Ярость и пули (ЛП)

  
ЯРОСТЬ И ПУЛИ
 
Автор: Скайла Мади
 
Серия: Криминальные короли Нью-Йорка #4 (про одних героев)
 
Жанр: Современный любовный роман
Рейтинг: 18+
Переводчик: Оля Н.
Сверщик: Екатерина Н.
Редактор: Анна Б.
Вычитка и оформление: Таня П.
Обложка: Таня П.
ВНИМАНИЕ! Копирование без разрешения, а также указания группы и переводчиков запрещено!
Специально для группы: K.N ★ Переводы книг
( https://vk.com/kn_books)
ВНИМАНИЕ!
Копирование и размещение перевода без разрешения администрации группы, ссылки на группу и переводчиков запрещены!
Данная книга предназначена только для предварительного ознакомления! Просим Вас удалить этот файл с жесткого диска после прочтения. Спасибо.
  
Глава 1
 
Страдания
Джай
Эмили дрожит под нежными прикосновениями моих губ, пока я скольжу ими по ее груди. Самым кончиком члена вхожу и выхожу из ее тугой влажной киски, и стон вырывается из моего горла. Это пока только головка, а я уже хочу заполнить ее. Быть в ней — мое любимое время. Вместе мы — абсолютное совершенство.
Инь и Ян.
Вода и огонь.
Эмили запускает пальцы в мои волосы, дергая их каждый раз, когда ногами сжимает мои бедра. Я живу этим — от резкого быстрого ритма ее дыхания до капелек пота на коже. У меня есть брат Джоэл. Я вытащил его из лап Черепа, как и обещал, и на этом пути нашел ее.
Эмили.
Котенок.
Моя.
Сейчас я смирился с этим — нашим положением с Черепом. Жажда его крови больше не бурлит в моих жилах, а гордость — достаточно сыта, чтобы покинуть страну, где у нас будет больше шансов на выживание. Мы могли бы исчезнуть. Могли бы жить в далекой стране, не имея никаких забот в мире, кроме... одержимости Джоэла спасти свою женщину — женщину, которую он изначально украл у Черепа. Я пытался его отговорить. Я разговаривал с ним до посинения, но он не передумал. Упрямство — семейная черта Стоунов.
Джоэл утверждает, что влюблен в Монику. Настаивает, что женится на ней и у них будут дети. Только при мысли об этом мне хочется закатить глаза. Все это кажется немного молниеносным для меня, но что же делать? Если говорю что-нибудь брату на эту тему, он переводит стрелки на меня, сравнивая мои отношения с Эмили и его отношения с Моникой. А они даже отдаленно не похожи. Эмили не принадлежала влиятельному преступному авторитету, когда мы встретились — хотя уверен, что Череп не согласится с этим.
Если быть честным, я больше не узнаю своего брата. Он покрыт татуировками. Они на каждой его конечности, окрашивают каждый сантиметр его кожи, оставляя нетронутым лишь лицо. Джоэл признался в убийстве многих людей — плохих людей — но людей, тем не менее. Он пьет в охренительных объемах, несмотря на то, что всегда был противником алкоголя, и, видимо, привык нюхать кокаин. Глядя со стороны, понимаю: теперь он чужой человек с именем моего брата.
— Эй...
Шепот Эмили и прикосновение ее теплых рук, скользящих по подбородку и щекам, отвлекают меня. Я не могу сбежать от своих мыслей с той ночи, как мы спасли Джоэла... и я страдаю из-за этого, тону в бездне иррациональности.
— О чем ты думаешь? — спрашивает Эмили, ее красивые глаза светятся беспокойством в свете раннего утра.
Вчера вечером я наблюдал, как она спит, так как мой мозг отказывался подарить мне несколько минут покоя. Это был первый раз, когда я пожалел о миссии, которую поставил перед собой. Почему? Потому что эгоистично измарал много жизней, и ради чего? Джоэл не хочет быть спасенным. Он не озвучил этого, но я вижу все по его лицу. Все, что его заботит — та шлюха Черепа. Шлюха, которая, наверное, такая же долбанутая, как и Череп. Не хочу ее спасать. Разве это эгоистично?
 
— Ни о чем, — отвечаю я.
Я качаю головой, наклоняюсь ближе и оставляю три нежных поцелуя от ее шеи к подбородку.
С обреченным вздохом Эмили толкает ладонями меня в грудь, но я не двигаюсь.
Вместо этого, тянусь своими голодными губами к ее рту и ловлю зубами нижнюю губу. Вздрогнув, Эмили отстраняется и сильно толкает меня в грудь.
— Джай.
Вздохнув, я сползаю с ее тела и перекатываюсь на спину. Эмили поднимается с кровати и уходит в ванную, захлопнув за собой дверь.
Проведя языком по нёбу, я лежу, уставившись на трещину на потолке.
Это уже четвертый раз за три дня, когда я отключаюсь во время секса, и уверен, что сегодня была последняя капля. Черт, ничего не могу поделать. Не могу выкинуть брата из своей головы. Я пытался, но это похоже на толкание велосипеда по влажной липкой смоле.
Что меня бесит больше всего, что Джоэл еще даже не спросил о нашей сестре Джессике. Он и понятия не имеет, что она в Италии. Он даже не знает, что она до сих пор жива, и думаете, я получил «спасибо» за то, что спас его задницу? Нет. Я лишь только разрушил свою карьеру и в процессе здорово рисковал своей жизнью. Разве это не достойно благодарности?
Я снова это делаю, не так ли? Тону в своих собственных мыслях.
Выдохнув, я стягиваю оставшуюся часть штанов с ног и откидываю их куда-то в сторону, а затем перекатываюсь на бок. Смотрю на ярко-красные цифры на будильнике, стоящем на тумбочке. Уже восемь утра? Затем запах атакует мои ноздри, отчего сжимается желудок. Еще одно новое пристрастие нового Джоэла, которое ненавидел прежний — это жирная жареная еда на завтрак. Если бы два года назад мне сказали, что я буду завтракать с нюхающим кокаин, любящим завтраки и тату братом, то я бы рассмеялся. Ох, но как быстро невозможное становится возможным.
Звук струй душа, ударяющихся о плитку, заставляет меня спихнуть свою голую задницу с кровати и встать на ноги. Пока иду, чувствую, что мое тело принимает пассивную позу — плечи сутулятся, подбородок опущен, ноги волочатся. Не могу избавиться от нее. Я дрался, трахался и бегал до изнеможения, но внутри меня — горечь и злость — она затаилась, как раковая опухоль, и растет так же быстро и агрессивно.
И я не могу поговорить с братом об этом, потому что разговаривать обо всей этой ситуации — все равно, что стоять слишком близко к зажженной петарде, зная, что она может взорваться в любую секунду.
Я ступаю на плюшевый ковер и приближаюсь к двери ванной. Когда дотрагиваюсь рукой до изогнутой ручки из нержавеющей стали, замираю. Что я скажу? Эмили никогда не уходила от меня раньше, так что, предполагаю, «прости» на этот раз ничего не исправит.
Не хочу говорить ей, что мне стыдно. Я так долго работал над воссоединением с Джоэлом, и в моем представлении это должно было пройти по-другому. И уж точно не должен задаваться вопросом, почему я вообще утруждался спасти его.
Я нажимаю на ручку и открываю дверь. Пар устремляется навстречу моему обнаженному телу и налипает к коже, посылая мурашки по всему телу. Эмили стоит спиной и приглаживает свои темные мокрые волосы, когда я проскальзываю в комнату и закрываю дверь.
Ненавижу ссориться с Эмили. Конечно, она не самая простая женщина и иногда может злиться несколько дней, и если сейчас не исправить ситуацию, будет игнорировать меня до конца времен.
Когда открываю дверцу душа, клубы густого пара вырываются наружу, а Эмили так и не поворачивается ко мне. Дрожа, я захожу внутрь и закрываю за собой дверь. Тепло поглощает меня, уничтожая мурашки на коже одну за другой, и я становлюсь таким же теплым, как асфальт под утренним солнцем.
 
— Ты меня игнорируешь? — спрашиваю я и тянусь за отшелушивающей розовой мочалкой, которую Эмили попросила Тэда привезти из магазина два дня назад. Видимо, она все еще чувствует грязь из туннелей на своей коже и ощущает необходимость вычистить ее из своих пор.