциаций с древними новгородцами у меня даже не возникло.
Те, кто желал попасть в их ряды, покупал довольно дорогой патент, который давал возможность находиться в опасной территории и промышлять поиском пресловутого хабара.
Этот момент заставил меня ощутить лёгкий приступ дежавю и пробудил некоторые хищнические инстинкты, особенно, когда Батыр рассказал, сколько можно выручить за некоторые, самые дорогие артефакты. Это была не просто куча денег, а большая куча! Неудивительно, что нравы среди ушкуйников царили ещё те, доходило до грабежей или убийства.
— Некоторые из наших, кому не повезло дослужиться до личного дворянства, пошли в ушкуйники, — сказал Батыр. — У меня среди них полно знакомых. Только, скажу тебе, ничего хорошего там нет. Хороший хабар сам в руки не попадёт, за ним знаешь сколько ходить нужно?! А если и выходишь, не факт, что донесёшь. Так что спокойно тащи свою лямку, солдат, а дальше будет видно.
Выбора у меня всё равно не оставалось, так что я последовал его совету.
Удивительно, что во мне ещё оставались силы на редкие, но такие бурные свидания с Лизой. Однажды ей даже удалось вызвать меня на откровенность. Само собой я не стал говорить ей о том, что попал сюда из другого мира, но намекнул, что в моей истории всё не так просто, как выглядит. Кажется, её это даже заинтересовало.
И хотя говорят, век живи — век учись, в один не то прекрасный, не то ужасный день, командир взвода счёл, что я достаточно подготовлен для первой вылазки за территорию базы.
Маршрут был по всем меркам ближний: всех делов-то — смотаться до полевого лагеря километрах в тридцати от нас, забрать двух спецов с результатами их экспериментов, подкинуть остальным провизии и топлива, и в тот же день вернуться «домой».
Всё уместилось в двух БМП, выехали мы рано утром. Выспаться в ту ночь мне не удалось, так что первую половину пути я отчаянно зевал, вызывая невольную усмешку у Батыра, который успел догадаться о моих любовных приключениях.
Машина переваливалась с кочки на кочку, то и дело подпрыгивала, заставляя бить об низкий «потолок»: спасибо шлему — без него на башке живого места бы не осталось.
Но все неудобства искупались предвкушением первого настоящего дела, печальную поездку, когда я прибыл на базу, брать в расчёт не стал.
Ночные магические твари отправились на покой, дневные ещё не проснулись, так что поездка во многом напоминала дачную, за исключением того, что ехал я всё-таки не на кожаном сиденье дорогого внедорожника, а в тесном металлическом нутре БМП.
И, конечно же, интуиции говорила, что долго эта идиллия продолжаться не может.
К глубокому сожалению, она оказалась права.
  
Глава 13
 
БМП плавно затормозила, но нас всё равно силой инерции повело сначала вперёд, а потом, уже не так сильно, назад. Хочешь — не хочешь, а получишь заряд бодрости и тут же перестанешь зевать.
Поскольку произошло это без лишней паники и суматохи, остановка была штатной. Скорее всего, мы прибыли на место назначения.
Рация в шлеме «ожила»:
— Группа, на выход.
Не толкаясь, но при этом быстро и сноровисто мы полезли через люк и заняли круговую оборону.
Как всегда, я оказался возле Батыра и по сути в точности повторял все его движения. Самодеятельности мой наставник не поощрял, а мне ещё долго предстояло висеть у него на хвосте.
Дороги как таковой тут не было: обычная местность: холмы, овражки, лесок, поросший травой по колено. Травка-муравка, в принципе, знакомая. Ну то есть я и прежде такую видел, а вот назвать — при всём желании не смогу: ботаника никогда не была моим любимым предметом. Одуванчики там, ромашки — опознаю, глубже мои познания в флоре не распространялись.
 
В кустах стрекотала какая-то хрень, летали с места на место всякие букашки, солнце жарило как на сковородке.
Идиллия, которая расслабляла, вызывала желание раздеться до трусов и позагорать. Только кто ж мне такое позволит.
И собственно, больше ничего на горизонте не нарисовалось. По сути мы остановились где-то… Да хрен его знает где, но точно не на территории полевого лагеря. Или я его себе неправильно представляю, но тогда где же он?
Руку даю на отсечение — точно не здесь. Под землёй что ли?
— Что-то я не понял — а где лагерь? — растерянно замотал головой я.
— В километре отсюда, — терпеливым тоном произнёс Батыр.
— А чё так далеко? — удивился я.
Лучше плохо идти, чем хорошо ехать. Перспектива топать целый километр в полном боевом снаряжении… это такое, сильно на любителя. Чем дольше служишь, тем лучше осознаёшь сей непреложный факт.
— Так полагается.
Уточнить почему, не вышло. Появился офицер с погонами прапорщика — да, в этом мире, как и в своё время в царской России прапорщики относились к офицерскому составу, пусть и к младшему. Начни я рассказывать про них анекдоты — меня бы просто не поняли.
— Батыр, — он с сомнением посмотрел на меня, но всё же добавил:
— Ланской, за мной.
— Есть, господин прапорщик, — откликнулись мы и двинулись за офицером.
— Лан, контролируй левый сектор, правый беру на себя, — на ходу велел Батыр.
— Принято. Во что стрелять-то?
— В всё живое, что не будет напоминать человека, — усмехнулся мой шеф-инструктор.
Формулировка была расплывчатой, но я примерно понял.
— И внимательно под ноги смотри. Минзага здесь, конечно, нет, но можно вляпаться в какую-нибудь гадость. А то и на змеюку наступить. Сразу хочу предупредить: гадюки тут самые безвредные. Порой такие гады попадаются, что королевская кобра в сравнении с ними, всё равно, что уж. И противоядия от их укусов нет.
Пресмыкающихся я никогда особо не любил, так что принял совет во внимание. Прежде, чем делал шаг, старательно всматривался. Эти долбаные змеи казались мне просто уже везде.
Но потом удалось успокоиться. Эдак и до инфаркта «микарда» недалеко.
Запрета на разговоры не было, поэтому я задал ещё один вопрос:
— Почему минное заграждение не поставили?
— А смысл? — удивился Батыр, но потом сжалился и продолжил лекцию:
— Комплекс не просто полевой, а мобильный — и это ключевое слово. Постоянно перемещается с места на место. Ты понимаешь, какой это геморрой минировать и разминировать каждые несколько дней?
— Догадываюсь.
Он усмехнулся:
— Зная наших сапёров, не удивлюсь, если случайно пару-тройку мин забудут, а на них по закону подлости обязательно наступит и подорвётся кто-то из своих. К тому же от мин шума много, толку мало. Автоматические огневые установки гораздо более эффективны.
— Роботы? — поёжился я.
— Типа того. При необходимости управление принимает оператор, ему уже сообщили о нас, так что проблем быть не должно.
Через пять минут, мы увидели и сам лагерь. Поскольку я не ожидал ничего феерического, так что не разочаровался, когда он попал в поле моего внимания. Лагерь представлял собой несколько кунгов, поставленных в замкнутый круг вроде гуситского табора, в центре были разбиты большие армейские палатки. Понятно, что вся эта история сворачивалась довольно быстро и за считанные часы могла сменить дислокацию без особой канители.
 
Меня заинтересовало, а где собственно находятся эти самые охранные автоматы, и Батыр показал на миниатюрные башенки сверху некоторых кунгов. Из башенок торчали почти невидимые с такого расстояния оружейные стволы.
— Это крупнокалиберные пулемёты. Если разом вжарят — превратят всё вокруг в лунный ландшафт. Кстати, там такой запас патронов — неделю воевать можно, — просветил меня Батыр.