Новая Тень (СИ)

Столько лет меня пинали и принижали, как только могли (естественно, в разумных рамках, кроме последних пары дней), и внезапно приглашают на вечеринку? Странно, не находите? Вот и я так считал, правда, сознаваться в этом совершенно не хотелось. Неужто меня нельзя пригласить на вечеринку, как обычного человека? Разве я какое-то животное, что пригодно только на заклание?
Однако зайдя к себе в класс, обнаружил, что так уже никто не думает. Ну, почти никто. Теперь на меня смотрели с любопытством и интересом. Кое-кто (ну, вы понимаете после вчерашней потасовки) с откровенной злобой. Другие, к примеру, плоская подруга Адашевой, и вовсе воротили нос. Но больше никто не думал обо мне, как о червяке, что только и мешается под ногами.
Как я это понял? Не знаю. Но стоило войти в класс, как я почувствовал невидимые волны тепла и холода, исходящие от сверстников. Будто сквозняком продуло. Вот только он был информативным. Каким-то образом он заставил свербеть мою интуицию, зашевелиться извилинам, и в голове тут же возникли мысли о том, что все эти люди заинтересованы мной. Кто-то в хорошем смысле, кто-то жаждет мести. Странное чувство, будто я стал эмпатом и мог считывать, если не мысли, то эмоции окружающих.
— Здорова! — на спину обрушился тяжёлый удар.
Мне даже не пришлось долго думать, чтобы понять, кто именно подкрался ко мне. Один из немногих моих приятелей. Человек, с которым я неплохо общаюсь, но которому постоянно надо показать, что он сильнее. Зачем? Да шут его знает. Вот надо, и всё тут.
— Привет, Саня, — я слегка скривился от боли и, развернувшись, пожал руку. — Ты так когда-нибудь мне спину сломаешь.
— Судя по вчерашнему, тебе это не грозит, — рассмеялся тот, расправив широкие плечи. — Я хотел узнать, ты где так драться научился? Столько лет сидел тихоней и вдруг вырвалось!
— Ага, — раздался неподалёку насмешливый голос Адашевой. — Как чёрт из табакерки.
На её шутку ответил слабенький хохот пары «приближённых», отчего удивились как я, так и сама девушка. Обычно её «тонкий» юмор оценивают дружным смехом. Но сегодня никто не собирался потешаться надо мной. И мне это нравилось.
Власть! Сила! Я больше не позволю насмехаться!
Отвечать Наташе не стал, она и так поняла, на чьей стороне правда. А вот Саньку пришлось, так как понимал, что он не отстанет, пока не вытянет всё до последней капли.
— Да нигде, честно говоря, — я пожал плечами и присел на своё место. — Просто недавно проснулся и понял, что устал от всего этого. Сорвался пару раз, с кем ни бывает. Но я ведь извинился перед вами.
— Ага, — недоверчиво усмехнулся тот. — Извинился… — в его голосе послышалась неуверенность. — Ну ладно, не хочешь говорить, не надо. Я ведь по-дружески хотел.
После чего ушёл с обиженной миной. Мне же оставалось лишь посмеяться над его поведением. Ну что за детский сад. А ведь я сказал чистую правду. Выходит, проще врать? Только тогда мне поверят? Хотя, учитывая то, что со мной произошло, так оно и будет.
***
Пятница. Как я ждал этого дня, будучи учеником и студентом. И как я ненавидел его, став поваром. Знаете, какой аврал начинается в пятницу, примерно с четырёх часов дня, и длится до полуночи воскресенья? Поверьте, лучше вам не оказываться в это время на кухне. Там в воздухе кружат настолько сильные проклятья, что даже Тутанхомон со всеми египетскими байками нервно курит в сторонке.
Но речь не об этом, ведь теперь я снова ученик школы. Пускай и не средней, а магической. Значит, завтра начинаются выходные. А вместе с ними и вечеринка у Светы.
Точно, я же забыл рассказать, о чём мы с ней говорили.
Так вот, кое-как мне удалось вспомнить, что мою знакомую (ну, теперь уже знакомую), зовут Светлана Лакшина. И завтра вечером она собирала своих приятелей, дабы немного потусить, всё же мы в старших классах, почему бы и нет? А после того как я нахлестал двух своих обидчиков, да ещё на физкультуре показал мастер-класс, то решили пригласить и меня. Конечно, формально никого из нашего рода звать на торжественные мероприятия нельзя. Но ведь это и не какая-то там церемония высшего света. Просто подростки решили собраться и немного выпить.
 
М-да, немного…
В общем, не так важно. Главное, что я смог за пару дней добиться того, чего не мог последние несколько лет. И это несказанно радовало. Конечно же, я согласился, пообещав прийти чуть пораньше, чтобы помочь.
Какая нафиг помощь, Влад? Ты же просто хочешь закадрить эту красотку! Признайся хотя бы самому себе.
Ну да, так оно и есть. Света довольно симпатичная особа. А то, как она стесняется, стоя рядом со мной, вызывает умиление. Авось что-то да получится. Уже ведь не маленькие дети, всем давно за восемнадцать. Правда, в этом мире совершеннолетие считается с двадцати одного года, но… мы же сверстники. И я хочу получить то, что заслужил за все годы унижений.
Мысли о предстоящем веселье кружили голову. В ней ничего не осталось, кроме влажных мечтаний и желаний. Собственно, за такую расхлябанность я и получил двойку. Правда, расстраиваться не спешил. Одной больше, одной меньше, что они изменят, когда на кону столь притягательный вечер?
— Владислав, — Иван Николаевич расписался в моём дневнике и протянул его со злорадной усмешкой, — ты ведь умный парень. К чему такие выкрутасы?
— Не понимаю, о чём вы.
Он лишь покачал головой, и тогда его ухмылка показалась мне печальной. Почему? Какое ему дело до меня?
— Всё ты понимаешь, — тихо отозвался он, указав мне на мою парту. — Дурачка не включай и живи нормально.
И снова его слова поставили меня в тупик. Вот как понимать человека, что на людях так рьяно показывает своё пренебрежение ко всей моей семье, а наедине вроде как даже помочь пытается? Я не знаю.
Звонок раздался так внезапно, что я вздрогнул.
М-да, задумался. Наверное, слишком много думаю. Впрочем, как иначе? Не буду работать своим мозгом, стану как тот же Стасик, что не знает никаких разговоров, кроме кулачных.
Мы моментально высыпались в коридор. Оставался всего лишь один урок, а потом — домой! Свобода!
Ну, кому как. Лично у меня на сегодня запланировано много дел. Надо бы сходить в секцию и записаться на кикбоксинг. Дома поговорить с дядей, вытянуть из него если не клещами, то бутылкой вина, историю про прадеда. После чего начать всё-таки писать книгу. Кто, если не я? Тем более денюжки мне сейчас, ой, как пригодятся.
— О, Ростов.
Я настолько ушёл в свои мысли, что даже не заметил, как чуть было не врезался в новенькую учительницу. Да, именно новенькую, так как выглядела она… ну очень не по-учительски. Или, наоборот, по-учительски, но… а-а-а, чёрт, в общем, молодая и безумно симпатичная женщина, по которой сохли все парни в школе.
Я окинул её взглядом. Невысокая, чуть ниже меня, с пышной грудью, спрятанной под тонкой белой блузкой, сквозь которую можно было бы рассмотреть и белью, но синяя жилетка (ненавижу её за это!) всему мешала. Юбка, обтягивающая стройные ножки, доходила почти до колен. Тёмно-русые волосы сплетены в косу, а глаза скрывают большие прямоугольные очки. Вот только спрятать заинтересованный взгляд у неё не получилось.
— Эльвира Геннадьевна, простите, — я слегка поклонился, заодно стараясь избавиться от наваждения (конечно, оно у меня было. А кого бы ни пробрало, если б перед вами возникла такая женщина?). — Задумался.
— Это радует, — мило улыбнулась она. — Значит, соображаешь, а этого вашему поколению сейчас весьма не хватает.
Ох, вот только не надо читать нотации про потерянное поколение.
 
— Кстати, ты сильно занят? — она резко изменила тему и склонила голову набок, отчего грудь стала выпирать ещё больше.
А-а-а, чёрт! Что ж ты делаешь?! Я ведь всего лишь ученик!
— Ну, у меня сейчас урок, а потом домой, — пробормотал я, стараясь справятся с разбушевавшейся фантазией.
— Мне просто нужна помощь. Минут на пятнадцать.