Непокорная для боссов (СИ)

В полнейшем отчаянии я уже возвращалась домой. Сказать, что меня выбил из колеи случай с моим новым шефом — ничего не сказать.
Нужно же быть такими уродами, чтобы брать девушек силой! Просто немыслимо, что происходит в мире! И как от этого защититься?
Впервые за месяц я была в таком отчаянии, что мне хотелось позвонить Сабиру. На все наплевать, все бросить и нырнуть к нему под крылышко. Пусть я буду слабой и зависимой, но зато я буду всегда в безопасности. Чувство безопасности — одно из базовых потребностей человека. И на его фоне меркнут все остальные желания, кроме, наверное, голода. Но я ещё не до такой степени растратила деньги Сабира, чтобы пуститься по миру.
Поэтому, вернувшись в слезах ко входной двери нашей съемной квартирки, я толкнула ее, и она оказалась незаперта.
Первой мыслью стало то, что с мамой что-то случилось и ее увезли на скорой, не заперев входную дверь. Не помня себя от беспокойства, я шагнула в квартиру, и тут же тяжёлая мужская ладонь закрыла мне рот.
— Привет, Искорка, — проговорил до боли знакомый мне голос. — Как я соскучился по тебе, любовь моя. Теперь ничто не помешает нам быть вместе.
Глава 28.
Отчаяние накрыло меня с головой, и я даже не предприняла ни одной попытки к сопротивлению.
А зачем? Если меня нашли после трёх переездов, то уж догнать на лестничной площадке — совсем пустяковое дело.
— Что, любимая жёнушка, неужели не скучала? — спросил мой бывший муж, вжав меня в стену.
Но мой рост был слишком маленький для него, поэтому он просто поднял меня за талию и вновь прижал своим каменным животом.
— Слушай сюда, мелкая, — обманчиво ласково говорил он. — Я не трону ни тебя, ни твою маму, при условии, что ты сейчас же пойдешь со мной в ЗАГС и нас снова распишут. Распишут за один день. Я уже со всеми договорился. Твоя задача лишь не устраивать спектакли во время торжественной части и тупо открыть рот, чтобы сказать: да, я согласна. Поняла?
Я коротко всхлипнула, давясь подступающими слезами.
Нет! Снова угодить в его ловушку! Я не выдержу. Я просто умру. Лучше переспать со всеми моими будущими боссами, но только бы не возвращаться к моему мужу!
Боже, за что?!
— Г-где м-мама, — выдавила я из своего судорожно сжатого горла.
— Отдыхает в лучшем пансионате, — с гордостью ответил муж. — Это за городом. Я сказал ей, что мы приедем с радостной новостью. А пока пусть она как следует отдохнёт.
— Ч-что ты со мной с-сделаешь?
Моя дрожь усиливалась.
— Смотря как сейчас ты себя поведешь, — мужчина склонился над моим виском и вдохнул запах моих волос и кожи. — Сделаешь хоть одно лишнее движение — накажу. Будешь смирной и послушной — награжу.
Я обречённо опустила голову, но муж поднял мне лицо за подбородок.
— Малых, хватит от меня бегать. Ты же любишь меня. Я знаю. Если бы не любила, ты бы не кинула этих двух индюков. Осталась бы с одним из них точно. Но ты только моя. И хочешь только меня. Я всё исправлю. Буду тебя как принцессу на руках носить. Все для тебя сделаю. Все, что попросишь. Ну?
Мужчина поставил меня на ноги, но я тут же оступилась от отчаяния и бессилия.
— Ну же, малыха моя! — муж опустился передо мной на одно колено и вновь вжал меня в стену за талию своими грубыми ручищами. — Ты ведь хочешь этого! Хочешь, чтобы я был сильным, грубым с тобой. Хочешь как раньше, чтобы ты орала на всю квартиру от страсти, чтобы под нами мебель ломалась от дикого секса, чтобы мы сутками не вылезали из постели, чтобы я трахал тебя пока ты не отключишься. Ведь так?
Муж яростно принялся срывать с меня блузку, целуя и кусая мою кожу под грудью. Огромными лапищами он исследовал мое тело, сминая мне спину, грудь, сдавливал ребра и наконец задрал мне юбку до талии.
Когда его пальцы проникли под мои трусики, я зажмурилась и тихо заплакала. Мой муж был так поглощён своими действиями, что не заметил слез на моих щеках и продолжал грязно лапать меня.
— Малыха, — выдохнул он, проведя пальцами по складочкам. — Чего сухая? Переволновалась что ль?
 
Я молчала, желая прямо сейчас умереть на месте.
— Глупая, — мужчина встал и вытер мне слезы. — Чего ревешь-то? Я ж не делаю больно.
Но я не могла открыть глаза, не могла посмотреть в лицо человеку, с которым снова сводит меня судьба. Не могла принять такое событие.
— Не беси меня, мелкая, — чуть рассердился мой бывший. — Хорош уже! Опять хочешь все испортить? Думаешь у меня нервы железные? Сказал же: накажу, если будешь себя плохо вести. Пока все к этому идёт. Ну-ка на меня посмотри!
Я обречённо открыла глаза, полные слез.
— Платье есть красивое? — спросил он и криво улыбнулся.
— Нет, — шепотом выдохнула я.
— Ладно, — сдался он. — Пошли купим по дороге. Только без всяких салонов сегодня. Я не буду тебя три часа ждать. Платья с тебя хватит, остальное потом. И телефон свой отдай.
Мужчина не дождался, пока я выполню приказ. Просто поднял мою сумочку с пола и высыпал мне под ноги все содержимое. А затем, найдя мой мобильный, он сунул его к себе в карман.
— Одевайся, мелкая, и пошли, — вновь скомандовал он.
Но увидев, что я не двинулась с места, он прикрикнул на меня:
— Живо!
Я тут же подскочила, одернула юбку и принялась надевать блузку, но от волнения просто не могла попасть в рукав. Тогда муж яростно всунул мне руку в рукав и грубо встряхнул меня.
— Искра, ты нарываешься. Выдохни уже и пошли. Ничего я с тобой не сделаю, если тупить не будешь.
Я застегнула пуговицы на блузке, но как выяснилось неправильно, поэтому мужчина с раздраженный рыком сделал это заново сам. Затем грубо схватил меня за руку и повел за собой, пнув с дороги мою распотрошенную сумочку.
Я следовала за мужем как в тумане. Мне казалось я впала в какой-то шок или транс, и ничего вокруг себя не замечала. Картинки сменялись одна за другой, но я оставалась безучастной.
Вот мы вышли из подъезда. Сели в такси.
Странно: почему в такси? Где машина моего мужа?
Затем приехали в салон коктейльных платьев. Миловидная девушка-консультант прикладывала ко мне то одно платье, то другое, но я даже не различала их цвета. Все это время муж не отходил от меня ни на шаг.
Поначалу у меня возникла мысль увлечь консультанта в примерочную и попросить позвонить Сабиру. Но я не помнила номер Сабира наизусть.
Потом я хотела отлучиться в туалет, в надежде, что там есть какое-нибудь окошечко, через которое можно сбежать, но и здесь муж вызвался меня лично сопровождать. А когда он проводил меня до двери в уборную и закрыл ее, то я не обнаружила ни одной лазейки, через которую я могла бы сбежать.
Тупик. Беспросветный. Безвыходный. Полная безнадёга.
Наконец платье было выбрано и куплено. Меня запаковали в воздушное, короткое нежно-голубое платье, сделанное из объемного фатина. Его полупрозрачный лиф облегал мою тонкую талию едва заметным корсетом, а юбка спадала ассиметричной длиной где-то выше колен, где-то ниже, а сзади — до щиколоток.
Так же муж распустил мне волосы, чтобы они немного прикрыли мои обнаженные плечи, а затем, снова взяв за руку, повел меня прочь из салона.
И наконец последний пункт. Моя точка невозврата. Местный ЗАГС. Даже не дав мне оглядеться и отдышаться, муж вытащил меня из такси и силой поволок внутрь.
И вот, спустя двадцать минут заполнения всех документов, я стояла на красном ковре под руку со своим бывшим и вместе с тем будущим мужем, а женщина в помпезном платье спросила готова ли я стать женой этого мужчины.
 
Мой мир остановился. В ушах зазвенело, в глазах потемнело, все тело мелко затрясло, а муж до боли стиснул мою кисть в ладони. Ещё немного и он сломает мне пальцы.
Это конец.
— Да, — едва слышно ответила я, и мое сознание сорвалось в бездну.
Я закрыла глаза, думая, что сейчас точно лишусь рассудка, но ничего не происходило. Я все ещё была жива, в сознании, и от меня, кажется, по-прежнему ждали ответ.