Лучший из худших-2 (СИ)

Лиза сидела с задумчивым видом, изредка сообщая мне, где и в какую сторону нужно повернуть и что лучше бы объехать, а не переть буром. По дороге я несколько раз пытался закинуть удочку, чтобы разузнать о конечной цели экспедиции, но Лиза только отшучивалась.
— Будешь много знать, скоро состаришься, — говорила она и загадочно улыбалась.
Этот участок пути особых проблем не вызвал. Единственным исключением была небольшая стая невидимок в три-четыре особи, но Лиза успела заранее засечь их тепловизором, поэтому нам удалось разминуться.
По пересечённой местности особенно не разгонишься, я не выжимал больше шестидесяти. С непривычки заболела спина, поэтому каждые два часа мы останавливались и, по очереди выходили из «багги», чтобы развеяться и размять ноги. Всего за первый день нам удалось преодолеть с полтысячи километров, прежде, чем мы стали на ночной привал.
Спали в машине: оба кресла раскладывались, превращаясь в походную постель. Чтобы не спасть по очереди, я выставил защитный периметр. Система датчиков не позволила бы подобраться к нам незаметно, ну, а тех, кто всё же попёр бы на нас, ждали несколько неприятных сюрпризов: для этих целей я предусмотрительно расставил растяжки и строго настрого запретил Лизе отходить от машины дальше, чем на десяток метров. Ещё не хватало, чтобы она напоролась на один из моих «шедевров».
По привычке потянулся к ней, чтобы поцеловать с дальнейшими развитием событий, но она остановила меня, категорически покачав головой.
— Не сегодня, Лан. Ты уж прости…
— Ладно. Спокойной ночи, — сказал я.
Ничего страшного, ночь без секса меня точно не убьёт, да и если быть до конца честным, пока сидел за баранкой, порядком устал.
— Спокойной, — откликнулась она.
Мы немного полежали в темноте, а потом я заснул, сквозь сон слыша её тёплое дыхание.
Разбудил меня какой-то стук, словно кто-то забарабанил по крыше: сперва неторопливо и размеренно, а потом всё ускоряясь и ускоряясь.
— Что это? — спросонок не сообразил я.
— Дождь. Спи спокойно, — произнесла Лиза и отвернулась.
— Дождь… — мечтательно повторил я и снова отрубился.
Ба-бах! Это точно не дождь, взорвалась одна из моих растяжек. Судя по звуку, справа от нас.
Недавний, ещё такой липкий словно мёд сон, как рукой сняло.
Лиза уже сидела, вперив взгляд в монитор, на который передавалась картинка с тепловизора.
— Ну?
В ответ на мой простой и в то же время ёмкий вопрос, она пожала плечами:
— Ничего не вижу. Объектов, теплее окружающей стороны, не зафиксировано.
— Тогда какого хрена?!
Я щёлкнул тумблером на панели приборов, чтобы включить прожектора.
Яркий искусственный свет залил пространство вокруг нас.
Не обращая внимание на то, что нахожусь в компании женщины, я выругался. В нашу сторону медленно и как-то неуклюже шагали странные фигуры. Поначалу я принял их за живых людей и решил, что тепловизор глюканул, но, когда разглядел серые, полусгнившие лица, до меня вдруг дошло.
— Сука! Это что — зомби?
Меня аж бросило в дрожь от открытия. Долбаное чувство, что кто-то взял, и не спросив разрешения, поместил меня в центр фильма ужасов.
— Да, — кивнула Лиза. — Ты молодец, что догадался поставить растяжки.
— Насколько они опасны?
— До нас они не доберутся, машина нас защитит. Но место менять нужно. Гораздо хуже, если активность зомби заметят другие твари. Поверь — гораздо хуже, — сказала Лиза.
— И хрен с ними. Место сменим, но бросать датчики и растяжки не стану. У меня не бесконечный запас того и другого, — категорически заявил я.
— И что тогда? Они нас почуяли и так просто не уйдут.
— Как их упокоить? Пулю в башку достаточно? — деловито поинтересовался я.
— Вполне, — подтвердила мою догадку спутница.
— Классика, — сказал я и, поведя стволом пулемёта, нажал на гашетку.
Бездонного мешка с боеприпасами не было, поэтому очередь была экономной. С первого раза удалось свалить практически всех особей, кроме парочки самых настырных. Они по-прежнему брели в нашу сторону, подволакивая ногу. Один — левую, второй — правую. Похоже, это я их так зацепил. Жаль, сразу прибить не получилось.
 
Снова пальнуть по ним из пулемёта? Чего зря патроны переводить!
Была — не была, так и так вылезать из машины придётся.
— Сиди здесь и ни в коем разе не выходи! — велел я.
— А ты?
— А я на улицу прогуляюсь.
— Ночью, когда становится прохладно, они не такие активные, как днём, но всё равно — смотри в оба.
— Понял. Ты тоже не зевай. Если что — прикроешь! Умеешь обращаться с пулемётом?
— Не хуже, чем с авторучкой, — похвасталась она.
— Тогда я за нас спокоен.
Прихватив штурмовую винтовку и примкнув к ней штык, я открыл дверь и вылез из нашего броневичка. Не то, чтобы потянуло на геройство, но чего тратить время впустую и «жечь» патроны, когда всё то же самое можно сделать дёшево и сердито. Очень даже сердито!
Чтобы не терять времени, я сам шагнул навстречу ожившим покойничкам. Ночью, в свете прожекторов они выглядели ещё отвратней. Лиза сказала, что в холодное время суток, зомби медлительны. Я убедился в этом, когда засадил штык-нож прямиком в башку первого, что подвернулся. Что-то чвякнуло, по лезвию потекла чёрная как нефть сукровица. Я выдернул штык из головы замершего мертвеца, и тот сразу упал как подкошенный.
Ну вот, внутри меня ничего даже не отозвалось, я просто сделал своё дело и получил нужный результат. В прочем, если учесть, что до этого мне уже довелось убивать «человеков», с какой стати буду переживать из-за того, что даю покой тем, кто этого заслужил.
Формы на трупе не было, из чего я сделал вид, что столкнулся с кем-то из ушкуйников, которым просто не повезло.
Напарник (если можно так сказать) упокоенного, не обратил внимания, что его товарищ затих на земле. Я сократил расстояние между нами и снова проделал тот же самый процесс: проткнул голову штык-ножом. Кстати, большого труда это не составило: череп успел прогнить, поэтому моё оружие проходило его почти как сквозь масло.
Покончив с этой крайне неприятной на вид парочкой, я замер и стал вслушиваться в то, что происходит вокруг. Вроде ничего подозрительного. Сомневаюсь, что эти создания настолько умны, что смогут затихариться и не выдавать себя.
Убедившись в этом, я отправился снимать датчики и разряжать растяжки. Самое обидное, что мне предстоит повторить это снова: до рассвета ещё далеко, а нам ещё ехать и ехать. И желательно не клевать носом во время поездки.
Я провозился больше часа, в основном, конечно, с растяжками. Тут приходилось держать ухо востро. Одно неловкое движение и кабздец. Присоединюсь к тем парням на лужайке, чего мне крайне не хочется.
К счастью, всё в итоге заканчивается, как и моя возня. Закинув приблуды в багажник, я снова сел на своё место.
— Фух! — Лиза вытерла лицо рукой. — Ты так долго возился, что я устала волноваться за тебя.
— Да я сам устал за себя волноваться, — признался я. — Ну, куда править, штурман?
— Для гарантии с десяток километров отъедем отсюда и там встанем. Спать хочу — не могу.
Тут наши с ней мысли совпадали. Вроде пока зомби добивал и разбирал снарягу, слегка разошёлся, но стоило забраться в тёплое нутро машины, усталость и сонливость навалились с двойной силой.
Завёл «багги». Мотор у него электрический, почти не слышный, но ночью казалось, что он грохочет как забивающий сваи копёр.
Отъехав даже побольше, чем сначала предполагали, остановились. Я пошёл заниматься всё той же рутиной: ставить датчики и растяжки. Халтурить было нельзя, ведь от этого зависела не только моя жизнь, поэтому я был предельно внимателен и осторожен. Если всё сложится, как обещала Лиза (пусть даже и говорят, что обещанное надо как минимум на двое делить), я буду нужен на гражданке целым и невредимым, с полным штатным набором конечностей и прочих частей тела.
 
Конечно, после дождичка не все из рутиных процедур вызывали приятное чувство, я испачкался и промок, но в багажнике лежал запасной комплект формы. Закончу, переоденусь и баиньки. Я даже заурчал от удовольствия, когда представил себе эту картину.