Искаженная спираль (СИ)

— Хизуми-аники, — великодушно проигнорировала эта оторва мой закономерно-суровый взгляд, — разреши сдать экзамены с друзьями и получить протектор!
Это… блин, и не заметил то, как экзамены Академии на носу. И что теперь с этим делать? Так, стоп. Девчонке дюжина лет, протектор она получит в любом случае, однако не Конохи, а с моном Удзумаки. Далее, у нас на носу, буквально через три дня, выборы Хокаге, благо алкашня пучеглазая и змеистая посланника уже намылили. Ну все, Орыч, попал ты, думалось мне, да и морда моя вполне фирменной стала.
— Удзумаки-доно, прошу простить недостойную за прерванные занятия Ваши, — с некоторым страхом воззрилась Масами на мое рыло, — по вашему слову поступлю, а беспокоить более не буду.
— То что не будешь, это хорошо, — злоехидно ответил я. — Однако, Имо-то, ты же хотела попасть в учебную команду? — Мисами аккуратно кивнула. — Во-о-от, Аники сейчас решит этот вопрос, правда протектор будет наш, Узушиогакуре.
С этими словами зловредный и коварнопланирующий я Мисами из подвала удалил, посулив в случае повторного нарушения границ кары, от физических наказаний до трудотерапии, да и прыгнул к нашему уже почти не Огнетню.
Последний сидел, ностальгически оглядывался и облизывался в предвкушении воли и свободы. Ога, щаззз.
— Оро-кун, ты мне должен, — бодро откапитанствовал я.
— Фугаку отдаст, в казне почти все есть, — лениво отмахнулся ностальгирующий Орыч, — и вообще, у тебя вроде клановые дела?
— Они и есть, друг мой, — вытянул ехидную морду я, — я, кстати, никак не про деньги, верю что вернет, не в том дело.
— А в чем? — с некоторым опасением уставился на мое рыло Змеетень.
— Ну, во первых, сама авантюра с Кири, — начал загибать пальцы я, — во-вторых, ты три часа заставлял усталого и занятого главу клана прыгать с ветки на ветку, как обезьяна какого, — продемонстрировал я немочь и прочие недуги, — ну и, наконец, в-третьих, на биджу ты облизывался, но вот работать с ним не сможешь, — победно подытожил я. — Я то помогу, но ты мне до-о-олжен, Оро-кун, — злоехидствовал я.
— С Биджу, в принципе, возможно, сам справлюсь, — полюбовавшись мной, тяжко вздохнув, да и смирившись с судьбой прошипел Орыч. — Хотя ты прав, как ты работать не смогу. Хочешь-то что?
— Ты возьмешь учебную команду, — злобно ликовал я.
— Ты издеваешься? — жалко юлила моя жертва. — Какая команда, у меня исследования, экспедицию хочу устроить, за одним любопытным артефактом, — сдавал стратегическую информацию, пытаясь откупиться змеефил, — не могу я брать команду.
— Можешь и возьмешь, — веско припечатал я, — Ты в клан Удзумаки входить собираешься? — Орыч аккуратно кивнул, всем видом выражая что да, мол, надо, интересно, но когда-нибудь потом. — Моей четырехюродной сестре исполняется дюжина лет. Я рассчитываю на её поступление в учебную команду под твоим началом. Присмотришься к ней, она к тебе, и посмотрим что и как дальше будет. Свадьбы или даже помолвки никто не собирается прямо сейчас проводить, однако, — воздел перст я, — это пойдет всем на пользу и мое общее благо.
— Ну если не сразу, — задумался Орыч, — так-то вариант не самый глупый, даже разумный. Только, как она в команду-то попадет? — схватился за соломинку его змеючность. — Ты же под присягу не отдашь, — ликовал наивный.
— Не отдам, — ответствовал я, — однако, ты, друг мой, пока ещё Хокаге, проведешь завтра совет джонинов. Где Узушиогакуре и Конохагакуре будут объявлены союзными деревнями, звания и учебные заведения приравнены, ну и, соответственно, возможность сдавать экзамены и пребывать в учебных и боевых командах как аффилированные члены появиться возможность.
— Думаешь примут? — сомневался Огнетень, — деревни-то по сути нет.
— Примут, — не сомневался я, — учитывая нашу теперешнюю интеграцию в экономику, науку и медицину — точно примут. Ты, Цу, Фугаку разве еще, знают, что внезапно уходить из Конохи я не собираюсь. А остальные понимают зависимость, но страшатся возможности разрыва. Не всегда осознанно страшатся, но примут, — припечатал я.
 
Ну, в общем-то и приняли. В дополнении к договору между кланом Удзумаки и Конохагакуре, появился еще и договор о “приравнивании званий, учебных программ” ну и права-обязанности аффилированных членов прописали.
А дома, Эйка, к моему удивлению, Конан не послала, правда и меня не огорошила внеплановым прибавлением семейства. Но взяла её, как ни странно, в наперсницы. Не как медика, а как жены главы клана, какие-то сугубо женские, дела. Я туда не лез и разговоры на эту тему избегал. На фиг надо.
Нагато, на удивление же, ну или нет, с энтузиазмом включилась в работу “детского сада”, да и вроде была всем довольна. Ну и пофиг на сестрицу-Нагатушку и так мне мозг в свое время сломала.
Выборы Фугаку произошли вполне успешно, против были Курама, да и Хьюга воздержались, но в целом вполне убедительная победа. Орыч оглашая окрестности воплями “Орочимару свободен!” прихватил Митараши и срулил в подвал. Правда ненадолго.
Через неделю мое злодейское сердце любовалась учебной командой прикидывающегося садовым шлангом Змеелюба.
А через три недели после приживления, риннеганы “включились”, как по щелчку. И принесли мне данные, изрядно любопытные.
  
54. Хан джи Удзумаки
 
Щелкнули, значит, риннеганы и включились. Ну, для начала, я из четырехмерья понаблюдал, проверил, не творят ли дичь какую. Однако не творили. Жрали, правда, чакру как сволочи, в режиме простого функционирования отжирая у меня не менее половины скорости прироста. Ну и сформировали вычислитель, аналогичный бьякуганному, правда с выводом в мозг. Вообще, коммутация была продумана и без дури, как я наблюдал на двух других додзюцу. Ну со стороны, по крайней мере.
Так что, мысленно послав всякие флуктуации за горизонт событий, дабы не мешали, подключился я к своей тушке. Аккуратно.
Ну и немного офигел. Глаза транслировали мне интерфейс мысленного взаимодействия. Не всякие “системы” поганые и безблагодатные, а пакетный обмен информацией. Правда, вставала проблема понятийности. С четверть, если не треть терминов я просто не понимал, что, учитывая не языковой, а понятийный обмен, указывало на то, что по сравнению с разработчиками интерфейса, я быдло необразованное. Не во всем, безусловно, но частично точно.
Так и не определившись с диагнозом, быдло ли я недоученное или же разработчики ботаники поганые, стал разбираться в том, что мне доступно.
А доступно, на самом базовом уровне, оказалась работа с чакрой и её компонентами. То есть, как я и предполагал, от природной энергии до двухкомпонентной чакры. С прописанными характеристиками на каждом этапе. Частично недоступно, но любопытно. Пробежавшись по всему спектру стихийных проявлений, проявляемых простым выбросом чакры, стал я разбираться с деструктивной программой.
Ну и вышла такая картина: себе, любому чакрапользователю, да черту в ступе я могу это свойство удалить (себе, будучи личностью благородной и альтруистичной, тут же и удалил). И ядро будет спокойно вырабатывать нормальную чакру. Да даже новые техники, стихии, додзюцу создавать смогу, локально изменяя свойства чакры.
Вот только беда — локально. Скриптов нет и не предвидится. На себя у меня ушло полчаса. Хорошо, приноровлюсь и подобью глаз, пусть будет десять минут. На одного чакропользователя. Каждого, прошу заметить, на планете. Это при том, что с высокой вероятностью, есть помимо моих локальных возможностей, некий глобальный суперпользователь, изменяющий всю чакру мира.
 
То есть, Хизуми, через лет эдак тысячу, вытирает слезки с пучих глазок, говорит, выдохнув с облегчением: последний. И тут, некая хрень, отдает гадкую команду, как бы не похуже предыдущей. Ну и еще тысчонку лет Хизуми пучит глазки. На фиг надо, в общем. Хотя, если не пойму, ведь придется, тоскливо посетовал я на беспросветно пучеглазое будущее.
Ну и стал смотреть, какие офигительные пушки присобачены к моему приобретению. И ждал меня если не пинок, то щелчок по носу. Не было никаких запредельных техник, никаких там этих, шаров лютых. Вот вообще.