Розыгрыш или реальность (СИ)

— Каринка! Ты чего трезвонишь, как на пожар?! Напугала до полусмерти.
— Ма-моч-ка, родная, любимая! — я обхватила её за талию и закружила нас прямо на лестничной площадке. — Нашлись! — счастье бурлило во мне, несмотря на все сомнения относительно дракона.
— Ох, ты ж. Что же это мы в подъезде, — спохватилась мама, — давай, заходи, там и отец дома.
Подхватив под локоть, мама завела меня в квартиру.
— Женя, Карина дома! — крикнула она вглубь комнаты. На её зов из гостиной выглянул папа.
— Чего трещите, сороки, там новости идут. Дайте послушать, — он подошёл и быстро поцеловал в щеку. — Здравствуй, дочка. В гости?
— Не совсем. У меня новости, — оглянулась я на маму, которая закусила губу и напряженно ожидала продолжения. — Идёмте на кухню, расскажу.
— Лучше идите в комнату, — махнула мама, — у меня там вареники на столе. Идите, а я руки помою и приду.
Мы с папой так и сделали. Я уселась в кресло, подложив вышитую крестиком подушечку под поясницу, а папа выключил телевизор, понимая, что разговор с любимой дочкой важнее любых новостей. Мама зашла в комнату с подносом, на котором стояли стаканы и кувшин с ягодным компотом, и, поставив его на журнальный столик, уселась под бок к супругу, трогательно к нему прижавшись.
— Родные мои, — с этих слов я начала делиться новостями, — вы знаете, что произошло со мной. И спасибо вам за то, что поверили в мою невероятную историю и поняли меня. Сегодня произошло одно событие, которое, я уверена, приблизит мою встречу с мужьями.
Я задрала рукава и продемонстрировала свои элары.
— Блокировка спала и, как только связь полностью восстановится, я смогу связаться с командорами. А это значит, моё пребывание на Земле подходит к концу.
Мама всхлипнула и прижала ладошку к губам, чтобы приглушить прорывающийся плач. Папа нахмурился.
— Ты хочешь сказать, что инопланетяне сядут на планету и заберут тебя? — спросил он.
— Не думаю. Есть возможность переправить меня на другую планету Терру, туда, откуда началось моё путешествие.
— Кто это устроит? — дотошно расспрашивал отец, хмурясь всё больше, но не забывая поглаживать успокаивающе маму по плечу.
— Дракон… — тихо сказала я, чувствуя себя совершенно глупо.
— О боже! Ещё и драконы! Карина, это не поддается пониманию! — вспыхнул раздражением отец. И я его не осуждала. И так было сложно поверить в то, что я уже им рассказала, так теперь ещё история обрастала новыми фантастичными подробностями.
Родители молчали, я тоже не спешила продолжать разговор, понимая, что им нужно переварить услышанное.
— Так, я хочу подробно знать, кто он, откуда ты его знаешь, и что он тебе пообещал, — строго посмотрел на меня отец, как в детстве. От этого взгляда я даже поёжилась, чувствуя неприятный холодок в районе солнечного сплетения.
— Хорошо. Я всё расскажу… — и действительно рассказала, не упуская даже незначительных мелочей, о Германе. Как мы познакомились, как дружили, как я раскрыла его сущность, кто он по отношению ко мне, и какое предложение он сделал.
Время за разговором пролетело. В комнате стало темно из-за надвигающегося вечера. А мы всё разговаривали и разговаривали.
— Значит так, дочка. Я не доверяю этому чешуйчатому. Раз тебя один раз уже умыкнули, где гарантии, что снова лапы на тебя не наложат? Если ты говоришь, что связь с командорами восстанавливается, то потерпишь без них ещё немного, дольше ждала. Они с тобой свяжутся и пусть мужчины руководят твоей эвакуацией с Земли. Военным видней, как лучше поступить. Ты же технически ничего не смыслишь в работе этих порталов-переходов. Жди инструкций и не рыпайся, а то вляпаешься в очередное дерьмо.
Папа всё четко разложил по полочкам, так что мне оставалось только согласиться с разумностью его доводов. Терпение — это добродетель, доступная не каждому. Я умела ждать. Он прав, несколько дней (может быть и меньше понадобится для того, чтобы со мной связались) сумею потерпеть. Хоть сердце и сбивается с ритма, то ускоряясь, то замирая только от одной мысли, что скоро я увижу и обниму всех мужей. Вдохну родной запах, услышу голоса, почувствую каждого из четверых.
 
На том и порешили, сворачивая семейный совет. А мама настояла, чтобы я на то время, что мне осталось провести на планете, переехала к ним. Конечно, я ответила «да».
С того памятного дня прошло двое суток. Герману… тьфу ты, Гермиусу, я так и не позвонила. Эмоциональная связь с командорами через элары установилась. Мои мужчины были собраны, уверенны и находились в режиме ожидания. Я чувствовала поддержку, но на контакт они не выходили.
И как это понимать? Чего они ждут? Яйцо высиживают в своём космосе? Я же уже извелась вся и полностью! Хотя бы маякнули, мол, Карина, мы скоро, только космолёт заправим ядрёной энергией и к тебе на свидание примчимся, а потом закружим тебя в хороводе. И вот когда они прилетят? Я же обязана знать! На какой день хлеб-соль, красную дорожку с баяном готовить и кокошник надевать? В общем, я злилась, ёрничала и изгалялась в своих мыслях, как хотела. А время бежало, отмеряя очередной день томительного ожидания. Думать о принятии предложения дракона себе запретила. Папа прав. В конце концов, без меня они не смогут… как и я без них.
На третий день, когда родителей дома не было (папа ушел на работу, а мама на рынок), в дверь позвонили. Уплетая мамин очередной кулинарный шедевр — пирог с сыром и шпинатом, поплелась к входной двери. Через глазок увидела незнакомца. На моё грозное «кто там?», приравненное по интонации к «чё надо?», молодой мужчина вежливо ответил:
— Здравствуйте, у меня послание от Асирии Владимировны для Карины Королёвой.
Ох, ты ж! Я подпрыгнула у двери, услышав волшебное имя, стукнувшись лбом. Зашипела, потёрла травмированный участок, и крикнула из-за двери:
— Одну минутку, я сейчас, — приговаривала, бестолково крутя замок в противоположную сторону, недовольно пыхтя на идиотскую дверь, которая не поддаётся открытию. Когда, наконец-то сообразила, что замок нужно поворачивать в другую сторону, всё у меня получилось тут же.
— Здравствуйте! — распахнула на всю ширину проёма дверь и во все глаза вытаращилась на незнакомого парня. Он быстро пробежал взглядом по моей фигуре, закутанной в длинный пушистый халат цыплячьего цвета, и задержал взгляд на недоеденном куске пирога, который был зажат в руке.
— Вам просили передать, — парень протянул пухлый конверт формата А-4 без всяких марок, адресов и надписей.
— Я должна дать ответ? — меня мелко потряхивало от желания тут же заглянуть в конверт и начать разбираться, что там такое передала мне Асирия, но правила приличия не позволяли залапать грязными руками письмо. — Вы пройдёте в дом?
— В этом нет нужды. Мне не было дано соответствующее поручение. Я всего лишь должен был вручить послание лично в руки Карине Королёвой — красивой брюнетке с карими глазами, лет тридцати, с очаровательным беременным животиком.
От его слов я смутилась и неловко переступила с ноги на ногу, машинально поглаживая рукой с зажатым под мышкой конвертом, живот.
— Ну, тогда всего хорошего! — улыбнулась. Парень поклонился, заложив одну руку за спину, как в старину, и ушёл, не оглядываясь.
А я нетерпеливо помчалась на кухню, умудрившись за два укуса дожевать кусок пирога и помыть руки со скоростью метеора.
Большой конверт не был запечатан, и я вытряхнула его содержимое на стол. Короткая записка и три путёвки в Италию по туристической визе. Немного потупив над красочными рекламными проспектами, кратко рассказывающими о поездке в чудесную страну, отложила их в сторону и взяла записку в руки.
 
«Карина, как я и обещала, наша последняя встреча на Земле действительно была последней. Но моё участие в решении твоей проблемы продолжилось неожиданным образом. С моим мужем связались твои благоверные и попросили о помощи. Так что, ты их скоро увидишь. Следуй простым инструкциям, и результат не заставит себя ждать. Во-первых, знай, что домой ты уже не вернешься. Во-вторых, возьми в путешествие в Италию своих родителей. В-третьих, по прибытию в Италию тебя трансфером доставят на виллу мессира Витора. А в-четвёртых… а это ты уже узнаешь по прибытии на виллу.